Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре май — июль 1082 год


«Марш мертвецов»

В Остебене и Лунных землях со сходом основных снегов нежить захватывает как никогда огромные территории, оттесняя людей к самым предместьям столицы, а обитателей дикого края – в стены последнего оплота цивилизации на северном берегу реки Великой, деревни Кхевалий, и дальше, за воды, в Анвалор или же вовсе прочь с севера материка. Многие умирающие от Розы теперь, если не сожжены, восстают "проросшей" жуткой болезнью нечистью и нацеленно нападают на поселения живых.



«Конец Альянса»

Альянс судорожно вдыхает, ожидая бед: сообщения, что глава Культа Безымянного мёртв, оказались неправдой. В новых и новых нападениях нежити и чёрнорубашечных фанатиков по обе стороны гор явственно видится след Культа.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Пока бог ламаров - Аллор, наслаждается жизнью в смертной оболочке, его мир медленно умирает. У королевы эльфов массовые убийства в Девореле и переворот у соседей-ламаров под боком. Орден Крови набирает силу и готовится свергнуть узурпатора с ламарского трона.


✥ Нужны в игру ✥

Алекто Сэлтэйл Гренталь Лиерго Джем Перл Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [17.03.1082] Мелодия молчания


[17.03.1082] Мелодия молчания

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

- Локация
Остров Силва, болота Волчьего следа, город Гиллар, руины первого храма
- Действующие лица
Авус Белый Клён, ГМ Кай
- Описание
предыдущий эпизод
- [2-4.03.1082] Лягушки кожа, память вод
Притворяясь мальчиком с болот, приёмышем вечных детей, получеловечных болотников, Авус нашел в Гилларе радушный приём. Почти нормальный, не подозрительный, и много змеиной и чешуйчатой тематики во всём вокруг не так бросается в глаза - меньше, чем у Авуса флейта. Но время идёт, и, если ради хорошего первого впечатления для новой крови можно опустить многие вопросы, а сироте с болот - простить многие странности, то в какой-то момент этот кредит доверия иссыхает. Тем более что интерес Авуса к истории минувшего тысячелетия и, особенно, руинам поверх, в разломе, и проходы под кажущимися монолитами стенами расколотой горы довольно сложно скрыть от цепкого взора змеиных жрецов.

+2

2

Гиллар стоял ярусами, от двух до четырёх и пяти вокруг самого центра расколотого холма, и состоял из вырезанных из камня и прокинутых досками и канатами рядов и сплетений небольших домов промеж перестроенных или же приспособленных без ремонта под новые нужды остовов изящных белокаменных построек, веками так надёжно прораставших вьюнами, мхом и плющом, что теперь казались сросшимися с играющей в улицах города изгоев природой намертво. От восхода солнца до полуночи город хлопотал, бегая вверх и вниз, вдоль струящихся по стенам и по улицам в расколах ручьёв: моя, стирая, свежуя, крася ткани и варя корни лотоса. Очень редко, в основном в тупичках или под сводами белокаменных руин, можно было услышать особое, свежее и безвременное дыхание Гиллара. Оно исходило из самой расколотой горы, доносилось из её белых пещеристых пор, и уходило на бесчисленные пролёты не только в каменную твердь над землёй, но и вниз. И, если кто и углублялся в белые, плачущие солоноватой минеральной водой пещеры, то были только жрецы и охотники, даже не простые жители и собиратели, и у каждого был свисток, свистом которых гилларцы общались между собой в угодьях, предупреждали об опасных хищниках, о замеченной дичи и прочем. Свистки легко было признать необычными, если слышал хоть раз пустоватую, не слышную обычному уху никак, кроме едва ощутимого глухого писка, трель, которой гилларцы отводили от себя змей. Очень схожий звук, пусть и значительно более чистый и сильный, издавала флейта.

Мертвый город украден временем
И лианами. Наш каприз.
Точно в сердце, смертельной раною,
Опускается строго вниз

Галион мог бы считаться в любом ином поселении за старшину, градоначальника. Магистра - но, конечно, не в том смысле, в котором это было в Альянсе. Мэра - на остебенский манер, как? Но в Гилларе в первую очередь он был и одним из жрецов.
Его ежедневные одежды нет-нет, а озаряла шёлковым отблеском похожая на перелив крыльев светлячков зелёно=золотая парча. Довольно роскошная ткань для города в пару тысяч жителей, все из которых знали друг друга если не по именам - так в лицо, не в лицо - так через рукопожатие или два, и то лишь потому, что могли жить в разных частях расколотого холма и разными ремёслами. При нём были и другие украшения, и инкрустированный кинжал, и разные необычные вещи, и он часто спускался вниз, к основанию скалы, в одиночестве, точно не боясь того, что лежало за запасами охлаждаемого в камне пещер продовольствия: дичи, плодов и корневищ, трав, которые следовало потреблять исключительно свежими. Он ходил по этим небольшим проходам с нередко скользящими от течения воды ступенями столь ловко, бесшумно и быстро, что определить, где он был, можно было только по исчезающему тёплому следу пальцев его рук или оседающему в изгиб похожего на кость камня облачку пара от его дыхания.
Иногда из залов мужчина, которого хотелось, просилось считать эльфом, в том числе из-за отсутствия потребности обращаться и плескаться в воде, как у многих ламаров, но не моглось, - выносил какие-то сокровища, сосуды с вином или какой-то древесной живицей или другим соком, и новые свистки. Иногда он даже выносил оружие - особенно наконечники для стрел, из бронзы или чего-то, что бронзу напоминало, но ей не было, а жалило как самая верная нынешняя драконья сталь, которую каждый хвалил, но мало кто в Гилларе видел.
При спуске с огнём, очень неверно горящим чем глубже в гулкие каменные проходы соскальзывал смельчак, было легко потерять искру от дуновения сильного сквозняка. Тогда единственный путь назад могло бы подсказать течение тонких нитей воды вниз и более и более тёплый, хотя не более свежий, что дивно, воздух. Память может обмануть, правило следования по пути одной руки - тоже. Блуждать в проходах Гиллара можно было днями, неделями, и это не говоря о риске попасться. Но кто дерзал, кто выслеживал след пахнущего эфирами градоначальника, жреца неведомых, не называемых всуе богов, но явно не Алиль, Рандона и Аллора, мог видеть пещеры под основанием скалы. Широкие, сводчатые, гулкие. Полные заводей, в которых вода даже не отливала магическим светом и белым каменным подлогом, но светилась сама. И текла по стопкам истлевших в прах и землю или же не тронутых вещей из металлов. Вода текла вверх, в каменную чашу с лишь небольшим отверстием, уходящим вниз во тьму, блестя льдистым голубым на поверхности воды, а по поверхности собирающейся против законов мира воды плавал черпак, и под ним была утоплена в каменную чашу чаша не то золотая, не то бронзовая.

+2

3

- Нести здесь, - парень вошел в дом с корзиной едва ли на половину полной необработанных шкур.
- Ага, спасибо. Поставь на лавку и можешь идти. У меня для тебя работёнки на сегодня больше нет.
Перевёртыш подошел к лавке, заваленной инструментами и каким-то хламом, отодвинул часть вещей в сторону и аккуратно примостил рядом корзину. Кивнув на прощание местному кожевнику, он вышел на улицу и поплёлся вдоль старых, почти разрушенных домов, то и дело спрашивая у редких прохожих не видели ли они Галиона.
В городе приняли Авуса довольно хорошо. То ли поверили его истории про подкинутого болотникам сироту, то ли сделали вид. Первый день его только откармливали да расспрашивали о его жизни на болоте, а вот со следующего уже начали нагружать несложной работёнкой: принеси, подай, не мешай. Даже несколько корзин сам сплёл, старательно подражаю стилю болотного народца. Правда, качеством они совсем не блистали в сравнении с работами местных, набивших на этом руку, мастеров, потому решили пока таких сложных вещей ему не доверять.
Кроме приобщения к тяготам местной жизни и обучению языку, парень старался как можно больше вызнать о новом мире. С особой осторожностью он спрашивал про ульвов. Складывалось впечатление, что его самого принимают не за одного из них, хотя и точно знают, что он умеет оборачиваться. А о том, что он может принять облик любого зверя, парень тактично умолчал, решив оставить себе хоть какой-то простор для действий, если дела пойдут плохо.
Но местные жители не очень-то горели желанием устраивать беседы с диким ребёнком. Работы много, знаете ли, некогда совсем. Единственный, кто охотно разговаривал с Авусом, был Галион. Здесь он был навроде шамана, проводил обряды, хранил знания своего народа и общался с богами. Только пока не ясно с какими, потому как это явно была не знакомая перевёртышу троица.
Местные жители вообще были довольно странными. Эльфы и ламары, каждый из которых считался изгоем у своего народа. И никто не хотел рассказывать, за что же он был изгнан. Но наверняка это было что-то серьезное, ведь зачем так жестоко поступать с тем, кто не сделал ничего плохо, верно? Только гилларцы не походили на ужасных преступников, поправших самое дорогое, что было в жизни их народа. Они просто жили, занятые вполне обычными житейскими делами. И вот как к ним относиться? Кем бы они были тогда, в далёкие времена? Непреклонными миротворцами или безжалостными мстителями, готовыми обречь другой народ на вымирание?

Поиски привели Авуса ко входу в пещеру. Кто-то из охотников в ответ на расспросы о жреце неопределённо махнул рукой в эту сторону. Но не ошибся ли он? Только вот уточнить уже было не у кого, пока парень топтался в нерешительности, ламар успел уйти по своим делам. Несколько метров вглубь пещеры заставили вернуться назад — темень хоть глаз выколи. Пришлось поблуждать по округе в поисках факела.
Спускаться он долго и не спеша. Огонь то и дело норовил погаснуть, вода под ногами делала и без того гладкий камень ещё более скользким. Парень проходил мимо залов, полных различных припасов, но ни в одном из них не было Галиона. Начинала закрадываться мысль, что его тут вообще нет и надо повернуть обратно. Только что ему там делать, на поверхности? Отработать свой дневной паёк он успел, а просто так шататься по разрушенному городу ему не очень хотелось. Остатки новой... точнее старой новой архитектуры хоть и были весьма непривычными для первобытного перевёртыша, успели приестся. То ли дело обещанный рассказ об ульвах. Ради него можно было и поплутать по холодным пещерным коридорам.
И только спустя несколько часов он убедился в том, что спускаться сюда было не лучшей идеей. Надо бы и обратно повернуть, да только на пути было столько поворотов и тупичков, что сейчас он уже едва ли сможет вспомнить обратную дорогу. Конечно, всегда можно обернуться зверем и попытаться пройти по собственному следу... Только не хотелось бы, чтобы его в таком виде нашли. Да и он ведь уже столько прошел, наверняка эти пещеры должны когда-нибудь кончиться. Правда, Галиона он может уже и не встретить, вполне вероятно, что они разминулись какое-то время назад на одной из развилок.
Упорство привело Авуса в просторную залу. Здесь не было ни корзин, ни ящиков, ни каких-либо вещей. Лишь нечто, напоминающее чашу. Парень подошел ближе, поднял факел повыше и с любопытством стал разглядывать неведомую штуковину. Вроде ничего особенного, но чувство чего-то неправильного не покидало. Лишь с запозданием пришло осознание — вода двигалась не вниз, как и должна, но вверх. Не выливалась из чаши, стекая по стенкам, а вливалась, взбираясь по ним же внутрь.
Такое колдунство он видел впервые и смысла его не ведал. Знал только, что такого быть не должно. Отстранившись от чаши, перевёртыш застыл, завороженно глядя на поток воды и не зная, то ли восхищаться дивному диву, то ли бежать не оглядывась.

+2

4

В воде что-то было. Она казалась чистым потоком, но в ней проскакивала зеленоватая марь, сладковатая гниль, язвящая кислинка. То, что отравляла все болота на дни плавания вокруг. Эта же вода текла из бьющих ключей почти везде в предгорьях, в ней купался, стирался и готовил город, от неё пил и ел. Но все жители казались здоровы и, дотекая внутрь в большую чашу из камня с плавающей по краю воронки малой, зелёная нить исчезала, отражаясь только в покрытой каким-то налётом по выбитому рисунку миниатюр и рун металлической глади внутри последней. И те как будто горели. Сплетение рек, лиан и змей, и черпающих от заполненного жителями и тварями истока изгоев: они все складывались в слишком вычурные и узорные письмена, чтобы даже грамотные гилларцы могли их прочитать. Вода, бившаяся о дно малой чаши, была чиста как слеза и утекала внутрь, в отверстие на дне каменной.
- А ты любознательный, Авус, - прозвучал шепчущий эхом под сводами голос. Его обладателя было не найти глазами, потому как стены белокаменной пещеры таяли в непроглядную тёмно-серую тьму, и даже отблеска глаз и движения чёрного силуэта было не разобрать с такого расстояния. Галион был где-то сверху, его движения запросто перекрывал стук стенок двух чаш и воды, журчание потоков. - Упрямый и волевой тоже. Полезные качества для брошенного ребёнка, одинокого юного охотника. А потом ещё воина и поэта.
Эльф показался на краю играющих от плещущих потоков и светлого камня стен рассеянного слабого света, и в нём он казался чем-то таким же ирреальным, как текущая вверх, чтобы потом утечь вниз, вода пещеры. Его травянисто-зелёные глаза казались того же оттенка, что и драгоценная чаша и узоры в ней - и такими же древними, несмотря на почти не тронувшее совершенство эльфийского лица время. Он поднял сухую, пронизанную тонкими нитями рисунка ладонь, говоря наперёд:
- Не дёргайся, я не укушу и не накажу тебя - не за что.
Редкая и дорогая парча ритуальных одеяний золотилась белым и червлёным золотом и зеленела атласными листьями, отбрасывая радужные блики в стороны, отчего мелкие капельки воды, пронизывающие воздух пещеры, делались сияющим маревом вокруг приближающегося чародея. Он двигался чинно, спускаясь по коварным мелким ступеням одной из вытесанных в камне гораздо раньше, чем остальные, украшенной почти стёртой резьбой и барельефами галерей.
- Ты живёшь среди нас уже долго, подхватил наш говор, но всё ещё держишься одиноким дичком. Я знаю, что недомолвки превращают любой разговор в игру подозрений, холодят сердце и отравляют разум. Вот ты нашёл основание скалы. Можешь спросить все вопросы, и я постараюсь ответить тебе настолько понятно и честно, насколько могу. Но - у меня будет условие. Я хочу такие же честные ответы на свои вопросы - у меня их к тебе ровно три.

[icon]https://i.imgur.com/wSV48cd.png[/icon][nick]Галион[/nick][status]змеиный жрец[/status][sign]Я дарю тебе все сокровища, все богатства мои – сейчас[/sign]

+2

5

Тихий голос заставил вздрогнуть и нервно повести плечами. Парень завертелся на месте, старательно вглядываясь в темноту и пытаясь разглядеть хотя бы очертания Галиона. И хоть большинство слов в речи жреца были знакомы, перевёртыш сходу с трудом мог связать их в одно цельное, наполненное смыслом предложение. Стало откровенно не по себе. Место, в котором он находился, явно было не из тех, где рады приветствовать любого, особенно чужака. Так может Галион на него сердится?
Наконец в кругу света показалась высокая фигура. Хоть эльфы и обменяли листья с корой на обычную плоть, выглядели они всё так же утонченно и обманчиво хрупко. Однако при виде мужчины Авус попятился. Всё равно что болотник, встретивший гигантскую змеюку, готовящуюся к прыжку. Да, именно на одного из проклятых Витом созданий походил жрец. Вроде бы совсем обычный эльф, но эти глаза... Холодные, почти не мигающие. Точно так же на него смотрела та гадина, что опрокинула его лодку и пыталась съесть. Ещё и словно прочитав мысли парня, Галион сказал, что не укусит. И как можно оставаться спокойным после такого.
Он позволил жрецу подойти, но вновь попятился при его попытке встать совсем близко. Парень и раньше думал о том, что зря сюда пришел. Однако, после предложения эльфа полностью в этом уверился.
- «Звучит как сделка со злым духом. Да и что ему вообще от меня нужно? Он наверняка меня в чём-то подозревает. Иначе к чему все эти разговоры про честные ответы?» - перевёртыш нервно сглотнул и переступил с ноги на ногу.
Что этот жрец о нём знает? Что хочет спросить? И если он спросит именно то, что сам Авус пытался от него скрыть, что тогда делать? Ведь обманывать он не умел. Вот если бы эти вопросы знать заранее и подготовить хоть сколько-нибудь правдоподобный ответ и прорепетировать.
А может и не нужно этого бояться, и не случиться ничего ужасного, даже если рассказать Галиону всё как на духу? Да и есть ли у него по-настоящему выбор? Наверняка эльф рассердится, если ему отказать.
Перевёртыш кивнул на предложение жреца:
- Ты... один.
Парень хотел сказать «первый», но от волнения начал путаться в словах.

+2

6

- Абсолютно один, - потряс руками жрец, а потом, немного изменившись в лице с пробежавшей искрой понимания - добавил. - От этой чаши зависит жизнь всего города, мальчик. Унести её почти невозможно, правда, она выпьет все магические и жизненные силы из себя, если её разъединить с водой надолго, но если её удалить - мы все тут отравимся и погибнем за несколько лет, даже если уедем.
Он погладил кончиками пальцев гладь чистой воды и обошёл окончательно чашу, приближаясь к юноше.
- Теперь ты. Скажи мне, Авус, - эльф сделал патетическую паузу, протирая пальцы о бедро. - Ты же знаешь, насколько всё на болотах ядовито? Как же ты выжил - таким - там, с болотниками, столь долго?
[nick]Галион[/nick][icon]https://i.imgur.com/wSV48cd.png[/icon][status]змеиный жрец[/status][sign]Я дарю тебе все сокровища, все богатства мои – сейчас[/sign]

+1

7

Резкий ответ эльфа заставил сделать ещё несколько шагов назад. Своей ошибки парень не заметил, а потому не понимал отчего такая реакция. Да и куда важнее сейчас было понять, что же за тайну такую ему рассказывают. Авус проследил глазами за рукой жреца, но не сразу ответил тому понимающим кивком. Всё же ему требовалось время, чтобы хоть как-то понять сказанное.
- «Чаша, что дарует жизнь местным жителям? Что за невероятная магия. Или такой же дар богов, что и флейта?» - перевёртыш неохотно оторвал взгляд от необыкновенной чаши и снова посмотрел на мужчину. По-сути тот поделился с ним самым сокровенным в жизни всех гилларцев, — так это видел перевёртыш — а в обмен хочет узнать лишь то, чем он питался, живя на болотах? Это, безусловно, тоже важно. Но сопоставимо ли?
- Лотос. В цвет не яд, можно есть, - начал свой рассказ  Авус неуверенно, всё ещё не понимая смысла в этом вопросе. Возможно, тем самым жрец хотел усыпить бдительность перевёртыша, перед тем, как спросить то, что его интересовало по-настоящему. Однако, особого секрета в болотном рационе парень не видел, а потому ответил предельно честно, не забыв упомянуть и о безопасных способах приготовления ядовитых растений и всякой живности.
Умолкнув, он выжидающе уставился на эльфа. Ему очень хотелось наконец расспросить об ульвах, да вот только никак духу не хватало. Странный вышел разговор, и лучше пока было не привлекать излишнего внимания к этой теме. Уж лучше пусть снова сам решит, что ему рассказать.

+2

8

Галион грустно улыбнулся. Они тоже ели лотос, полно, и это не помогало тем, кто не пил от Чаши, переставать меняться, безумно. Рано или поздно, через сорок лет или сто пятьдесят, они все превращались в чудовищ, очень отдалённо напоминавших разумных существ. Когда Галион был юн, отец взял его в одну из последних рощ энтов. Показал ему их спящие эльфийские лики, а потом слегка надрезал кору на одном, пустил наружу пахучую живицу — и то, что пробудилось, было едва ли разумно. Никакая боль от стали не объяснит такой свирепости и злобы.
Ты не спрашиваешь, — заметил эльф и, переложив длинные вышитые рукава, переплетая руки на груди, размышляя, что делать с мальчишкой. Он не бежал, но то бывает и от страха: когда на тебя раздувает гребни и плавники левиафан, вперевшись одной большой парой страшных глаз и второй —  режущейся мелкой — сложно вырваться из парализующего взгляда чудовища. А, скорее всего, он просто не знал, как интересующий его вопрос задать — говорил дикий мальчик с болот всё так же плохо и странно, хоть жестами изъясняйся. — Что же мне тогда тебе рассказать, если я вижу, что у тебя есть вопросы?
Галион поднял глаза к своду, точно ища на нём начертанные ответы на свои вопросы.
Свои сигнальные свистки мы режем из засохших энтов, а как их стало меньше — чаще из костей змей, — сказал он. — Секрет их создания передаётся в семьях вроде моей как достояние поколений, из-за него же мы выбираем мирные ремёсла и служение. Две их трели слышит ухо, третью — целый лес, и он ей повинуется. Иначе бы мы теряли из-за тварей вроде виверн, болотных выползней и хищных кошек столько охотников каждый год, что город не выжил бы.
Он опустил блестящий взгляд на Авуса. Тот мог бы догадаться, какой секрет хотел вызнать у него в ответ жрец.

[nick]Галион[/nick][status]змеиный жрец[/status][icon]https://i.imgur.com/wSV48cd.png[/icon][sign]Я дарю тебе все сокровища, все богатства мои – сейчас[/sign]

Отредактировано Кай (2018-11-13 11:16:15)

+2

9

- «Так они делают их частей живых существ?» - перевёртышу уже довелось видеть эти свистки, о которых так неожиданно заговорил эльф. Гилларцы не брали с собой на охоту дикого ребёнка, но ему иногда приходилось выходить недалеко за пределы города, где встреча с хищником — дело не редкое. Тогда жители, которых он сопровождал, дули в свистки, заставляя животных и лес вокруг замирать. Точно так же, как было с флейтой, когда пришлось спасаться от большого змея.
Но являлась ли эта магия звука чем-то, что происходило из останков живых существ? Или всё дело было в способе изготовления или даже зачаровании? Скажем, можно ли было сделать такой свисток из костей любых других животных, не обязательно змей? Использовать их в качестве самообороны казалось вполне хорошей идеей. Ведь такую штуку можно и ребёнку дать и при этом не сильно переживать из-за его возможной встречи с хищником. Да и со змеями легко обращаться, для Гиллара, в такой непосредственной близости находящегося от проклятого Источника, это было очень важно.
И ведь по факту, это были лишь свистки. Не нужно иметь ни особого опыта, ни навыка, чтобы им пользоваться, берёшь и дуешь. Всё. Только и результат был всегда один. А вот у флейты, висящей на шее перевёртыша под рубахой, было куда более сложное строение. И делать она всякого могла куда больше. Это явно доказывало видение, показанное Витом. Хотя  сам Авус так и не решился её испытать.
- «Интересно, из чего эта глупая богиня-одуваньчик сделала её...» - воображение тут же услужливо нарисовало картину, на которой Алиллель мастерит своё коварное орудие из какого-то несчастного зверя. А всё вокруг в крови и ошмётках. Перевёртыш всё же был не лучшего мнения об эльфийской богине.
От подобной сцены мурашки пробежали по коже, рука неосознанно потянулась к футляру. И прежде, чем парень осознал что делает, он заметил на лице жреца особо довольную и жуткую ухмылку. Или это всё ещё воображение, решившее подыграть его страху.
- «Так ты к этому всё вёл, не так ли?».
Местные жители и раньше пытались задавать вопросы о странном футляре. Но это было простое любопытство. Кому не станет интересно, что же прихватил с собой дикий ребёнок, убегая с болот.
Галион же смотрел не с праздным любопытством. Создавалось впечатление, что он уже всё знал о флейте, но почему-то очень хотел, чтобы перевёртыш сам ему рассказал.
И Авус замер, совершенно не зная, как ему лучше поступить. Рот его то открывался, то закрывался, не издавая и звука. Поняв, что ведёт себя странно, парень заставил себя говорить:
- Флейта… Делать звук...как свисток. Я… кх-кхм… забирал у болотники. У...украсть. Я её украсть, - ему то и дело не хватало воздуха в лёгких, или першило в горле. Может и вправду всё свести к обычной краже? Да и ему ведь нужно было что-то, что помогло бы ему невредимым пройти болота, верно?
Лучше просто остановится на этом. Гораздо проще умолчать тот факт, что это божественный артефакт, чем пытаться придумывать историю про создание флейты. И проколоться из-за какой-нибудь глупой неувязкии.
- Расскажи о ульвы, - выпалил Авус в наивной попытке перевести тему. Ведь так жрец не станет больше расспрашивать про флейту, верно?

+2

10

Авуса и представить себе не мог, как он одним неловко смешанным его ломанным языком в комковптую кашу ответом разом и впечатлил жреца, и ослабил затягивающую я вокруг него кольцами хватку очень чуткого и знающего, но снисходительного к нему и субъективного по сути дознавателя, уведя его выводы в купе со своим невинным и совершенно безобидным видом в совсем иную сторону от невероятной, но всё же правды.
Правда? — вскинул брови изумлённо Галион, мгновенно устроив интерес к в остальном не такому уж познавательному и критично у для него до сих пор разговору. — И… ты умеешь на ней играть?
Магия такого рода не была очень распространённой, он долгие годы искал следы исконной флейты, утерянной в Раскол, как искали его отец и дед, но безуспешно. Записи путались, на острове широко знали лишь флейту Аллора, коя, хоть и будучи божественным артефактом, не была похожа по свойствам, не совсем. И тут, если мальчик не врал — какая удача!
Эльф думал напасть на найдёныша поперёк правил, сразу, предложить обменяться тайнами, показать могущество флейты, поучиться, если он не умеет играть. У свистков была лишь одна нота, у флейты — множество, не считая трелей и полутонов. Но Авус озадачил его прежде.
Кого? — сначала не понял, моргнув, Галион. Но быстро нашёлся, — А, другой народ изгоев…
Он потёр пальцами переносицу, вспоминая всё, что о них знал.
- Волчье племя не встретишь в наших местах, хотя последние сотни лет о судьбе из хоть слышали. Те, чьих предков древний катаклизм поглотил, не прикончив, живут за морем, большой водой к востоку, в землях холодных и ещё более суровых, чем наши. Выживают, как я слышал, когда путешествовал раньше: новые соседи были к ним ещё менее добры и почти истребили, лет так триста назад. Но их ещё можно встретить. Я видел одного на острове лет сто назад, но он был одинокий и старый наёмник.

[nick]Галион[/nick][status]змеиный жрец[/status][icon]https://i.imgur.com/wSV48cd.png[/icon][sign]Я дарю тебе все сокровища, все богатства мои – сейчас[/sign]

+2

11

Вполне ожидаемый вопрос про флейту заставил перевёртыша неопределённо пожать плечами. Это в равной степени могло быть как «Ну, да, пожалуй», так и «Да не, не особо».
И всё же тактика быстрого перехвата инициативы сработала. Эльф отвлёкся от допроса, хоть и лишь на время. Пусть, так хотя бы будет время, чтобы придумать как ещё раз соскочить с этой щепетильной темы. И после непродолжительного раздумья, мужчина ответил.
Парень облегченно выдохнул и чуть качнулся — на долю секунды показалось, будто его тело стало лёгким, почти невесомым, от чего ноги и подкосились. Прямо-таки гора с плеч свалилась. Да, конечно, в рассказе Галиона были моменты, вызывающие опасение, но… Они были живы. Он не остался один на всём белом свете. На радостях Авус растерял всю свою осторожность и, глядя на жреца с немалым интересом и едва скрывая свой восторг, продолжил спрашивать:
- Вол-чье? Пошто они вол-чье? За-морем и большой водой это далече? То мирска земля? Можно туды идти?

+2

12

Значит, не очень. Эльф облизнул сухие губы. Тяжело было перестать переоценивать или недооценивать мальчишку, когда он едва умел говорить. Что-то было в его поведении куда более странное, чем иное понимание языка и вещей, что-то, на что он не мог бы указать пальцам, и что только добавляло смущения в поиск ответов на, казалось бы, такие банальные вопросы.
- Потому что они превращаются в волков, - Галион повёл головой куда-то вбок, точно смотря на незримые свидетельства и картины легенд, которых он лично не застал, но о которых знал больше, чем хотел бы, наверное. Они были пропитаны горечью. И история их города тоже. - Это единственная шкура перевёртышей, выживших, после того, как их смыло в Источник. Шкура, которая приросла к их роду, когда их бога прокляли.
Он неправильно прочитал движения Авуса и предложил:
- Может, поднимемся наверх? Здесь прохладно, учитывая, что ты легко одет… я покажу тебе флейты, расскажу, что знаю, из легенд.
Причём указывал он не на лестницу, которая вела из ниши в стене современного Гиллара, а куда-то на полуобрушенный балкон, который терялся в темноте. Галион подошёл снова к каменной чаше с чашей драгоценной и провёл над ними несколько раз рукой, после чего достал небольшой стеклянный фонарь набрал в небольшую пиалу для масла воду, разделявшуюся на чистую и чистый яд, пристававший к ритуальным рисункам, и положил в фонарь. Вода загорелась не огнём, но чистым голубым, золотым и зелёным по слоям сияния от внешнего к внутреннему. Жрец повернулся к мальчику.
- Ты был в руинах наверху расколотого холма?

[nick]Галион[/nick][status]змеиный жрец[/status][icon]https://i.imgur.com/wSV48cd.png[/icon][sign]Я дарю тебе все сокровища, все богатства мои – сейчас[/sign]

+1

13

- «Как это? Как это единственная шкура?» - парень открыл рот, да так и подавился своим вопросом, услышав про Рандона. И хоть концепция проклятия, как и само слово, были ему незнакомы, по тону и общему смыслу можно было догадаться, что ничего хорошего в этом нет. Даже если сомнения относительно преданности своему богу уже начали закрадываться в душу, такие новости всё ещё огорчали и вызывали тревогу. Всё, что может таки или иначе навредить их создателю, может принести поистине ужасающие беды его народу.
Кивнув головой и промычав: «Угу», перевёртыш было шагнул вперёд, намереваясь продолжить движение вслед за эльфом, но резко остановился, стоило его проводнику потянутся к чаше. То, что только благодаря этой штуковине жизнь в Гилларе была возможна, заставляло относится к ней с той же осторожностью и недоверием, что и к флейте. Это наверняка не то, к чему стоит прикасаться простым смертным. Да и богам тоже, как показала практика.
Озарившаяся неестественным светом вода подарила лёгкую резь в глазах, и это при том, что факел в детской руке до сих пор горел.
- Не быть, - Авус покачал головой, смотря себе под ноги и лишь изредка в спину впереди идущему жрецу. Как и та тропа, по которой он пришёл сюда, ведущая к храму была столь же кривой, извилистой и опасной для неосторожного гостя. Всё те же гладкие ступени, и бегущая по ним вода.
- А что есть про-кля́ли? И кто может делать так с богам?
Повинуясь привычке смотреть на того, с кем разговариваешь, перевёртыш засмотрелся на затылок Галиона и оступился. Ухватившись за стену, он смог избежать падения и пересчёта пройденных ступеней собственной головой, но из-за этого выпустил факел. Крохотный ручеёк с радостным шипением загасил огонь. Теперь единственным источником света стала странная лампа эльфа.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Эпизоды » [17.03.1082] Мелодия молчания