Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре май — июль 1082 год


«Марш мертвецов»

В Остебене и Лунных землях со сходом основных снегов нежить захватывает как никогда огромные территории, оттесняя людей к самым предместьям столицы, а обитателей дикого края – в стены последнего оплота цивилизации на северном берегу реки Великой, деревни Кхевалий, и дальше, за воды, в Анвалор или же вовсе прочь с севера материка. Многие умирающие от Розы теперь, если не сожжены, восстают "проросшей" жуткой болезнью нечистью и нацеленно нападают на поселения живых.



«Конец Альянса»

Альянс судорожно вдыхает, ожидая бед: сообщения, что глава Культа Безымянного мёртв, оказались неправдой. В новых и новых нападениях нежити и чёрнорубашечных фанатиков по обе стороны гор явственно видится след Культа.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Пока бог ламаров - Аллор, наслаждается жизнью в смертной оболочке, его мир медленно умирает. У королевы эльфов массовые убийства в Девореле и переворот у соседей-ламаров под боком. Орден Крови набирает силу и готовится свергнуть узурпатора с ламарского трона.


✥ Нужны в игру ✥

Алекто Сэлтэйл Гренталь Лиерго Джем Перл Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [22.03.1082] Склера в шкафу


[22.03.1082] Склера в шкафу

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

- Локация
Остебен, где-то в пути к столице
- Действующие лица
Итан Эарлан, Марек, Алисия
- Описание
предыдущий эпизод - [20.03.1082] Блудный сын
У отца с сыном остался незавершённый разговор. В стенах Андерила Магистр не решил поделиться с сыном своими тайнами и планами на будущее отпрыска, но приготовил ему знатный подарок или, как считает Алек, - очередную свинью.

0

2

Жизнь человека отмерена коротко.
Полной болезней, ужасно зависимой от сезонов пашни и жатвы, невозможно ужатой.
И каждый из их рода в поколениях это с младенчества знал, и вбивал кулаком в неблагодарно узкие глотки наследников даже прежде, чем почувствовать эту отнюдь не всегда холодную и ощутимо жёсткую хватку на горле своём.
Но личное осознание… отрезвляет. Расставляет, наконец, ясно все жизненные приоритеты, даёт прочувствовать вкус пепла на губах, пожалеть о неверном выборе.
Кто-то жалел о том, что любил мало своих любимых и любовников. Кто-то - что не осел с верной душой, не обвенчался по обрядам сразу, спася от позора любимое, но внебрачное, случайное дитя, которое через двадцать лет вернулось к нему с местью. Кто-то - что сделал поступков излишне резких и излишне много. Кто-то - что не сделал ничего.
Итан Эарлан же сожалел, в основном, о времени и поступках в нём. Времени, которому не выбрал верного применения, событиях, которые пустил на самотёк. Упорному нежеланию отпускать от себя хворую и и без того нелюбимую супругу, чтобы не дать ей стать политической пешкой и способом давления на него в руках восточных магистров или даже Крена. Этот краткий выигрыш вылился в крупный проигрыш в долгосрочной перспективе. Сын, ненавидевший его с детства, не присмирел, а с живой матерью и сестрой против мёртвой девицы он мог бы.
Требуется немалое мужество, чтобы признавать свои ошибки. И таким людям, как Итан Эарлан, требуется безвыходная ситуация, чтобы мужество это собрать.

Он посмотрел поверх постепенно разматываемых из зачарованных повязок в потягивающее свежестью из щелей деревянное окно с подоконником, заменявшим в комнате письменный стол. Пламя чадящих, но хоть не воняющих животным жиром восковых свечей трепетало от сквозняка. Само ощущение утекающей силы - не только магической, хотя, конечно, для мага нет большей муки, чем ограничивать себя в привычной ворожбе - приносило нестерпимый холод Эарлану, пробираясь даже в очень хорошо подогретую угольными грелками постель по ночам.
А нынешние ночи просили ещё больше грелок. Весь небольшой торговый городок, выросший среди пашен и перелесков Срединного Остебена, был полон нервного и зябкого страха, который ещё не рванул в полной силе, но бежал ночами по его грязным, выкопанным на какое-то колено без укреплений, лишь бы грязь весеннюю отцедить с улиц, стокам. За ужином усталая певичка с запавшими глазами пела отдалённо знакомую балладу о городе, в котором не захотел жить даже Король Крыс - впервые же песня прозвучала в Фоленте, лет, что ли, десять назад. Постоялый двор был неплохой, но многолюдный, и даже платящему дорого визитёру нашли возможным отдать лишь пять уединённых комнат в соседнем выкупленном доме, а требование было железное: Магистр не желал слушать больше это коллективное дребезжание неконтролируемой тревоги в стенах, ища комфорт наедине со своим кошмаром наяву.
Кошмар был ужасно реальным и тактильным и начинался задолго до сна, не прекращаясь на рассвете и прерываясь лишь на моменты, когда он не был один. Под переродившимися ногтями, когда он осторожно отнимал пропитанную мазями ткань, влажно хлюпали на уже не заживающей и не впитывающей лекарства бальзамы, и в воздух поднимался дурманящий аромат какого-то не трупного - растительного яда. Плоть всей левой руки, часть шеи, и большая часть груди как в силках - Роза давно переросла свою норму - была болезненно серо-зелёной и по всем ощущениям как минимум на отдельных слоях омертвела, но заражение не разносилось из-за консервирующего эффекта лекарств и его слабого давления. Где-то под ними же плавали и его боль, и жар, а в пустоту на их месте, отравляя тяжёлый сон некроманта, пробирались побеги странных видений в оттенках чистой тьмы. И если раньше Итан боялся того, как нарастала бы боль, как он бы по известному только ему самому малодушию под ней сломался, уронил лицо, потерял всё до своего непосредственного последнего вздоха, то теперь, когда вместо боли на него навалилось подвешенное бесчувствие и только эхо этой выжирающей его изнутри пустоты, когда он отказался от любой помощи, видя, что болезнь идёт куда-то не туда, когда его сны перестали быть мертвенно-тяжёлыми и ожили своими скользкими тёмными видениями так, он просто мечтал перевернуть ситуацию наоборот, и упивался зельями, отчего его пальцы вовсе переставали двигаться, замедляя перевязку.
Иногда Итан даже задумывался, а не спустить ли окончательно поводья этой колесницы, не прекратить ли столь остервенелый режим своей борьбы за и так идущую счётом на месяцы жизнь. В иные ночи посеревшую больную кожу с чернильным рисунком по венозной сетке обнадёживающе красил очаг. Здесь ему достали только свеч, которые и пахли, и горели цветом мёда.
Процедуры были долгими, и становились всё более обязывающими и утомительными. Происходило странное и тревожное не только со стадией его болезни, с самой ней. Он почти не пил кровь вампиров, только сильно разведённые зелья, надеясь, что это перестанет истощать его магию. Даже теперь выложенное на стол зелье в тёмном стекле не казалось ему привлекательным и даже обязательным - он предпочитал верно отмеренное соотношение меррильских вермутов с сонным порошком. Но зато Эарлан знал одного другого потребителя таких вот лекарств. И эта тема, как и многие другие, требовала обсуждения, чем раньше - тем лучше. Хотя всё равно - поздно.
- Лана! - крикнул магистр, и сквозь не самые толстые стены его голос запросто бы достиг служанку - живую, для разнообразия, особенно когда поддерживать мёртвых выматывает и вообще не является популярной мерой в Остебене - сиди она хоть за дверью, хоть в комнате внизу. С болью он переборщил - напряжение связок отдалось пульсирующей и давящей вспышкой сразу в груди и вдоль его пока не освобождённой от повязок шеи, точно демонские силки натягивали нити жил в перестающем и ощущаться, и подчиняться ему теле.
Бледная женщина постучала в дверь, чтобы удостовериться, что не ослышалась и, после "заходи", возникла на пороге. Истинная дочь Альянса: сухощаво-тощая, с плохой кожей и лицом понемногу ползущим вниз, не то из-за отсутствия улыбки как факта и недовольно поджатой челюсти, не то оттого, что даже маги в Анейроте в двадцать чаще выглядели под тридцать, в тридцать - ближе к сорока, а в пятьдесят чаще складывали на полку челюсть, если не от скверных привычек и среды обитания - так от собственных экспериментов и интриг. Долгожитие в Альянсе было роскошью. А лояльность этой, довольно культурной и неглупой женщины, которую он мог выносить без запрета на разговоры в принципе и объяснения приказов по пять раз, он купил за устройство её одарённого ребёнка. Он ей даже платил монетой чисто символически, за исключением содержания всей свиты. А она стирала его вонючие повязки как самая дешёвая прачка и бдела как сторожевая собака и пробовала зелья и еду. Если бы Шейли Эарлан вернулась в руки родителя вместе со своим братом, как была должна, Лана, конечно, занималась бы работой более сообразной её образованию и статусу. Она была хорошим учителем и компаньонкой из-за своего занудного формализма, выработанного за годы упорного труда там, где ей не хватало талантов.
- Да, господин? - спросила она, переминая в руках тряпичную сумку с портняжными принадлежностями.
- Позови моего помощника.
- Сейчас?
- Сию минуту.
Она уже приготовилась крутануться на невысоких квадратных каблуках своих сапог, чтобы не утомлять своего нанимателя и исполнить поручение, но Итан, встав с деревянного кресла и посмотрев на неё не вполоборота, а полностью, как был, с распущенными по локоть повязками, в одной рубашке и с проступающем из-под иллюзий уродством реального умирающего старика, окликнул её, заставляя вернуться, и добавил:
- Забери это, - он указал на счищенную часть своей брони из ткани, полных непроницаемых днём, но, увы, почти бесчувственных, лишающих его мелкой моторики, чтобы писать и колдовать точно, "перчаток". Продолжать снимать с себя повязки до разговора с сыном он не хотел, для искренности будет достаточно лишь малого взгляда, и щенок уже начнёт крыситься и злорадствовать. Пусть так. Потом Итан ему зелье в глотку запихнёт и будут квиты.
- Жену его тоже может взять. Нам понадобится… - он осмотрел небольшую по самым скромным из его придирчивых стандартов жизни комнату, оценивая её возможности. Ну, снедь может встать на прикроватную тумбу, а от двух кресел они на шеи друг другу ещё не сядут. Пойдёт. - Пусть принесут мебель, чай и посуду.
Женщине, если она явится, он пить зелёный яд из своей бутылки точно не даст.
[nick]Итан Эарлан[/nick][status]Магистр ничего[/status][icon]https://i.imgur.com/oNsw3yo.png[/icon][sign]Empires are built upon the ashes of
The weak and frail
Those doomed to fail.
[/sign]

Отредактировано Кай (2018-11-25 21:51:24)

+2

3

- Ты знал, что у вас с Ворлаком есть что-то общее? – Алек говорил спокойно, рассматривая подарок от отца на запястье. – Методы, - объяснил он, посмотрев на некроманта, не опуская руки.
Итан Эарлан ничего не рассказывал о личных планах на сына и на Альянс. Алек продумывал варианты и крутил ситуации, ища прорехи в стесняющих его магических оковах и поступках отца. Некроманты измеряли власть магической силой, которой обладал ведущий род. Магистр сидел в кресле и отдавал приказы, пока справлялся с магией и доказывал на практике, что он чего-то стоит, но на горизонте появился молодой и сильный экспериментатор, который собирал всех недовольных правлением магистра под общие знамёна Культа и обещал златые горы за верность и присоединение к кругу сторонников нового порядка. Магистр не справлялся. Это одна из причин, которые вынуждали Итана Эарлана наступать на горло и обращаться за помощью к сыну, выставляя её как взаимную выгоду и необходимость сотрудничать. Алек не видел выгоды в союзе с отцом и предпочитал держаться подальше от двух диктаторов с поехавшей крышей на почве власти и магии.
Алисия Ворлак и Алисия Вэлех для общественности один человек. Алек заметил намёки отца и помнил, по какой причине отец в прошлом отказывался от союза с пантендорским генералом и его семейством. В настоящем Итан Эарлан пытался исправить ошибку и найти любой источник силы, чтобы укрепить власть в слабеющих руках. В Алисии пробуждалась магия, которую она не умела контролировать. Алек чувствовал её и не сомневался, что отец и его ищейки во время длительной беседы порознь успели изучить её вдоль и поперёк, преподнеся спящие таланты девушки на блюде с золотой каймой. Душок планов отца Алеку не нравился, но без полного знания планов отца он не торопился включаться в дела или рвать когти вместе с девушкой, чтобы спутать отцу все планы и не вмешиваться в его новое дело. Все компании от Итана Эарлана заканчивались смертью и проворачиванием дел чужими руками без эгиды лучшей жизни или смерти не впустую.
Их с Алисией поселили в отдельной комнате в постоялом дворе. Алек проверил наличие стражи и магических заслонов, препятствующих незаметному побегу из компании отца и его псов. Вэлех пытался высосать магию из наручей, но после нескольких провальных попыток пришёл к выводу, что сам с этим не справится. Он пытался научить Алисию чувствовать энергию в предметах и высасывать её, чтобы она смогла избавить его от магического предмета, но ограниченное время и наблюдатели затягивали процесс обучения.
Вечером за ними пришли. Бледная женщина с лицом холеры передала приказ магистра явиться в его комнату вдвоём. Алека воспринимали как равного себе – прислугу и помощника – а не сына магистра и последнего наследника проклятого Альянса. Причину жгучего желания придти на ковёр не озвучили. Алек с искренним прискорбием надевал рубашку, прятал под ней следы болезни, старые и новые шрамы, свежие повязки, наложенные Алисией, и неудобный браслет от отца, который тяжело пролезал в рукав и раздражал.
- Не говори о магии и воспоминаниях Алисии. Не вспоминай Ворлака и Вивьен, - наставлял Алек, прежде чем они вышли из комнаты.
В тесной комнате магистра слуги готовились к приходу гостей. Перед Алеком и Алисией в комнату вошёл мужчина с креслом и служанка с подносом в руках. Это не понравилось некроманту. За гостеприимство отца последует дорогая плата. Алек ни за что платить не собирался. Некромант прошёл в комнату первым, посмотрел на дверь, когда с ним вошла девушка, посмотрел на слуг и охранников, следивших за обстановкой в поместье, и сделал милость, посмотрел на отца долгим незаинтересованным взглядом. Проходить и садиться он не стал и не позволил Алисии отойти от себя.
- Скучный вечер?

+2

4

Она явно думала не о такой жизни после того, как станет человеком и в некотором смысле обретёт свободу. Кайлеб Ворлак, которого Алисия нынешняя помнила и знала, нарушил их спокойную жизнь в Сеонесе и вынудил бежать, не оглядываясь, в земли людей, но и там для них не нашлось дома и спокойной размеренной жизни на двоих. Прошлое паучьими тенями и отравленными руками Магистра Призыва тянулось за ними из столицы Альянса и тащило за собой во тьму. Алисия чувствовала себя дурно в компании этого мага, но лишний раз и слова Алеку не сказала, видя, что он от самой первой встречи с отцом взвинчен, словно уж, и больше похож на морского ежа – не протягивай руки, уколет и отравит ядом.
Её осмотрели, словно кобылу на торгах, что-то искали и, как позже объяснил Алек, – не зря. Она ничего не знала о семье настоящей обладательницы тела. Только то, что ей рассказывал Алек, а он никогда не отличался многословностью и жгучим желанием делиться своим прошлым. Что-то Лисса узнавала из снов или обрывков чужих воспоминаний и эмоций, которые тянулись за ней от настоящей Алисии, и на фоне этого она чувствовала себя фальшивкой с лицом мёртвой девушки, а теперь ещё пешкой в чужих руках на шахматной доске.
Они мало говорили. В основном по делу, когда Алек решал поделиться с ней чем-то важным или узнать, что случилось с ней, пока его не было рядом. Она сама не до конца поняла, что именно произошло, но чувствовала себя хорошо. Во всяком случае, нормально физически, а морально - растерянно и с ожиданием чего-то плохого. Алисия ещё не отошла от поместья де Панов и пережитого там ужаса и боли от одиночества, которые съедали её изнутри. Этот отпечаток потустороннего призрачного мира оставался с ней, пока тёплые и живые руки Алека не начали напоминать ей, где она и кто она. С появлением Магистра многое изменилось. Алисия больше не чувствовала связи с Алеком, но замечала перемены в его настроении, которое в принципе редко менялось. Он с неохотой шёл на контакт с ней, чаще думал и вёл себя отстранённо. Не без причины, конечно, но она аккуратно касалась старых ран. Шаг за шагом, когда он разрешал.
Снимая с него повязки, чтобы осмотреть раны и нанести на них мази и эликсиры, выделенные им Эрасом в путь, Алисия ни о чём не спрашивала – только слушала Алека и внимательно выполняла наказы вампира. Сначала обработать края раны эликсиром, чуть налив его на чистый лоскут, потом наложить мазь на рану тонким слоем, а после – перевязать, чтобы быстрее затягивались.
По нескольку часов в день, когда они оставались одни, Алек пытался научить её магии, но настоящая Алисия не передала ей знаний о заклинаниях. Даже её сила пришла в руки бывшей эниды с запозданием и то слушалась плохо. Алисия часто взрывала вещи в комнате, оставляла на коже тонкие царапины и порезы или у неё нестерпимо начинала кружиться голова, болеть глаза или тошнить от использования магии. Она научилась видеть магические нити и скопления магии, но всё её попытки высосать магию из магического предмета, чтобы освободить Алека, оборачивались полным провалом. Он не злился на неё и не кричал, но Лисса видела, что каждый раз он ждал от неё большего и этого большего не видел и не получал, но говорил, что у неё есть силы. Она может.
- Хорошо, - Алисия со всем по-привычке соглашалась. Алек лучше знал своего отца и если даже он не мог предугадать, что задумал этот обезумевший старик, то что говорить про неё? Она не хотела оказаться в чьих-то руках новой игрушкой.
Магистр Алисии не нравился чисто на интуитивном уровне. Он напоминал ей паука, чёрную вдову, но был вдовцом – ещё более опасным представителем своего вида. Девушка чувствовала, как они с Алеком оказались в его паучьих сетях, едва вошли в комнату и дверь за ними закрылась, отрезая от потустороннего мира. Внутри их с отеческой заботой ждали кресла, снедь и, кажется, вино… или это просто кубки принесли для чего-то другого?
- Добрый вечер, - неуместная доброта Алисии и её вежливость ярким контрастом засимфонировала на фоне грубого вопроса Алека. Они не хотели здесь находиться, но Алек выглядел неспокойным, собранным, натянутым как струна и готовился к выпаду отца, как мужчина с мечом перед коброй. Алисия оставалась чуть позади него и выглядывала из-за плеча, как испуганный ребёнок, но уже давно вышедший из детского возраста. Она не знала, что ей делать и зачем её позвали. Чтобы не оставлять в комнате одну и Алек верил, что с ней ничего не сделают в его отсутствие? Или у Магистра на неё какие-то другие планы?

+2

5

Отец и сын были очень похожи в одном: они друг друга не слушали, а если слышали - поступали по своему усмотрению, учитывая пожелания чуть ли не в последнюю очередь.
Но, стоит отдать должное старшему, своё "без тебя разберусь" он не сказал и даже не отразил на лице.
- Мои вечера давно не делятся на томные и не очень, - уклоняясь от вопроса в сторону, ответил Итан, и по-хозяйски махнул рукой на сидения. - Вы присаживайтесь, разговор не будет коротким, не мне одному нужен комфорт.
Сам он поигрывал с гранёной пробкой от лишь едва тронутого сосуда с колдовским вермутом, иногда поковыривая чёрным ногтем не менее чёрную печать с куском пергамента, на котором оставил автограф владелец винокурен и лабораторий из Меррила. Лана возникла ещё раз, в последний, на пороге, принеся на и так заставленные поверхности комнатки захолустного дома графин с простой водой и напёрстки, подходившие для питья крепких напитков неразбавленными. Или лекарства. После чего откланялась.
- Нам давно было пора поговорить по душам о делах семейных. О Шейли, о ваших отношениях. О Розе, - рука, которой он наливал вермут, подрагивала, это было особенно заметно по тому, как ходило горлышко, едва не плеща мимо. - Сядь, - сказал он, строго глянув на Алисию. Вновь на Алека. На этого рявкать было бесполезно, а вот женщина, пусть даже больше не треть человеческого существа с замкнутой на призывателе энергетической и не только паутиной, казалась ему податливой, как глина. Интересно, начнёт ли давать ей противоречащие сигналы, ещё больше нервируя в итоге, его сын. Потому что Итан в такие игры в молодости наигрался.
- Начнём с того, над чем мы бессильны, сын? - склонив голову набок, демонстрируя под воротом неприятные жилы переродившейся болезни, спросил Магистр и подвинул тому навстречу напёрсток, женщине наливая воду без капли сизой феи. - Как давно ты болеешь и сколько на вампирской крови живёшь?
[nick]Итан Эарлан[/nick][status]Магистр ничего[/status][icon]https://i.imgur.com/oNsw3yo.png[/icon][sign]Empires are built upon the ashes of
The weak and frail
Those doomed to fail.
[/sign]

+2

6

В прошлый раз, когда магистру приспичило поговорить по душам, Алек вышел из допросной с подарком-браслетом.
Что на этот раз?
Некромант посмотрел на напёрстки и бутылку. Отец разливал содержимое по посуде и старался не пролить. Руки магистра тряслись, как у дряхлого и больного старика. Он прожил меньше зим, чем дряхлеющие к семидесятой весне старики, не видевшие добротной жизни и магической силы в руках. Магия поддерживала и продлевала в нём жизнь, но проклятие Розы высасывало её, как клещ, которого невозможно оторвать. Алек заметил знакомые прожилки на шее отца. С Розой точно не скажешь, как долго болеет человек и когда зараза проявилась. Магистр мог контролировать течение болезни и консервировать её в теле, напитывая себя зельями, заклинаниями, ядами, но болезнь брала своё, расцветая уродливыми лозами по всему телу. Кровь вампиров не поможет магистру.
- Хотел перебраться в моё тело, пока твоё не разложилось? – Алек искал подоплёку в действиях отца. Старик умирал, но Итан Эарлан не сдавался и с упрямством осла цеплялся за жизнь и за власть.
Разговоры о Шейли, Алисии и болезнях Алек считал лишними. Магистр не беспокоился о судьбе детей, как считал Эарлан младший, годы, что они прожили вдали от него без его милости, заботы и отцовского внимания. Магистр знал, где находятся его дети. Он мог забрать Шейли домой, а не позволить ей жить с изгнанником-братом у вампиров. Гордость бежала впереди магистра.
Алисия неуверенно посмотрела на него, спрашивая разрешения пройти в комнату и сесть. Девушка вставала между двумя упрямцами и пыталась их не рассорить ещё больше. Алек понимал, почему она так поступает. Исход его упрямства болтался на запястье запретом на использование магии. Он не противился воле девушки и закусил удила.
Алек сел на кресло после девушки, но наблюдал за действиями отца. Пить его отраву Алек не собирался и попытки Алисии что-то принять из рук старика пресекал, опустив ладонь на напёрсток. Некромант не верил в лживое гостеприимство и заботу отца.
- После твоей кампании в Лунном крае, - Алек не получил подтверждения теории, но был убеждён, что причиной заражения послужил тесный контакт с заражённой почвой и водой. Это не объясняло, каким образом заразился Магистр, который не бывал в Лунном крае. – Несколько месяцев.
Алек контролировал количество вампирской крови и оттягивал приём. Он боялся лишиться магии, но убивал себя, используя силу без меры. Болезнь стабильно-медленно развивалась на первой стадии и усугублялась, когда некромант черпал силы из тела на сотворение магии. О болезни он узнал от Эраса, когда жил в Сеонесе и практиковал магию. В первый раз черпнул лишнего. Вампир давал ему пять лет при соблюдении всех правил и максимум год, если продолжит сжигать себя.
- Ты прожил дольше, чем отведено болезнью, - Алек наклонил голову, рассматривая следы Розы на отцовской шее. – Всё испробовал? Я слышал, что обращение в вампира спасало некоторых больных от Розы и они чудесным образом исцелялись.
Один из сотни выживал.

+1

7

Алисия, которая перерождённая энида, помнила первую встречу с Итаном Эарланом. В тот день, когда она захватила тело мёртвой невесты Алека, она столкнулась с мужчиной на лестнице. Тогда Алек прятал её под иллюзией, вручив магический медальон, которым энида больше не пользовалась. Она всё ещё хранила его как память, чтобы не забывать, откуда она пришла и кем являлась до перерождёния. Итан видел её чернявой девушкой с чертами ворлаковской дочки, но вряд ли узнал её тогда. И видел ещё несколько раз после, когда Алек приводил её на мероприятия, словно лишний раз хотел насолить отцу и показать, какой он дерзкий сын своего отца. Алисия запомнила статного мужчину, который был в расцвете силы, но сейчас, несмотря на то, что прошло меньше пяти лет, он быстро состарился и выглядел… слабым?
— Хотел перебраться в моё тело, пока твоё не разложилось?
Алисия ужаснулась, посмотрела на Алека – как так, перебраться? Они что, сдались в руки Магистра, чтобы он пустил сына на опыты? Алек мало говорил об отце, но о том, какие у них сложились отношения, она знала, пока ещё жила в Анейроте, и после, когда они бежали из столицы в изгнании. Сама мысль, что отец может убить сына, чтобы продлить свою жизнь, казалась Алисии ужасной. А вдруг это правда? Вдруг всё готово к ритуалу и Магистр вскоре отдаст приказ?
«Алек же шутит, да?» - Алисия с опасением посмотрела на некроманта, но он выглядел спокойным, насколько это позволяла ситуация.
Опасаясь, что упрямство Алека снова сыграет с ним злую шутку, как было с допросом, девушка попыталась намекнуть ему, что лучше в этот раз не упрямиться, а сделать то, что хочет его отец. Ничего же не случится, если они сядут и выслушают его?
Алек, кажется, понял её мысль, и потому не останавливал её, когда она решила сесть, да и сам тоже сел, слушая отца. Магистр проявил больше внимания и учтивости, чем в прошлый раз, хотя лично с Магистром Алисия не говорила – её отдали магам. Она заметила, что напитки в напёрстках отличались, и с настороженностью наблюдала за питьём Алека. Некромант не позволяя ей пить и сам не пил. Здесь Алисия с ним согласилась и проверять искренность намерений Магистра не стремилась.
- Он пьёт кровь, только когда перебарщивает с магией, - вмешалась девушка. Она знала, почему он так делает, но придерживалась наставлений Эраса, что Алеку не стоит истощать себя магически и нужно своевременно принимать кровь. – Так он залечивает раны, - именно залечивает раны, которые открываются после магии, но не сдерживает саму розу.
- Я слышал, что обращение в вампира спасало некоторых больных от Розы, и они чудесным образом исцелялись.
- Они же умирали… - удивилась Алисия, а потом поняла, к чему это сказано. – А… - только и выдохнула она, чуть краснея. Добрый сын пожелал отцу лишиться магии и умереть в агонии.
Внутреннее чувство подсказывало Алисии, что этот разговор кончится плохо. В первую очередь для Алека. Наверное, они это оба понимали, но она посчитала, что обязана спросить.
- Сколько лет вы прожили с розой? – она не побоялась спросить напрямую у Магистра, хотя знала, что Алек ни за что не примет лекарство из рук отца, даже если оно существует. – С Шейли всё хорошо, - спохватилась девушка, помня, что прежде чем что-то получить, нужно за это заплатить. Знание за знание. – Она учится лекарскому делу.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [22.03.1082] Склера в шкафу