Легенда Рейлана

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши (арх) » [14.05.1082] Пегасы в столице


[14.05.1082] Пегасы в столице

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

- Локация
остров Силва, Сильмарил, город Эденвел
- Действующие лица
Урсула, Корнелия и Халлас иш'Синдэ
- Описание
Предыдущие эпизоды:

[03.05.1082] Запах зла
[12.05.1082] Lorelei
По иронии судьбы злокозненная атака на младшую дочь побудила лорда Маэра отослать её из неспокойного Деворела вместе с тёткой ровно за день до тройного убийства. Женщины обживаются в стольном городе камней и садов, слушая вести и тратя время и силы на малые хлопоты. Теперь к ним присоединяется и Халлас с вестями о продолжении того нелепого фарса с помолвкой и не утраченном Каэросом интересе к Анариэль Солнцеликой, а Урса решает отвлечь семью на мысли о будущем в новом месте, оглядываясь на проблему, оставленную в Девореле без решения.

+1

2

Цветочек в саду, который заглядывал в открытое настежь окно и клал ещё не распустившиеся полностью нарядные колокольчики на подоконник, был зелёненький. Яблочко на узорном стеклянном блюде на столе было зелёное. Летнее платье очень нежного пастельного цвета, как обратная сторона лепестков лилий, что было на Урсе, было, считай, тоже зелёное.
И все рисковали покраснеть от стыда на фоне зеленоты лица Корнэ, так она была бледна.
Ауринель вздохнула и положила состриженные прямо не выходя из дома бутоны в чайник. Дом был небольшой, располагался в одном из кварталов-садов недалеко от звезды дорог, сходящихся на центральной площади перед светлым королевским дворцом, но, найдя компромисс между привычками жизни дочери Маэра, росшей немногим проще принцессы, и собственным предпочтением жить без излишеств, жрица всё же наняла для ухода за ними пару слуг, хотя сама не позволяла себе отлучаться от Корнэ. Больше вообще никуда.
На пятый день Урсула от безделия (точнее, от нехватки именно физической работы между прогулками и более благородными занятиями) взялась за лопату, лейку и тяпку. На десятый она уже готовила сама, шугнув кухарку от огня, чтобы не трогала её пироги по-остебенски с почками, даже если ей казалось, что горит.
Чего Ауринель ждала и не ждала, так появления Халласа. С одной стороны, Маэр, кажется, так и планировал. С другой — они ушли через портал, а на следующий день троих лордов Великих Домов вырезали, и вроде как племяннику следовало делать некоторые дела. Прошли дни. Переписка с братом летала постоянно: он, кажется, на волне Хаоса в городе увидел некую возможность и снова ухватился за возможность союза с Раумо. И вот опять.
Итак, дорогие мои… — выдохнула, грузно садясь в кресло, тётя-медведь и разливая через латунное ситечко золотистого цвета травяной чай по узорчатым и тоже стеклянным пиалам. До них этот дом нанимала семья стеклодувов, кажется, или торговцев стеклом, оттого-то оно и осталось, и Урсула задумалась, были ли они тоже драконами, учитывая специфику ремесла. — Что делать будем, напишем комедийную пьесу "Свадьба, гули и я"? — это было жестоко, но оттого не менее метко. Теперь уже два ребёнка Маэра напоминали едва живых бледных гуля, нуждающихся в крови вампирских младенцев, но стесняющихся просить. — Все разом ко двору подадимся, фрейлинами, трое? Что вообще происходит с этим треклятым союзом Раумо и Синдэ и в Девореле с тех пор, как нас там нету?

+1

3

- Свадьбу можете вычеркнуть, тетя, - Корнэ, действительно смертельно бледная, что особенно бросалось в глаза на фоне черного платья, преувеличенно аккуратно сложила только что вскрытое письмо. Руки ее дрожали, но голос звучал вполне безмятежно, несмотря на то, что из глаз вот-вот готовы были брызнуть слезы, - моя помолвка расторгнута. Окончательно. Вот уже... примерно как три минуты. Правда, отец об этом пока не знает.
Она протянула руку к стакану с водой, но тут же уронила ее на скатерть: ее била нервная дрожь.
- Эвэ, - молоденький паж с невероятно-синими глазами беззвучно возник за стулом госпожи, - принесите ту бутылку вина, что привез мой брат.
Те несколько минут, что паж потратил на путешествие в спальню госпожи, чтобы вернуться с простой узкой бутылкой зеленого стекла, протекли в молчании.
- Поминальное вино из деворельской полыни, - струйка полынного вина наполняла прозрачное стекло терпкой горечью и ароматом золотисто-зеленой полыни, - как раз то, что нужно.
- Милорд Каэрос был столь любезен, что известил меня о том, что отец подтвердил, что помолвка остается в силе, - она кивнула на лежащее перед ней письмо, - но будучи образцом честности, он не стал скрывать, что это лишь политический ход, вступать со мной в брак он не намерен. Поскольку этот вариант меня совершенно не устраивает, то я могу считать себя свободной женщиной, - она подняла бокал, - а потому, тетя... брат... - она отсалютовала бокалом обоим собеседникам, - помянем прошлое, отправим в забвение неслучившееся и займемся настоящим.
Пригубив три положенных глотка, как если бы они и впрямь сидели за поминальной трапезой, Корнэ взглянула на брата.
- Халлас, я хочу, чтобы ты знал, я напишу отцу, что я считаю себя свободной от обязательств, которые давала не я. И еще я хочу, чтобы ты обещал мне, что не будет никаких вызовов и поединков. Лучшая месть в данном случае - забыть о том, что случилось. Я не хочу, чтобы впредь мое имя вообще упоминалось в связи с именем лорда Каэроса. И, да, Ее Величеству ты можешь рассказать по какой причине я прошу ее покровительства, приватно разумеется, - полагаю, трагический ореол покинутой невесты будет мне к лицу. И на пользу.
Бокал, еще полный, снова взлетел в воздух. Откинувшись на спинку кресла, Корнэ демонстративно медленно разжала пальцы - стекло с жалобным звоном взорвалось на плитах фейерверком осколков и брызг.
Корнэ обвела собеседников взглядом в котором сияло странное торжество, румянец вернулся на лицо, седая прядь, упавшая на лоб казалась выкованной из серебра.
- Твоя очередь излагать дурные новости, брат мой, - она оперлась подбородком о сплетенные пальцы, прозрачный взгляд остановился на лице Халласа.

Отредактировано Корнелия (2017-10-29 23:51:48)

+1

4

Мирная и вполне себе домашняя обстановка располагала к отдыху. Вытянуть ноги, обхватить пальцами чашку, откинуться на подушки и созерцать потолок. Больше всего его до сих пор раздражала невозможность долго передвигаться верхом. И Халл усиленно с ней боролся, отказываясь признать свое поражение. Ногу дергало, но это не вызывало особых чувств. Ты стоишь, ты ходишь - вот что главное. Остальное - несущественные мелочи.
Халл молчал. Он и так уже слишком много наговорил по этом поводу, споря с отцом до хрипоты. Пытаясь доказать, что и брак им не будет полезен, и Корнэ от этого счастливее не станет, и что Бурерожденный больше не тот мальчик, которого помнил отец. Что Бурерожденные теперь вообще не те. Нет их больше. и рассчитывать на любые договоренности с лордами смысла нет. Что рано или поздно кто-нибудь задастся вопросом, как это из всех лордов, из всех их наследников, практически из всех боеспособных мужчин старших семей остался только Каэрос Бурерожденный. И этот кто-нибудь донесет свою мысль до королевы. Но нет, отец твердил свое. Халлас подозревал, что тут перемешались личные убеждения отца и его любовь к дочери. С одной стороны, глава семьи оставался верен тем, кому преданно служил всю свою жизнь. Пусть даже сейчас это был совсем не лучший для семьи вариант. С другой стороны, Корнэ зачем-то понадобился именно этот неудачник.  И отец просто пытался сделать свою девочку счастливой.  Безнадежное занятие.
- В мои планы не входило вызывать его на дуэль.
И то верно. Дуэль сейчас была совершенно точно самым плохим вариантов. Просто потому, что Бурерожденный мог козырнуть своим благородством, отказавшись принять вызов. Довольно. Он и без того слишком часто и походя оскорблял тех, кто пытался всего лишь его поддержать. У Халла не было той преданности, что грела душу отца. И той честности. И тех принципов. Поэтому нет, разбрасываться вызовами он не стремился. Тем более, что был изначально уверен - Корнэ от этого в восторг не придет. Так стоило ли начинать. Сейчас самочувствие сестры заботило его больше всего прочего.
- Но Ее Величеству, разумеется, доложу.
И доложит. Со всем доступным ему красноречием.
Халл сделал три  глотка и почти небрежно смахнул свой бокал на пол.
- В городе относительно тихо. Было тихо, когда я уезжал. Все усиленно делают вид, что ни чего не произошло. Дома затаились. Самый продаваемый товар - слухи и сплетни. Поговаривают, что лорд Каэрос сошел с ума, возжаждал леву Их’Дрим,
совратил ее, а когда его призвали к ответу, всех вырезал. Еще поговаривают, что дева Анариэль - ни какая не дева, а натуральная ведьма, потому запудрила мозги юному Бурерожденному и его приятелям, те из-за нее всех положили, и теперь дева каждую ночь носится по городу на коне, устраивая кровавую охоту. Кто ей дорогу перейдет, у того всю семью изведут. Есть еще третья версия, что дева сговорилась с Бурерожденным, хотели они пожениться. но родители запретили. Да еще и помолвки с другими заключили. Вот молодые, сговорившись, всех и вырезали. И теперь предаются разврату в доме Их’Дрим. Есть еще пара десятков версий от довольно правдоподобных до откровенно бредовых. Но да, Бурерожденный действительно имеет интерес по отношению к деве Их’Дрим. Потому, Корнэ, он и не может на тебе жениться.

+1

5

Дорого стоило Ауринель-младшей не закатить глаза на первой же фразе.
Дальше становилось сложнее в прогрессии.
Корнэ, как и она, была геомантом, и маги знака Земли с возрастом были склонны всё больше идти на принцип и демонстрировать хрестоматийно баранье упрямство, где нужно и нет, но это было как-то… рано. Она была не готова тянуть на себя изо всех сил поводья двоих племянников, не обладая авторитетом их родителя и будучи за день полёта почтового сокола и один удобный, но достаточно дорогой телепорт.
Спасибо Мать Леса, что не меррильский абсент, — фыркнула жрица, и, хоть отказываться не стала, промедлила пить. А видя, как детки бьют ни в чём не виноватое стекло, и вовсе убрала руки с бокала, хлебнула чай, и сплела в тугой узел из загорелых предплечий под грудью. С каждым словом Халласа складочка меж бровей становилась глубже.
Послушайте оба, — выдержав желание прервать поток вздорных слухов и злословия, наконец сказала Урса. — Вы сейчас ведёте себя как кучка стервятников, которых в дележе кораблекрушения обидела семья гарпий. И мне не важно, как некрасиво поступают чада Трёх Домов — нашего Дома такое поведение не достойно.
Она встала из-за стола и присела на самый край подоконника, обозревая двоих с высоты роста, но всё ещё не чувствуя уверенности и авторитета ни перед ними, ни в своих собственных словах. Признаться честно, последние дни эльфийка пребывала в каком-то состоянии невесомости, не чувствовала основания ни под своими взглядами на события в мире, ни твёрдой земли под ногами, а это важное ощущение для мага её знака.
Слушайте — и не смейте перебивать, покусаю! Я не отрицаю, во всей этой свистопляске, начавшейся с явления двух рыжих девиц — ведьм, как ты и сказал, Халлас — к нам на приём, на который их не звали — иш'Синдэ кругом пострадавшие, и поведения Каэроса, которого, как я и рассказывала тогда, я застала с Анариэль Солнцеликой — это ничуть не извиняет, но. Но! Я хочу, чтобы вы попробовали войти в положение и проявили немного сочувствия прежде, чем воротить дела, потому что о том, что я застала двоих тогда, я уже не раз пожалела. Начнём с Каэроса, — Урсула посмотрела на племянницу с сочувствием, но лицо и взгляд у ней были суровые. — Представь, что ты — наследник большого старого рода с огромным влиянием, вчерашний ветреный подросток, но при этом — все хотят видеть в тебе только мужчину, воина: решительного, бесчувственного, готового на всё ради интересов семьи. А ты мало того, что слишком мягкий для этой вековой вражды, так тебе ещё горячая кровь в ушах говорит, что пошло оно всё, тебе любить и к барышне лезть через сад на балкон охота. При этом твой отец назначает тебе в невесты девушку, с которой ты даже в лицо не уверен, что знаком, в то время как твоё сердце лежит к рыжей хулиганке из враждебной семьи. Просто ощути груз ответственности на своих плечах, груз, лежащий горой между тем, что жаждет больше всего твоя душа, пока ты юн, и тем, где ты есть и, скорее всего, останешься. А теперь ещё у тебя перебиты силы, на треть сожжён квартал, мёртв отец и две дюжины Домов Деворела готовы влезть в драку, пока вековой паритет сил меж Троими был ослаблен и ты бежишь просить к старым союзникам в первых строках этого списка поддержать тебя на сколь-нибудь вменяемых условиях.
Женщина вынула руки из узла и переместилась с затёкших от упора во врезающуюся сквозь платье в мягкий филей ягодиц в упор на два кулака, пусть и положенных ладонями и собранными пальцами, как кошачьи лапки, об стол, и посмотрела на племянника.
Теперь ты. Ты — младший ребёнок в семье, девочка, и очень избалованная. И с луком ты бегаешь, и магию тебе вбили, и сестра вернулась с обучения, и любимый брат, и вот уже, кажется, даже первая любовь — запретная — всё прекрасно, не так ли? И тут твоя сестра сворачивает шею, когда вы бежите прочь с приёма союзников враждебного Дома, куда вас не звали и где могут поймать и взять в плен за выкуп, а затем, — на миг эльфийка замялась, выбирая слова, прикидывая, как не слукавить и не сказать, в чём не уверена, — падает с моста в реку и пропадает твой старший брат. В дуэли, кстати, милые мои!
Если бы взглядом было можно кусать, Медведица бы давно Халласа искусала, когда он с сестрой говорил весь тот лютый бред, который она слушала до своей лекции.
Ну, и вишенкой на торте — убит твой отец вломившимися в твой дом незнакомцами. И вот, спустя время, когда ты, наверняка, сидишь в опустевшем доме, где свежи тени твоих ушедших и запах крови твоего отца, к тебе приходит твоя боль и радость. О чём бы вы говорили? Что бы делали? Уж очень я сомневаюсь, что задорно бы стали трахаться, страшно радые устранению препятствий вашим чувствам и смеясь над глупыми иш'Синдэ!
Ауринель выпрямилась и хрустнула суставами, разминая руки.
Мораль моего рассказа такова: я ни в коем случае не оправдываю этих двоих, но в этой истории мы все оказались немного идиоты. Если ваш отец решил, что помолвка, пусть и фикция, необходима, тем более теперь — она необходима, хотя бы для соблюдения порядка в городе, пока мы тут с вами отдыхаем. Халлас, позволишь себе ещё раз сплетничать при мне — я тебя на порог не пущу, и чернить Высокие Дома в глазах королевы без доказательств не позволю. К тому же, ты не забыл, что Мираэль ди'Кель — Каэросу по браку тётка? Он скорее станет единым Лордом-наместником в Девореле, чем отхватит от неё по ушам, — и тут фурия из недр Фойрровой пылающей Бездны смягчилась в лице, голосом и, оттопырив мозолистый от граблей и тяпки палец, взяла второй рукой полынное вино, стоявшее нетронутым перед ней, сказала:
—  Но поныть на ушко королеве о нашей сложной ситуации и попросить о протекции и содействии, при этом сохраняя неопределённый статус для более широких кругов при дворе, я нахожу допустимым и разумным. Королева — женщина чуткая и сердцем мягкая, уверена, она гарантирует протекцию. К тому же Деворелу нужно время, чтобы там восстановился порядок, короне — время, чтобы разобраться, кто виноват и что делать. Для нас троих история там закончена, это уж точно, и свадьба не состоится, но мы не будем рубить с плеча, не будем месить нашими красивыми копытцами эту грязь и вносить больше в происходящий там бардак, а… — Ауринель выпила три глотка, стараясь не морщиться, и тоже разбила, как бы ей ни было жалко стекла — на удачу, — постоим в сторонке на горочке, чистые, красивые и занятые своими делами, как нашему Дому это издавна подобало делать, когда не было объявленной войны. Возражения, вопросы?

0

6

Медленно, очень медленно, она встала из-за стола, жестом остановив брата, желавшего подняться следом.

- Что ж, миледи, Вы были так красноречивы… Мне с Вами не равняться. Потому я не стану напоминать, что мне - ровно столько же лет, сколько тем, кого Вы воспевали только что в своих речах. Но я не стану призывать Вас проявить немного сочувствия к девочке, воспитанной в строгости нравов и жестком понимании чести дома. К девочке, опозоренной в тот день, который мог стать лучшим днем ее жизни. К девочке, которой с рождения внушали, что такие оскорбления смываются лишь кровью. К ее отцу, так презираемому Вами брату, вынужденному вынимать ее из петли, - она отогнула ворот, уродливый след от веревки казался на тонкой коже почти черным,  - я знаю, что Вы скажете, - тонкая рука предостерегающе взлетела, предупреждая возможные возражение, - что все это дурное воспитание, которое дали ей ее отец и бабка, ложные представления о чести, гордости и прочем. Увы, в силу этого же дурного воспитания мой брат едва не умер - не на дуэли, как шалопай, которого Вы помянули, а защищая своего принца. Жаль, что не умер, - она зло рассмеялась, но глаза ее оставались ледяными, - тогда бы его объявили героем, осыпали почестями. Но он совершил глупость - и выжил. И что он получил взамен? Забвение короны и пренебрежение со стороны тех, кто столь слаб, что не способен защитить себя в своем собственном доме. Великие лорды, которых перерезали как овец в их собственных стойлах! Так ли они велики, как тщатся показать?
Осколки бокала хрустнули под окованным сталью каблуком.
- Пусть меня дурно воспитывали, но учили хорошо. И я прекрасно помню затверженные уроки. Насилие - последнее прибежище слабого. Великие лорды Деворела показали всем, насколько они слабы. Они забыли, что взять - самое простое. Истинный государь - тот, кто может удержать и и сберечь. Впрочем, что может знать о том, каким быть истинному государю, такая, как я, - улыбка Корнэ была ядовитой, - но кое о чем я могу сама составить мнение...
Она стояла напротив жрицы, совершенно спокойная, даже безмятежная.
- Я не собираюсь входить в положение наследниц одряхлевшего рода, опустившихся до бесстыдства. Впрочем, им не преподали даже уроков элементарной вежливости - например, что невежливо являться в гости, если тебя туда не звали. Что уж говорить о прочих правилах приличия… - она развела руки в наигранном сожалении.
- Я не питаю ни малейшего сочувствия к юноше, настолько беспомощному, что он не способен объяснить собственному отцу, на ком же он все-таки желает или не желает жениться. Я не вижу повода сочувствовать тому, кто настолько низок, что оскорбляет тех, кто открывает ему двери и даже не считает нужным принести за это извинения, кто, оказавшись в затруднительном положении, является просить помощи у того, кого оскорбил, кто без малейшего колебания жертвует женщиной, которая не сделала ему ничего дурного, кроме того, что любила его, чтобы приобрести средства удержаться у власти. В любви и войне все средства хороши, не так ли? Что ж, он отлично усвоил это правило, с чего мне проникаться к нему сочувствием? И почему я должна терять три года своей жизни, пока мой не-жених устраивает свои дела, чтобы в конце оказаться в сомнительном положении брошенной невесты? С какой стати я должна терять возможность заключить союз с другим мужчиной, только потому что в силу не мной данных обещаний должна хранить верность тому, от кого сейчас надо бы бежать от проказы, поскольку имя его теперь прочно и навсегда связано с позором Великих Домов Деворела? О, я всей душой желаю лорду Каэросу остаться безнаказанным и стать единовластным правителем города, ибо Деворел воистину достоин такого лорда и того, к чему этот лорд его приведет. И благо мне, что я избавлена от необходимости вынашивать семена этой гнилой крови.
Она пожала плечами.
- Да, я не питаю ни малейшего уважения к лордам, не способным контролировать собственных людей и оказать сопротивление в собственном доме, к лордам, упустивших тот факт, что их величие опирается на фундамент малых домов. За что и были перерезаны собственными слугами. Это даже не трагедия, как Вы пытаетесь убедить нас, миледи, это фарс, хотя бы и кровавый. Эмэ, - она обернулась к пажу, - позовите слугу, здесь нужно прибраться.
Столь неожиданная смена темы давала понять присутствующим, что для Корнаиэль разговор завершен. Так и было, поскольку преклонив колено перед старшей родственницей со всем возможным почтением, она, даже не спрашивая разрешения, направилась к двери. Уже коснувшись дверной ручки, она обернулась, голос зазвучал ласково, даже участливо.
- Возвращайтесь в Деворел, миледи, право, возвращайтесь. Вам еще нужно заслужить прощение несчастных возлюбленных, чьему воркованию Вы так необдуманно помешали. Если, конечно, Вы еще этого не сделали, - она бросила на жрицу пронзительный взгляд, точно желая вырвать тайну, которую та скрывала.
- И, да, я питаю ни малейшего сожаления о том, что кто-то не способен удержаться в седле. Лошади - намного умнее нас, они прекрасно понимаю, кому должно повиноваться и кого следует оберегать, а кого не стоит...
Дверь закрылась - совершенно беззвучно.

эпизод покинула

0

7

Халл проводил молча сестру взглядом. А потом развернулся к тетке. К той. что считалась их теткой по праву крови. Он отставил бокал в сторону и медленно поднялся.
- Прекрасная речь, тетушка. Мы под впечатлением. Но честно говоря, говорить Корнэ о том, что это она должна войти в положение... - он криво усмехнулся. наверное, он бы мог для себя объяснить это тем. что Урсула была не в курсе всего произошедшего. В конце концов, фат о том, что Корнэ чуть не умерла, они попытались скрыть. И все же, призывать брошенную и обесчещенную невесту понять и простить жениха могла разве что монашка, - Ты бы ей еще предложила покаятся.
Халл отступил от стола, пропуская появившихся слуг. Довольно, они и так довольно потешили народ. Осталось разве что сущая мелочь.
Хал склонился в глубоком поклоне перед старшей. И медленно выпрямился.
- Мы поняли во внимание вашу точку зрения, мадам. Благодарим за откровенность. Более вас не побеспокоим.
Действительно. Что еще. И так все уже сказано. Здесь им больше делать было нечего.

Эпизод покинул.

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши (арх) » [14.05.1082] Пегасы в столице