Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре май — июль 1082 год


«Марш мертвецов»

В Остебене и Лунных землях со сходом основных снегов нежить захватывает как никогда огромные территории, оттесняя людей к самым предместьям столицы, а обитателей дикого края – в стены последнего оплота цивилизации на северном берегу реки Великой, деревни Кхевалий, и дальше, за воды, в Анвалор или же вовсе прочь с севера материка. Многие умирающие от Розы теперь, если не сожжены, восстают "проросшей" жуткой болезнью нечистью и нацеленно нападают на поселения живых.



«Конец Альянса»

Альянс судорожно вдыхает, ожидая бед: сообщения, что глава Культа Безымянного мёртв, оказались неправдой. В новых и новых нападениях нежити и чёрнорубашечных фанатиков по обе стороны гор явственно видится след Культа.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Пока бог ламаров - Аллор, наслаждается жизнью в смертной оболочке, его мир медленно умирает. У королевы эльфов массовые убийства в Девореле и переворот у соседей-ламаров под боком. Орден Крови набирает силу и готовится свергнуть узурпатора с ламарского трона.


✥ Нужны в игру ✥

Алекто Сэлтэйл Гренталь Лиерго Джем Перл Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [15.07.1082] Луна над Лунными землями


[15.07.1082] Луна над Лунными землями

Сообщений 31 страница 39 из 39

31

Такой разъяренной Гипнос волчицу не видел еще никогда. Ее эмоции вообще читались на удивление легко – после жизни, проведенной в Акропосе, где каждый второй либо уже поддался влиянию Кристалла и утратил способность чувствовать ярко и в полной мере, либо искусно скрывал свои настоящие эмоции.
В замке Беннаторов зимой Кинатан тоже была обозленной, но то была злость отчаяния. Сейчас же черты ее красивого лица искажала настоящая звериная ненависть, толкающая на необдуманные поступки, и какое-никакое равновесие, установившееся между врагами, грозило обрушиться в один миг.
Ее рука крепче сжала рукоять топора, и Гипнос, не ожидавший от волчицы выплеска злости такой силы – он отвечал насмешкой на ее пренебрежение, но, похоже, для Кинатан это была по-настоящему больная тема, – приготовился к быстрому отпору, если она атакует…
Но она не атаковала. Самоконтроль оказался сильнее – волчица подхватила свои вещи и исчезла – только заросли сомкнулись за ее спиной.
Гипнос остался сидеть на лежанке, медленно разжимая крепко стиснутые пальцы – словно удерживая в кулаках готовое сорваться заклятье. Он не пошевелился и не проронил ни слова: слишком велика была вероятность того, что она не удержит под контролем свою волчью сущность, и все же бросится. И лишь когда ее шаги стихли, выдохнул. Вдохнул снова – и опять выдохнул, понимая, что был очень близок к схватке с неизвестным победителем.
- И что теперь? – спросил некромант, скорее, самого себя.
Лес – дикие Лунные земли вокруг него – молчал. Все еще шипели угли в ярости затушенного костра, исходя дымом, журчал ручей – и все.
Приходилось признать, что он переоценил ее одержимость Кайлебом. Гипнос думал, что в достаточной степени контролирует ситуацию, позабыл о том, какую глубокую ненависть Кинатан питает к некромантам – ведь сам-то он ненависти к ульвам не испытывал. Презрение – возможно, снисходительную жалость – разумеется. Но лично он сталкивался только с одной-единственной волчицей. Упрямой, вспыльчивой, дурной девкой, способной послать в Бездну все договоренности из-за своего дрянного нетерпения!
Ладно, хорошо… сейчас речь была не о ней. Он остался посреди Лунных земель – один, не зная дороги, с частично восстановленным магическим резервом и смертельной раной, медленно разъедающей его изнутри, вот что главное. Если она не вернется – а она, судя по всему, не собиралась – ему придется выбираться самому. Гипнос невольно рассмеялся снова – за последние месяцы вся его жизнь перевернулась так, что он не удивился бы, узнав, что уже обезумел окончательно, раз его смешат такие вещи. Что делать?
Некромант сделал очередной глубокий вдох, успокаивая себя, отстраняясь от проблемы, чтобы взглянуть на нее издалека, как учил его отец – еще в те годы, когда Гипнос был прикованным к кровати калекой. Что он имеет? Он все еще жив. Он может двигаться. Он способен обороняться – правда, не слишком долго – и сможет призвать себе в помощь немертвых, если потребуется. Эти земли пропитаны смертью, как пирог – медом. Благодатная почва для любого некроманта.
Чего он не имеет – так это сил на длительный переход и понимания, куда именно идти.
И Вилран. Не стоило забывать о Вилране. Мысли о брате нарушили равновесие, сжали сердце отчаянной болью. Вилран найдет его, в этом он был уверен – и если они оба выживут, то кроме друг друга им не на кого будет рассчитывать.
Оставалось всего ничего: выжить. А для этого – встать и пойти, стараясь забираться не вглубь Лунных земель, но ближе к берегу реки. Река послужит хоть каким-то ориентиром. Гипнос рассчитывал выбраться, гоня от себя даже отголосок мысли о том, что не сможет, но холодная, практичная часть его разума понимала, что здесь он проиграет. Шансов в одиночку у него нет.
Он вздохнул – и с новым выдохом с ладони колдуна слетел ворон. Поднялся над макушками искривленных черных деревьев, с хриплым карканьем сделал круг, удаляясь от хозяина все дальше, описывая круги, разыскивая путь. Лес и степи, поросшие травами равнины и непроходимый бурелом чащи. Серебристая лента реки едва сверкнула вдалеке, у самого горизонта – и Гипнос отдал помощнику мысленный приказ спуститься ниже. В черных глазах птицы мелькало серебро, когда некромант, застывший посреди разгромленного лагеря в обманчиво-расслабленной позе, отчаянно вглядывался в тусклую зелень земли внизу.
И он вскрикнул бы от радости, если бы не боялся потерять концентрацию – среди черноты и зелени Лунных земель брела одинокая человеческая фигурка. Упорно и целеустремленно, и белые волосы светились на солнце таким же серебром, как и глаза ворона.
Вилран…
Ворон стремительно спикировал вниз, к брату – приземлился на валун перед ним, громко и пронзительно крикнул, привлекая внимание. Гипнос успел увидеть, как повернулось к нему бледное лицо Воскрешенного, как расширились серые глаза – а затем острая боль в груди вырвала его из транса.
Ворон по-человечески изумленно вздохнул – и развеялся клочьями зеленоватого тумана, а некромант скрючился, выкашливая кровавые сгустки. Слишком большое напряжение сил за несколько последних часов давало о себе знать… как не вовремя! Как же, мать твою, не вовремя!
Гипнос сжался в комок – искалеченное, тщедушное тело свело судорогой, как в припадке, в груди жгло и пекло, будто глубоко в сердце открылась едва затянувшаяся рана. Мертвые конечности не подчинялись, живую руку пронзил жестокий мышечный спазм, некромант лихорадочно хватал губами воздух, тщетно пытаясь протолкнуть его в легкие. Пожалуй, если бы именно сейчас перед ним появился любой, какой угодно, обитатель Лунных земель, Беннатор ничего не смог бы ему противопоставить.
Эта пытка собственного тела растянулась на минуту – но Гипнос успел прочувствовать каждую секунду, что ее составляла. Когда спазм, наконец, отпустил, оставив после себя опустошение и слабость, некромант обмяк на сбившейся подстилке почти что с благодарностью, отпустив сознание в спасительную черноту.

***
Когда он снова открыл глаза, то с некоторым удивлением отметил, как сместились тени деревьев и кустов. Угли костра уже не шипели и не вспыхивали – остыли и погасли. Давно перевалило за полдень и близилось к закату – а он валялся в луже крови и мокроты, и сил хватило только на то, чтобы приподняться.
Но Вилран был уже близко. Возможно, уже к утру он сможет его найти – если брат правильно истолкует появление ворона. Все, что нужно сделать – подождать. Совсем немного. Продержаться несколько часов.
Гипнос сполз с подстилки, добрался до ручья и напился, жадно зачерпывая воду здоровой рукой. Артефакты-накопители почти зарядились. Если собственное тело вновь не подведет – его хватит на то, чтобы пережить эту ночь.
[icon]http://sh.uploads.ru/lSWeE.png[/icon]

+2

32

Темно-бурая, лохматая волчица шевельнула кончиком длинного хвоста, вздохнула и опустила морду на скрещенные лапы, сквозь полусомкнутые веки любуясь небосводом, что закатное солнце раскрасило во все оттенки рыжего и красного.
Кинатан ушла далеко от стоянки, сначала ее гнала злость, потом - голод, желудку не было дела до душевных терзаний, он настоятельно требовал еды и волчице снова пришлось отправиться на охоту. Вспомнив запах, что исходил от котла, Кинатан сглотнула набежавшую слюну и засопела - проклятый колдун! Не нашел лучшего времени поиздеваться! Теперь же Кинатан пришлось довольствоваться тощей, костлявой вороной - птица была молодая и глупая и подпустила охотницу слишком близко. Кинатан сбила ворону топором, а потом, перекинувшись в волчью шкуру, сожрала ее сырой, с клювом, перьями и длинными, когтистыми лапами.
Вспомнив о Беннаторе волчица засопела громче и мрачнее - ей хватило и пары часов, чтобы перебеситься и осознать, сколь сильно она сглупила, бросив недруга на стоянке. Конечно, отыскать обратную дорогу могла бы и с закрытыми глазами, другое дело, что возвращаться туда Кинатан не шибко-то и хотелось: злиться она давно уже перестала, но смирить собственную гордость оказалось не в пример сложнее и теперь старательно оттягивала момент, когда все же придется идти обратно.
Треск веток и шаги заставили поднять голову и насторожить уши, волчица потянула воздух носом, пытаясь уловить запах и понять, кто это так нагло и громко ломится по лесу и тут в отдалении, среди темных, мертвых деревьев мелькнула человеческая фигура - мужчина, высокий, стройный, с длинными, белыми волосами.
Кинатан уставилась на странного путника круглыми глазами: на ульва он был совсем не похож, на человека... Люди в Лунном крае тоже встречались, реже ульвов, но встречались, вот только этот совсем не походил на местного обитателя да и такой светлый, странный цвет волос она видела только у Беннатора. На мгновение мелькнула мысль - Гипнос исцелился и теперь шляется по Лунным землям, как у себя дома. Волчица тряхнула башкой, прогоняя бредовую мысль - демон знает на что эти некроманты способны, но все же, если бы Беннатор мог так быстро исцелиться, так с чего бы столько времени он таскался в искалеченном теле? Да и шел этот белобрысый с противоположной от стоянки стороны.
Когда странный путник вновь скрылся среди деревьев Кинатан поднялась на лапы, отряхнулась от налипших на шкуру листьев и мелкого мусора и сменила облик на человеческий. Торопливо одевшись-обувшись, нацепила перевязь с оружием, закинула за спину сумку и принюхавшись, прислушавшись и прикинув направление, бегом рванула в лес.
В отличии от человека перевертыш передвигалась по лесу осторожно и практически бесшумно, некоторое время Кинатан следовала за белобрысым, наблюдая и пытаясь понять, кто же он такой. Впрочем, явно не нежить и не некромант - темной ауры она не чувствовала, а запах... если от Гипноса разило тленом и смертью, то от этого исходил обычный, человеческий запах, разве что разбавленный грязью и кровью.
Кинатан прибавила шагу, заложила небольшой крюк по лесу и шагнула на встречу путнику, заступила дорогу.
- Стой. - волчица стиснула рукоять топора, внимательно, настороженно глядя на незнакомца. - Кто ты такой? Откуда здесь взялся?
При ближайшем рассмотрении сходство с Гипнос стало еще более очевидным - длинные, светлые волосы, бледная кожа, серые глаза, похожие черты лица... словно портрет, нарисованный с чужих слов. А с чего она взяла, что на том проклятом корабле был один Гипнос? Может вместе с ним плыл еще кто-нибудь из родни? Вот Беннатор так и рвался к берегу, надеялся узнать, что сталось с родичем? Кинатан нахмурилась - но если он действительно с того корабля, то как их нашел? Лунные земли огромны, откуда узнал в какую стороны они с Гипносом ушли?

Отредактировано Кинатан (2018-11-04 10:19:04)

+2

33

Вилран не задумывался, умеет ли он плавать, но оказалось, что умеет – когда над головой сомкнулись волны, он быстро заработал руками и ногами, выбираясь из толщи вод, и вынырнул обратно. Ухватился рукой за покачивавшийся рядом кусок обшивки корабля и завертел головой, осматриваясь в пылающем над головой огненном зареве и ища Гипноса. За себя он не боялся, совсем не ощущая той паники, которой поддавались пытавшиеся выбраться из воды или спастись от пламени сгорающего корабля люди, но вот за брата его одолевало тягостное и неприятное чувство волнения – потерять его означало бы потерять самого себя.
Но Гипнос не погиб – Вилран успел заметить, как его вытаскивал на берег крупный, напоминавший волка зверь. Или, быть может, то и был волк – рассмотреть толком не получилось, но это лишь заставило действовать быстрее и, невзирая ни на что, плыть к берегу, что Вилран и сделал. Его не интересовала ни чужая битва, ни чужие страдания, он не понял, зачем на них напали, но и спасать кого-либо из сопровождения брата приказа не поступало.
Но выбравшись на берег, Вилран не обнаружил ни зверя, ни Гипноса - оба исчезли из поля зрения, и он остановился, озираясь и высматривая среди сражающихся людей брата, когда услышал окрик:
- Куда направился?
Мужчина явно был не из свиты Беннаторов, а из нападавших, и острие меча в его руке целилось Вилрану прямо в грудь. Он, конечно же, думал, что перед ним обычный человек – мокрый, побитый, в обгорелой одежде и безоружный (собственный меч, видимо, ушел на дно во время падения с корабля). Так думали и все вокруг, но Вилран обычным не был. Сам по себе мужчина его не интересовал, его слова даже не отпечатались в сознании, но он стоял на пути и угрожал, а Вилрану нужно было пройти непременно – пройти вдоль берега и отыскать зверя, что утащил его брата. И он не стал медлить – быстро рванулся вперед, уклонившись от удара, перехватил руку нападавшего и вывернул запястье так, что хрустнули кости, а пальцы разжались, выпуская оружие.
- Сука, мать твою! – заорал мужик от боли, но Вилран на лету подхватил выпавший меч и всадил человеку в живот, чтобы вопли прекратились.
Нападавший упал на землю – оставалось лишь перешагнуть через него и двинуться дальше, что Воскрешенный и сделал. Его цель не терпела отлагательств, и если на пути возникала преграда в виде людей, своих или чужих, живых или мертвых, то Вилран убивал и, не останавливаясь, продвигался дальше. В какой-то момент ему показалось, что он видит зверя, но уже не на побережье, а у кромки леса – темная тень мелькнула и пропала за деревьями...
И его внезапно скрутило от голода.
Вилран скосил глаза вбок и тут же обнаружил, что левую руку украсил длинный порез – почти через все плечо. Это было плохо, даже не смотря на то, что боли Вилран не ощутил. Гипнос предупреждал, что кровь терять нельзя, и сейчас неосторожность играла против Воскрешенного.
Он еще раз глянул в сторону леса, и, отвернувшись, шагнул к ближайшему человеку – раненому, тщетно пытавшемуся выбраться из воды на берег. Тот понял неладное, попытался уползти, но Вилран уже склонился к нему, присел рядом, развернув к себе, и запустил руку в распоротую на животе мужчины рану, выдирая внутренности. Свежие печень и сердце были более вкусными, он Вилран торопился и отправил в рот все, что достал, не копаясь. Жертва все еще орала и дергалась, когда он склонился ниже, вгрызаясь острыми зубами в мясо на груди, а когда, насытившись, поднял окровавленное лицо, заметил, с каким ужасом смотрела на него Дора. В ее взгляде смешались и отвращение, и страх, но Вилрана служанка брата не интересовала также, как и ее мнение насчет его еды. Он поднялся на ноги, вытер рот рукавом рубахи и направился к лесу.
За ним никто не последовал – сопровождавшие Гипноса некроманты, наверное, только порадовались, что странное создание, в которое превратился Стефанн Беннатор, покинуло их и ушло неведомо куда.


Он шел по следу уже второй день, но ни зверя, ни брата так и не догнал. Это расстраивало и путало мысли, но Вилран точно знал, что брат жив, – он его чувствовал, - и шел на невидимой зов, не останавливаясь ни на сон, ни на отдых. Большой усталости он, впрочем, пока не ощущал, а спать и не хотел вовсе. И даже несколько крупных существ, явно созданных чужой волей и магией, не смогли его остановить – он сцепился было с одним из них, но тот внезапно прекратил нападение и убрался вместе с остальными, очевидно, почувствовав в своей новой добыче нечто странное, не свойственное обычным живым жертвам, служившим для тварей пищей, а может, отвлекшись на другую, более легкую для охоты цель.
К вечеру второго дня лес стал гуще, тени от деревьев глубже, а Вилран так никого и не догнал. Наверное, человек в этой ситуации бы расстроился, но Воскрешенный знал одно – Гипнос жив. И шел дальше, невзирая ни на что, и пройти мог бы еще далеко и долго – столько, сколько потребовалось бы, чтобы найти брата.
Остановился он, лишь когда рядом раздалось громкое карканье – крупный ворон сидел на валуне прямо у него на пути. Необычный ворон – Вилран подсознательно учуял его неживую природу и связь с Гипносом. Но только он обратил на птицу внимание, как та исчезла, разлетевшись тусклыми  клочками тумана.
Брат подавал ему знак? Или просил помощи. По иному Вилран расценить появление ворона не мог. И дальше он двинулся уже точно зная, что на правильном пути, и брат где-то совсем поблизости.
Но до цели Вилран опять не добрался – дорогу перегородила девушка. С виду совсем обычная, только с топором в руках. До этого Вилрану уже казалось, что за ним следили - иногда он краем глаза замечал мелькавшую меж деревьев тень, но считал, что это зверь. Девушка, перегородившая путь, на зверя не походила.
Стой. Кто ты такой? Откуда здесь взялся? – она выглядела настороженной и серьезной.
Вилран перехватил меч поудобнее и не тронулся с места, внимательно ее рассматривая. Она мешала пройти и, наверное, считала его ненормальным – босой человек, в окровавленной одежде с клинком в руке вряд ли был в здравом уме, забредя в чащу леса. Но она не нападала, и Вилран задумался, как поступить – Гипнос не поощрял убийство людей, если они просто мешали, но не представляли угрозы, и злился, если Вилран пытался это правило нарушить.
Сейчас девушка не нападала, но в руках ее был топор, и пусть она им не размахивала, все равно оружие оставалось оружием, заставляя быть осторожнее. Что ж, решил Воскрешенный, если она нападет, то он ее съест – он уже сутки голодал, и хоть рана на плече подзажила, не требуя чужой энергии, есть все равно хотелось. Если нет, то он просто пройдет мимо по своим делам.
Вилран опустил меч и махнул рукой, показывая, чтобы девушка отошла и дала пройти. Ответить голосом он ей все рано не мог.

+2

34

- Ты меня слышишь? Понимаешь? Кто ты такой?
Кинатан разглядывала белобрысого и хмурилась, это было так странно: если бы она решила закрыть глаза и положиться только на нюх, то с полной уверенностью сказала бы, что перед ней человек. Вот только незнакомец вел себя слишком странно для человека - обычно люди не бродят по мертвому лесу босыми и раздетыми (а если и бродят, то жутко при этом сквернословят - острые камешки и сухое веточки больно впиваются в ступни) да и им, людям, свойственно, если не пугаться, то хотя бы удивляться, когда дорогу неожиданно заступает незнакомая девка с топором. Этот же мало того, что не произнес ни звука, так при ее появлении ни в глазах, ни на лице совсем ничего не изменилось, таращился на нее, как на пустое место, словно бы и не живой человек, а фарфоровая кукла!  "Может его оглушило магией или взрывом?"
Впрочем, раненым незнакомец не выглядел, на теле и одежде запеклась кровь, но, кажется чужая, ран на нем Кинатан не видела, а двигался он легко и свободно. "Или свихнулся от страха и не понимает?" Хотя, что она знает о семействе Беннатор? Она ж ведь одного только Гипноса и встречала. Может у них остальные все такие? Таращатся пустыми глазищами и молчат, ровно воды в рот набрали?
Незнакомец, видимо сообразив, что вот-прям-сейчас убивать его не собираются, опустил меч и махнул рукой, явно желая, чтобы волчица ушла с дороги.
Кинатан помедлила и отрицательно качнула головой, продолжая внимательно, настороженно разглядывать человека и размышляя, как поступить. Проще всего было бы и правда отступить, он на нее не напал, убивать его не было смысла, но... На стоянке остался Беннатор и возвращаться к нему с поджатым хвостом и признав собственную глупость волчице ох как не хотелось! А вот, если привести это чудо...  "Конечно, я и не думала возвращаться, но встретила в лесу этого белобрысого и решила все же вернуться, спросить не твой ли родственник..." Кинатан фыркнула, прекрасно понимая, что Гипнос в это не поверит, качнула головой и проворчала.
- Демон знает, что ты такое... - вздохнула, окинула незнакомца настороженным взглядом и попробовала еще раз. - Ты очень похож на Гипноса. Ты его ищешь? Я знаю, где он, знаю, где стоянка и могу отвести тебя к нему.
Кинатан выжидательное уставилась на человека, размышляя, как поступить, если он не поймет или просто заупрямится и не захочет идти с ней. В принципе, в сумке валялась веревка и у нее вполне хватило бы сил утащить этого белобрысого до стоянки, как козла на веревочке, другое дело, что перед этим его нужно было как-то связать...

Отредактировано Кинатан (2018-11-07 18:08:01)

+2

35

Незнакомка вела себя подозрительно. Рассматривала то с одной, то с другой стороны, и Вилрану показалось, что даже принюхивалась. И головой покачала, что не уйдет. Или не поняла его?
Вилран нахмурился. Попросить яснее он мог, только убрав ее с дороги силой, и уже начинал думать над этим вариантом, как девушка заговорила:
Демон знает, что ты такое...  Ты очень похож на Гипноса. Ты его ищешь? Я знаю, где он, знаю, где стоянка и могу отвести тебя к нему.
Гипнос!
Вилран тут же весь подобрался, услышав знакомое имя, как учуявшая дичь охотничья псина. Незнакомка знала брата и предлагала к нему отвести. Конечно, он хотел этого и кивнул. В голове Вилрана из-за детской наивности ни разу не проскочила мысль об обмане – ему не хватало того жизненного опыта, что он упустил за прошедшие годы.
- Брат, - выдавил из себя Вилран и еще раз утвердительно кивнул.
А потом порадовался, что у него наконец-то что-то получилось.
- Брат, брат… брат, - твердил он и позже, уже шагая за незнакомкой, и улыбался.
Ему нравилось, как звучит слово. Тянуло ощущать его на языке и слышать, как звучит, и он радостно закреплял то, чему научился. Девушка, правда, на него странно поглядывала, но это Вилрана не смущало – он слишком был увлечен собой, чтобы гадать, что у нее на уме: когда оборачивалась, то выдавал очередное «брат» и внутренне собой гордился.
Так и дошли до небольшой полянки на берегу ручья, где Гипнос и нашелся. Вокруг уже успело стемнеть, но Вилран узнал брата мгновенно по одним лишь очертаниям скрючившейся рядом с костром фигуры – внутренняя связь, навеки скрепившая их души, не давала ему ошибиться.
Он осмотрелся. Зверя, что утащил брата с берега, рядом видно не было. Видимо, он ушел. По пути к поляне, пока солнце еще не село, попадались волчьи следы, но здесь, у ручья, волка Вилран не обнаружил, хоть старательно всматривался в темноту и принюхивался.
Он глянул на остановившуюся на краю поляны девушку, кивнул, мол, спасибо, что довела, и уверенным шагом направился к Гипносу, больше не обращая на нее внимания - довела, свое дело выполнила и мгновенно потеряла в глазах Вилрана весь интерес. В его голове никак не укладывалось несколько дел разом – как только одно заканчивалось или становилось не столь важным, мысли и все внимание тут же переключались на другое.
Гипнос выглядел как-то совсем плохо – больным, усталым и… одиноким. Он поднял голову, стоило ступить на поляну, и тоже всматривался в пришедших. Вилран чувствовал его радость. И он тоже был рад – он все сделал правильно, он его нашел, он рядом.
И его тянуло похвастаться:
- Брат.
В голосе прозвучало нескрываемое торжество.
Вилран сел напротив Гипноса, положил меч на землю и повторил еще, чтобы уж точно закрепить свой триумф:
- Брат, брат.

Отредактировано Вилран (2018-11-10 21:59:40)

+3

36

У него было время подумать. Достаточно времени.
Некромант вновь разжег угасший костер дуновением "малого огня", бросил в него все сухие ветки, в ярости разбросанные Кинатан, плотнее завернулся в оба плаща, бережно сохраняя энергию тела, опустил капюшон на лицо и замер неподвижным, практически неживым черным истуканом. Ворон кружил над ним и над разгромленной стоянкой, готовый предупредить хозяина об опасности, если бы вдруг усмотрел ее с воздуха. Гипнос отлично умел ждать - и он ждал.
Сейчас, когда он больше не мог плыть на север - не заявится же он и в самом деле в Хериан в одиночку с заверениями, что Кайлеб Ворлак выслал его из Акропоса! - когда никто из шпионов и сопровождающих больше не отслеживал его перемещения, когда он предоставлен был сам себе, что он собирался делать? Мог ли он попробовать пробраться мимо патрулей и вражеских армий, проскользнуть домой, рассчитывая на то, что в суматохе одного нескладного калеку не заметят, что белый голубь из эльфийских легенд все же пролетит между движущимися скалами? Или рискнуть затаиться там, где его не знают, самостоятельно отыскивая надежду на исцеление и в любой момент опасаясь, что такая приметная фигура, как двухголовый некромант, привлечет внимание всех своих возможных врагов?
Сердце звало назад. Разум призывал выжидать.
И он ждал, почти погрузившись в транс, в полусон, замедлив ритм сердца, опустив веки, позволив себе свободно качаться на волнах собственных мыслей... пока сверху хрипло, предупреждающе не каркнул ворон. Спикировал вниз, к неровно вспыхивающему костерку, уставился блестящим черным глазом туда, откуда ждал гостей - и вместе с ним раскрыл глаза и Гипнос, настороженно вглядываясь в сгущающиеся сумерки, и между бледных паучьих пальцев перекатывался, готовый сорваться, крохотный сгусток тьмы.
Но к костру, не скрываясь, шагнула Кинатан, и Гипнос выдохнул почти что с облегчением. Забавно: она была его врагом, но из всех существ, что могли встретиться в Лунных землях - наименьшим из всех. Почти союзником. Почти другом. И он был рад - и сам удивился этому - что она все же решила вернуться.
- Немного стемнело, пока ты ходила, - приветствовал он ее - и осекся, забыв, что хотел сказать. Потому что следом за волчицей, как ни в чем не бывало, вышел брат.
- Вил?! - голос некроманта сел от изумления. Он ждал, что Вилран найдет его, но не думал, что в паре с Кинатан.
— Брат, - отозвался Вилран, и Гипноса парализовало вторично.
- Ты говоришь?! - Гипнос подался к нему навстречу, и брат, улыбаясь, сел рядом на землю, положив меч, не чувствуя никакой опасности, снова повторил свое заветное:
— Брат, брат.
- Бездна, Вил! - Гипнос порывисто обнял его, уткнулся носом в пропахшее кровью плечо Воскрешенного, почувствовал, как крепкие руки Стефанна Беннатора осторожно прижали к себе его нескладное тело, и сам крепче вцепился пальцами ему в спину.
Нахлынувшее счастье от возвращения Вилрана было таким сильным, что Гипнос даже забыл на какое-то время о Кинатан. Но, все еще прижимая к себе Вила, раскрыл глаза - и увидел выражение ее лица, стоящей позади братьев Беннатор. Очень странное выражение.
- Как ты... как вы друг друга нашли вообще? - некромант все еще не мог оправиться от удивления. В том числе вызванного и тем, что эти двое мирно дошагали сюда по лесу и даже, кажется, успели пообщаться.
[icon]http://sh.uploads.ru/lSWeE.png[/icon]

+2

37

- Брат.
Кинатан удивленно вскинула брови и тряхнула головой, решив, что ослышалась, но незнакомец улыбнулся и снова повторил.
- Брат, брат...
Перевертыш почувствовала, как по коже бегут мурашки - она знала, что брат Гипноса умер в детстве и хорошо помнила жуткое, истлевшее детское тельце, что некромант почему-то все еще таскал на себе.
-Брат.
Волчица внимательнее присмотрелась к найденышу, пожалуй, он выглядел постарше Гипноса. Мог ли у Гипноса быть еще один брат? Старший? Но тогда почему наследником Акропоса был калека, а не вот этот? Хотя... Похоже, у Беннатора старшего был не шибко роскошный выбор, кого объявить наследником - или разумный калека, или здоровый полудурок. Может этого содержали в замке под замком и не показывали простым людям, вот о нем и не ходило слухов по Акропосу? А впрочем, что толку сейчас гадать? Нужно отвести это чудо на стоянку и расспросить Гипноса.
- Ладно... - волчица медленно выдохнула (и даже слегка порадовалась, что белобрысый все же не стал упрямится), впихнула топор в петлю на перевязи, махнула рукой - Пошли. - и, прикинув направление, пошагала в лес.
Сейчас Кинатан уже почти жалела, что так далеко ушла - путь до стоянки занял несколько часов, конечно, на четырех лапах она добралась бы намного быстрее, но человеку не угнаться за волком, а снова изображать верховую лошадку и катать на своей спине теперь уже вот этого волчице совсем не хотелось. Впрочем, долгий переход - ерунда, гораздо хуже было, что белобрысый не умолкал ни на минуту! "Брат, брат, брат" - в ушах звенело от этого слова, болтливый найденыш мешал слушать лес, а на требования заткнуться лишь радостно улыбался и снова повторял "брат".
Через час это настолько надоело, что Кинатан начала размышлять из чего бы соорудить кляп. Правда, дальше размышлений дело так и не пошло - вряд ли белобрысый согласился, чтобы его заткнули кляпом, а если силой... или атакует, или испугается и сбежит, а ни тот, ни другой вариант волчицу не устраивали.
В общем, когда в сгустившихся сумерках, среди разлапистых деревьев показались слабые отблески огня, а порыв ветра принес знакомый (пусть и весьма неприятный) запах Кинатан почти обрадовалась.
- Немного стемнело, пока ты ходила.
Волчица не ответила, шагнула из темноты и замерла на краю поляны, чуть нахмурилась, глядя на недруга и принюхиваясь: то что Гипнос жив - это хорошо, но чуткий нос перевертыша вместе с запахом тлена улавливал и кровь. Откуда? Неужто Гипнос все же сцепился с какими-то местными тварями? А впрочем, в следующее мгновение стало не до того - на поляну шагнул найденыш...
- Вил?!
Кинатан словно с размаху налетела на каменную стену, ей вспомнились разговоры, что ходили по Акропосу - Гипнос и Вилран Беннатор, уродливые близнецы. Вилран, Вил... Но как такое возможно?! Удивление, замешательство, непонимание, смятение, страх... Эмоции накладывались друг на друга, сжимались в тугой клубок, топор словно сам собой лег в руку, Кинатан смотрела на своего найденыша и пыталась понять, как поступить? Положившись на обоняние она приняла его за человека, не нормального, возможно даже безумного, но человека. Теперь же... Что за тварь кроется под человеческой шкурой?
- Как ты... как вы друг друга нашли вообще?
Кинатан одарила белобрысую парочку тяжелым, смурным взглядом. Найденыш пока что не проявлял агрессии, а Гипнос... Там, в Акропосе некромант пытался ей доказать, что смерть - это еще не конец, а с мертвецами вполне можно побеседовать. С немертвым или химерой, созданной из человека, Гипнос вряд ли бы стал так радостно обниматься, видимо он убедил себя, что это существо и правда его брат. А если так... Кинатан с досадой прикусила губу - нужно было убить эту тварь еще в лесу! Теперь же, Беннатор не отступится, будет защищать выродка до последней капли крови!
Волчица чуть помедлила, размышляя - попытаться убить белобрысую тварь прямо сейчас было глупо, снова развернуться и уйти - еще глупее, - и все же шагнула на поляну, опустилась на землю по другую сторону костра. Положив на колени топор и, пряча за грубостью растерянность и страх, огрызнулась.
- Эта тварь с таким шумом тащилась по лесу, что только глухой медведь бы не услышал. - тихонько побарабанила пальцами по топору, неприязненно, настороженно разглядывая белобрысого, потом перевела взгляд на Гипноса и потребовала. - Кто это такой? Рассказывай.

Отредактировано Кинатан (2018-11-12 12:34:08)

+2

38

Что было в ее лице - страх? Замешательство? Зависть?
Кинатан не могла не вспомнить о том, как он говорил ей, что может общаться с братом. Что ж - он и вправду мог, и тогда, и сейчас. А она все еще не верила. Или не хотела верить, упрямо убеждая себя в том, что такое воскрешение невозможно, твердолобая, как кремень...
Гипнос вздохнул, разжал руки, сжимавшие плечи Вилрана, осторожно опустился рядом с братом и костром - напротив волчицы, сверкавшей глазами поверх огня.
- Это - мой брат, Вилран Беннатор. Погибший от несчастного случае в возрасте девяти лет, - медленно проговорил некромант, следя за каждым ее движением. Он заметил, как метнулся ее взгляд от Вилрана к мертвому куску плоти, приросшему к его телу - и обратно. - Да, тот самый, о котором я говорил. Мне удалось... вернуть его пару недель назад.
Он повернул лицо к Вилрану, погладил брата по спине, почти физически чувствуя, как тот доволен ситуацией. Для него это было чем - игрой в приключение, а не смертельно опасным путешествием? Быть может, скоро он сможет и сам об этом сказать.
- Не ты одна - никто не верил, что такое возможно, - продолжил Гипнос, и его глаза мерцали, когда он смотрел на свое величайшее и самое любимое творение. - Никто до сих пор не делал такого... не возвращал человека к жизни спустя десять лет. Мне пришлось подыскать новое тело, подходящее. И я отправился за Грань, туда, куда ты боялась идти. Я прошел, и нашел его, и вернул назад. Как видишь - он совершенен, - некромант улыбнулся почти с нежностью, неожиданной для его осунувшегося, бледного лица. - Конечно, он многое забыл, и ему предстоит еще многому научиться... но он учится, ты же сама видишь. Он начал говорить, он отличный боец, он мыслит, и он сохранил свои воспоминания. Это первое в истории такое оживление, практически полноценное. И мы с ним наконец-то вновь стали... целыми.
О том, что воскрешение ему помогал провести Кайлеб Ворлак, Гипнос, конечно, умолчал. Кин, как и всякий ульв, к некромантии и к колдовству вообще относилась с изрядным подозрением, а уж услышав ненавистное имя и вовсе бы взбесилась.
- Да, Вилран, - вспомнил Гипнос, вновь коснувшись плеча брата, - Это Кинатан. Она мой... - и тут он впервые задумался. Волчица все еще была врагом, но сейчас они держали условленное перемирие и были вроде как союзниками. Но как объяснить Воскрешенному эту сложную связь, когда для него пока что были либо недруги, либо свои?
- ...друг. И проводник. Пока что.
[icon]http://sh.uploads.ru/lSWeE.png[/icon]

+2

39

Брат обрадовался – Вилран знал это заранее, чувствовал, и сам обрадовался тоже  - обнял Гипноса в ответ, прижимая к себе. Они снова были вместе – это главное. И лишь поле этого обернулся к незнакомке. Смотрела девушка на них подозрительно настороженно и явно неодобрительно. И еще назвала его «тварью». Вилрану не понравилось, но это еще ничего не значило – так смотрела на него не только она, а и большинство слуг Гипноса, так что Воскрешенный предпочел пока всего лишь наблюдать и не вмешиваться. А про «тварь» запомнить.
Но Гипнос совсем его ошарашил, когда назвал девушку другом. Еще один друг, который снова им недоволен и осуждает! У брата, если подумать, все друзья были странными - что Кай, что эта Кинатан (Вилран хорошо запомнил ее имя). Но друзей нельзя было ни есть, ни убивать, ни делать им больно – Воскрешенный это знал. Друзьям полагалось доверять, и не причинять вреда.
Вилран кивнул брату, что все понял, и осторожно повторил:
- Друг.
Слово снова получилось, и это уже не удивило, как в первый раз – Воскрешенный начинал привыкать к тому, что слова произносятся вслух. И ему нравился собственный голос, хоть он и был чужим и грубым – совершенно не таким, каким он его помнил в детстве.
- Друг, - повторил Вилран еще раз, а затем попробовал более сложное. – Ки-ина-та-нн…
Вышло не очень – сложно, долго. И Вилран сократил покороче:
- Ки-на… Кина, - он кивнул и с чувством внутреннего торжества покосился на Гипноса. Мол, смотри, какой я молодец!
Кинатан вот только была не особо довольна, или просто делала вид, что ей не нравится всё и все. Насколько успел заметить Вилран, а он любил наблюдать, пока что ей не нравилось ничего с того самого момента, как она появилась, преградив ему путь. Может, она всегда такая хмурая и недовольная? Он знал, что такие люди есть – такими была половина дворни в Акропосе и друзья отца – молчаливые и хмурые.
Вилран придвинулся ближе к костру, подкинул несколько лежащих рядом веток, решив больше не мешать брату и Кинатан разговаривать. Костер был красивым – яркие язычки пламени тянулись вверх, рассеивая темноту и разбрасывая искры, - и теплым. Вилран не чувствовал боль, но холод ощущал всегда, – ему редко удавалось согреться, -  к тому же сейчас даже одежда его оставляла желать лучшего – куртка осталась на корабле, а сапоги пошли на дно, когда пытался выбраться из воды. В общем, у костра сидеть и чувствовать, как тепло растекается по телу, было приятно.
Вилран придвинул к себе меч, с которым не расставался, и прикрыл глаза, из-под ресниц изредка бросая взгляд на брата и его «друга» Кинатан.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Личные отыгрыши » [15.07.1082] Луна над Лунными землями