Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре май — июль 1082 год


«Марш мертвецов»

В Остебене и Лунных землях со сходом основных снегов нежить захватывает как никогда огромные территории, оттесняя людей к самым предместьям столицы, а обитателей дикого края – в стены последнего оплота цивилизации на северном берегу реки Великой, деревни Кхевалий, и дальше, за воды, в Анвалор или же вовсе прочь с севера материка. Многие умирающие от Розы теперь, если не сожжены, восстают "проросшей" жуткой болезнью нечистью и нацеленно нападают на поселения живых.



«Конец Альянса»

Альянс судорожно вдыхает, ожидая бед: сообщения, что глава Культа Безымянного мёртв, оказались неправдой. В новых и новых нападениях нежити и чёрнорубашечных фанатиков по обе стороны гор явственно видится след Культа.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Пока бог ламаров - Аллор, наслаждается жизнью в смертной оболочке, его мир медленно умирает. У королевы эльфов массовые убийства в Девореле и переворот у соседей-ламаров под боком. Орден Крови набирает силу и готовится свергнуть узурпатора с ламарского трона.


✥ Нужны в игру ✥

Алекто Сэлтэйл Гренталь Лиерго Джем Перл Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [11.05.1082] Город спит, просыпается мафия


[11.05.1082] Город спит, просыпается мафия

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

- Локация
Альянс Девяти, Меррил, конспиративный дом культистов, возможно – улицы, стоки
- Действующие лица
Вермина, Джеральд де Катос, Кайлеб Ворлак
- Описание
предыдущие эпизоды
:
[19.04.1082] Into the Light
Конспирологи были правы: Культ повсюду, но узнают об этом, хватаясь за головы, его противники слишком поздно. Наполовину выживание и успех подпольной работы завязаны на том, что его члены среди белого дня промышляют двоемыслием и паранойей сводят себя с ума, лишь бы не выдать случайной нитью незашифрованных мыслей тайн возможным подслушивающим ближним. Наполовину – на наплевательстве на немногие табу, которые единственно держат общество некромантов в зыбком порядке. Например, занимать чужие тела, места, обращаться в личей и заключать магические браки, соединяя нескольких магов с их способностями в смертоносный тандем – табу, но Культ плевал на это. И сейчас этими инструментами им бы следовало тихо прибрать к рукам третий по силе, ресурсам и чуть ли не второй по важности город Альянса – Меррил.

Примечание для участников по обстановке

В Культе, вместе с Гроссмейстером, Совет Магистров состоит классически из 10 человек, каждому по городу, Гроссмейстер – антипод Севелена, без земель и высокого статуса, но ведёт поиски путей к Силентесу, пока род Севелена и гарнизон их магов является последним щитом ущелья и его печатей. Сейчас как минимум половина мест магистров после покоса обезумевшим Кайлебом голов либо занята чисто номинально (лейдерский наследник с его воспитателем(льницей), кто-то, может, несколько из змеёнышей из Фолента, например), либо пустует (скорее всего, Пантендор и Крен так никто и не затребовал себе, некромантов, претендующих на светлые города, маловато, кроме Кайлеба-то, который Гроссмейстер, хотя раньше Мамочка его пыталась посадить за Пантендор), либо занята недавно. Мамочка имеет корни и интересы в Нертане – Мина, помнишь, где было хранилище с косой и её лаборатория, да? Джеральд был оповещён о том, что ему передают за его отцом Меррил, как и было условлено с де Катосами годы назад. Анейрот либо пустой, либо в совете сидит марионеточный бандит, потому что Кайлеб ненавидит столицу не меньше Фолента и не планирует её сохранность вообще. Акропос и Атропос зарезервированы за Беннаторами, Мамочка может договариваться ещё с кем-то внутри последнего, чтобы не отдавать всё Дедалусу и его уроду, но, в любом случае, в отличие от фолентских претендентов и на Пантендор тоже, имеющие куда большую информационную осведомлённость о делах Культа магистры за Города-Близнецы советы не посещают, и вообще в командовании сейчас реально три человека: Кайлеб, Мамочка и Вермина, отчасти – Дедалус и Гипнос, теперь подключают Джеральда, то есть он в топ-пять по важности, и об этом ему стоит донести во время обсуждения планов. Такие дела.
По Ключам: у Культа есть Лейдер, Акропос, Фолент, может быть Крен от прошлого заседавшего, унаследовавшего его втайне, но потеря, как и в случае Фолента, укрывается по каким-то причинам. Считается, что есть отжатый Севелен. За Атропосом, Нертаном и Меррилом охотятся сейчас. Про Пантендор Кайлеб будет договариваться на переговорах с родным городом в этот же месяц. Поиски Вивьен продолжаются, а вот Эарланы пока вне зоны доступа из-за ресурсов и всего.
По возможностям захвата города: пророки и магистр могут пригодиться, но только если они станут полностью управляемы. От Магистра нужен Ключ и его тайны, но последнее не обязательно, у Культа есть креативный тандем Вермины, Мамочки и Кайлеба, а тут ещё псионик в пати, разберутся, имея столько высших магий разных школ и безумства в карманах, но медленнее. Потравить пророков галюнами выглядит как план, у меррильского абсента есть вариант глушилки в "росе" с болот острова Силва, этот самогон из растений с токсичных магических болот глушит любые псионические таланты, особенно при постоянном применении, Джеральд может злоупотреблять, особенно если планирует быть засланчиком на сеанс вместе со змеёй, и пристраститься.

+2

2

Ставки понемногу поднимались. В то время как Вермина, в целом воспринимавшая воду как некую малопроходимую и в основном изолирующую города и целые страны область, Кайлеб, родившийся и выросший на поверхности, давал более адекватную оценку воде. А вслед за ней и Мериллу, по суше отгороженному от остальной части Альянса цепью гор, в целом - достаточным препятствием для плотной блокады в обе стороны. Однако наличие там мощных ясновидцев и хорошей кормовой базы, в том числе и для демоницы, требовало уделить более пристальное внимание этому городу.
Для Мины было совершенно неочевидно, зачем проводить скрытную операцию там, где работают люди, которых сложнее всего выщемить скрытной операцией и проще всего - заставить принять неизбежное. Ясновидец может многое, но если отрезать все возможности для его победы, уничтожив сам такой исход в пространстве векторов развития мира, то он будет обречён. Впрочем, как сказал Гроссмейстер, она слишком плохо понимает эту магию - и за время общения с Гипносом не научилась понимать особенно лучше. А жаль.
Информация из Акропоса оказалась скудной. Получив от Беннаторов пропуск, она благополучно добралась верхом до Лейдера в привычном облике рыжей девчонки и смогла, не без обаятельных улыбок, попасть в библиотеку, чтобы хотя бы немного вникнуть в механику профильной магии своих будущих противников.

Вермина, не планировавшая пересекать горы на лошади, заранее предупредила Гроссмейстера, что потеряет несколько дней на пути от Лейдера к Меррилу. Но предупреждение никак не помогало ей избавиться от ощущения срочности. Потратив несколько часов на штудирование учебников, демоница не без удивления обнаружила, что обучение - глубокое, вдумчивое изучение материала - так или иначе поглощает ментальный ресурс и требует какой-никакой расслабленности. Вера смогла залпом проглотить десять часов работы, Единая с Миной кое-как осилили ещё пару часов, затем Вера кое-как поставила точку под изучением крупного тома и пары пособий, даже не пытаясь засекать, сколько времени ушло на это. Вермина позволила себе потратить минут десять, шагая к южным воротам и проверяя в уме, всё ли она запомнила, хорошо ли уложилась информация. Повторив в голове экспериментальное доказательство пары эмпирических законов, Вера осталась довольной и позволила разуму расслабиться.
Ближайшие шесть часов Мина просто брела на юго-запад, быстро сменив темп ходьбы на трусцу. Спринт потреблял слишком много энергии на единицу расстояния, и требовал перестроить организм так, что дать отпор случайным разбойникам было бы проблематично. Не то, чтобы она сталкивалась с разбойниками до этого - ни разу. Но её внутреннее "я" испытывало острый дискомфорт от осознания собственной слабости.
Полученная в библиотеке информация медленно переваривалась. Перед уходом Вермина нехотя выпустила двоих подопытных из себя, и теперь смутно осознавала их полезность. Они могли бы быть хорошими консультантами, если бы она не захватила их своими идеями, а они - не прониклись ими. Да и процесс "входа" был весьма и весьма искушающим, это отчётливо запомнилось по их лицам.

Отправляясь в путь, демоница забила все столь любезно обеспеченные коллегами места внутри себя неугодными из камер лаборатории Беннаторов. Людишками со сломанной волей - прекрасным расходным материалов для ранних экспериментов. Найдя способ подкармливать их едой из таверн, изредка высвобождая по одному и даруя мгновения в псевдореальности, заставляя вспомнить и снова прочувствовать многие грани страданий смертной жизни - ожоги, зуд, боль, ощущения голода и холода, и в контраст этому - сытость, прикосновения тёплой воды, близость с очаровательной девушкой, удовольствие от ласк и от безудержного секса. Пока Вермине хватало этого - и собственного воображения - для того, чтобы добивать их волю и перековывать их под себя, заставляя страдать, снова и снова, кричать в её голове от боли и ужаса, возвращаясь усилиями воли Единой к худшим своим переживаниям и кошмарам. Да, к постоянной боли можно привыкнуть, но стоит добавить щепотку надежды её избежать, щепотку надежды вырваться из круговорота страданий и испытать блаженство, - и всё, страдания остаются страданиями, без какого-либо шанса взять верх силой воли или отрешиться от них.
"Страдания причиняет знание о существование альтернативы. Им было бы лучше забыть о том, что можете быть иначе, но кто же им даст, правильно?"
Эти опыты были направлены на одно - на то, чтобы сломать своих пленников и заставить их боготворить сожравшее их чудовище, наперекор заветам Гипноса, без любви, но сгорая от желаний, от ощущения избавления от боли и интимной близости с ней. Раз за разом, она наловчилась доводилось их до экстаза, не выпуская из своего нутра - кого-то раньше, кого-то позже, но они ломались, уставая сопротивляться и кое-как принимая правила безумного мира вокруг за чистую монету. Демонице стоило больших трудов уничтожить их веру в "предыдущий мир, куда нужно обязательно вернуться", убедить их в том, что там нет никого, кто ждал бы их, и "предыдущий мир" полон страданий и унижений. Но есть "грядущий мир", её нутро, и здесь они нужны хозяйке этого мира. Царству разрывающей боли, перемещающейся с неземным удовольствием, она противопоставляла ненависть, презрение и полное, безусловное отчуждение людей в прежнем мире. И плен. Добавляя ложку дёгтя в бочку мёда, Мина уверенно раздувала из мухи слона, возводя в абсолют человечьи презрительные взгляды и бессильную ярость, рождающуюся в душах пленников. В их памяти отчётливо скользило смутное осознание нерушимости прутьев клеток, и этот образ преследовал их в навязываемых демоницей кошмарах. Удушающий сон, кровавый сон, захлёбывание в собственной ярости, сдерживаемой только бессилием. На смену приходила заботливая "богиня", которая помогла им "преодолеть" это, смирившись с бессилием и полностью отринув прошлое.
Она забрала их из царства Люциана и перенесла в своё собственное, постепенно начиная претворять свой план. Процесс подготовки шёл обидно медленно. Балансируя между тем, чтобы они не смогли найти границ её мира, и тем, чтобы они были максимально покорны и искренни по отношению к ней, возведя её сущность в абсолют, Вермина смутно приходила к осознанию простого неравенства. Она с трудом может создавать для каждого уникальный опыт, уникальную начинку его жизни, а слишком частые акты личного общения с ней попросту утомительны. Неуклонно в её голове формировался план по тому, чтобы поставить "адскую машину" на поток, пропуская людей снова и снова по цепочкам их же ассоциаций из одной формы страдания в другую, из одной формы наслаждения в другую, словно заставляя бродить в лабиринте собственного сознания, границы которого заботливо провела демоница заранее, чтобы неуклонно и последовательно отказаться от прошлого, принять "настоящее", возжелать Единую и начать её боготворить. И завершающим штрихом - возжелать слияния как способа стать частью богини, в сущности и так включающей в себя всё вокруг, уйти тем самым от бесконечного цикла страданий и раствориться в наслаждении. Именно эта обманка, раз за разом формируемая через растягивающиеся половые акты и растущую пустоту в сознании жертв после них, не заполненную никакими муками, кроме послевкусия оргазма, ощущения божественной близости, не обязывающей ни к чему... пока этот ложный образ почему-то действовал, и действовал почти безукоризненно. Но требовал какую-то долю адаптации к каждому, требовал её внимание, если не постоянное, то по крайней мере периодическое.
Мина рассчитывала, что сможет довести хотя бы одного из них до конца "пути", когда желание синтеза станет всеобъемлющим, и крики, капризные и умоляющие, начнут звучать в её голове при любом контакте. Но по датам неуклонно выходило так, что этот самый момент истины случится в весьма неподходящее время, когда она уже будет орудовать в Мерриле. Кроме того, она понятия не имела, что делать дальше. В прошлом она особенно не училась поглощению - это вышло само, она просто использовала свойства магического источника в собственных интересах, и, видимо, унаследовала его силу. Теперь ей необходимо было сделать что-то большее и стать чем-то большим - и этому, как и всему в этом мире, следовало учиться.
А времени как всегда не хватало.

* * *
Чудовища, способные идти не останавливаясь сутки напролёт, ещё и умудряясь что-то обдумывать в процессе, в Альянсе Девяти были совсем не редкостью. Встретить на своём пути бессмертного посланника для многих было совсем не тем событием, чтобы свернуть с пути и броситься сломя голову к управляющим ближайшего города, предупреждая об угрозе. Как, вполне вероятно, случилось бы в Остебене.
Несмотря на это, демоница скрывалась, предпочитая не пересекаться ни с кем. Сначала она просто доверилась своей чуйке, но очень скоро нашла вполне себе рациональную причину для этого. Ясновидцы - сильны в сборе сведений, но не в рукопашном бою. Если их авантюру раскроют слишком близко к её завершению - она и остальные члены Культа смогут банально продавить всё силой. Благодаря своему расположению, Меррил никогда не мог оказываться в такой военной ситуации, когда требовалась бы максимальная скорость и координация. А значит, они не должны быть чересчур расторопными. И банда головорезов непонятного состава и численности прямо под носом могла нанести бы изрядный ущерб противникам заговора.
"Нужно сделать эту аватару сильнее".
Единая с удовольствием проглотила эту мысль. Сохраняя контакт с Косой, демоница могла бы восполнять свои активные силы тактически быстро, полностью восстанавливаясь от полученного урона от стычки к стычке. Но вместилище осталось у Кайлеба. Кроме того, её текущая форма предполагала зубы и когти на руках - оружие грозное, но не против закованных в броню гвардейцев или магов, способных держать её на расстоянии. Требовалось что-то другое - одновременно бронебойное и обладающее неплохой досягаемостью. И то, что было бы легко скрывать.

К моменту пересечения границы между владениями Лейдера и Меррила - некой условной черты, ограничивающей то, кому платят подати жители деревушек, если, конечно, сборщики налогов вообще изволят ходить в такую даль за своими поборами - у Вермины уже был готов дизайн. Трансформируя некогда существовавшие у её прототипа крылья в пятиперстную широкую ладонь с очень тонкими пальцами, можно было, используя старую память о том, как они движутся в пространстве, получить сразу десяток - в сумме с руками, двенадцать - отдельных конечностей, которыми можно было бы весело орудовать, само собой, убивая людей, но не отказываясь от возможности при необходимости проламывать двери и щиты. С этой целью Мина предпочла сделать двойную структуру, совмещающую прочные кости внутри, обвитые перекрученными мышцами, и крепкий панцирь снаружи, гарантируя какую-никакую защиту от отсечения или царапин. В отличие от остального тела, начинка которого были относительно взаимозаменяемой, что защищало от попаданий в уязвимые места, здесь она сделала акцент на максимальной эффективности: скорости и силы движений. Пальцы крыльев заканчивались острым когтем, похожим на наконечник копья с единственной режущей кромкой, направленной внутрь. Их восстановление, судя по структуре, требовало изрядного времени, зато, что не могло не радовать, благодаря тонкости их легко было спрятать внутри тела. Также в них был предусмотрен некоторый запас хода, неожиданная для вероятного противника телескопичность, позволяющая при необходимости поразить противника на расстоянии трёх - трёх с половиной метров. Это давало возможность нивелировать преимущество гвардии, якобы получаемое при владении древковым оружием, таким как копья или алебарды.
Единственная проблема состояла в том, что для формирования внутри себя таких структур требовалось изрядное, даже огромное количество ресурсов. Она должна была не только создать образец, но и покрыть расходы на первые несколько итераций, исправляя допущенные ошибки. И хотя можно было начать с двух когтей "сверху", соответствующих большим пальцам, обычно остающимся в недоразвитом виде на крыльях, внутренних резервов аватары не хватало даже на это.
Единая уже предвкушала возможность нажраться от пуза. Время в пути и без того было огромным. Ощущение срочности, которое достаточно успешно грызло ответственную Веру, было отброшено Единой словно какой-то бесполезный хлам, как только речь зашла о еде. Чудовище двинулось дальше, смягчив шаг и присматриваясь к тропинкам, ведущим по сторонам, пока наконец не наткнулась на дорогу, уходящую в сторону.
Мина быстрым бегом направилась к месту своего будущего пира, выпуская когти и готовясь пустить их в ход при первой же возможности. Дорога была удивительно пуста, и это отчасти способствовала разжиганию аппетита твари. Хотя от встреченной по пути закуски, само собой, она бы не стала отказываться.

В отличие от многих обитателей равнин, предпочитавших обносить защищаемую часть деревни высоким частоколом и укрываться за ней, горцы строили аккуратные каменные домики вплотную друг к другу, с общей внешней стеной. У этих домиков - на первый взгляд - не было своего двора. На мгновение демоница подумала, что так они могут услышать о приближении незваной гостьи. Но пару мгновений спустя сообразила, что люди, живущие без дворов, если и держат собак, то в своих домах. А значит, они зачастую могут даже не предполагать, что происходит в соседнем доме.
Обойдя деревушку по периметру, отлично видящая в темноте демоница обнаружила и загоны, любезно расположенные за пределами аула, разглядела и пару пастушьих псов, спящих поблизости. Более внимательный осмотр позволил переосознать и предназначение самой высокой из башен в городе. Это было вовсе не здание поклонения кому бы то ни было, не минарет и не домик старосты, подчёркивающий его безусловное превосходство. Это была сторожевая башня.
Вера, как самая рассудительная, едва-едва смогла урвать контроль у изнывающей от голода Единой и убедить её первым делом как можно тише забраться на башню. Прошлогодний высохший плющ только мешал передвигаться тихо, но, с фойрровой помощью, дитя ночи забралось на крышу. Как и предполагалось, башня была сигнальной. Крышка люка, ведущего вниз, была заперта на засов с другой стороны. Массивный люк явно было сложно проломить, а тем более - сделать это бесшумно.
Мина встала на четвереньки и издала несколько крайне нелицеприятных, но едва ли шумных звуков, исторгая изо рта крупные комки едкой слизи. Кислота взялась за дело с пугающей скоростью, обжигая с тихим и зловещим шипением камень, пока не добралась до металлического засова. Демонице пришлось сплёвывать ещё пару раз, теряя драгоценное время до рассвета, пока металл наконец не был разъеден. Открыв люк, демоница спустилась вниз...
Дальнейшая история едва ли заслуживает описания в деталях. Почти буквально свалившись на голову ничего не подозревающим бойцам из Меррила, Вермина с лёгкостью убила шестерых лучших бойцов в деревушке во сне, одного за другим, и без раздумий сожрала, по пути отмечая, что в сражении лицом к лицу при полной экипировке у неё не было бы против них ни шанса. По крайней мере, пока. Прямо сейчас она пыталась это исправить.
Затем Мина двинулась по деревушке, переходя от дома к дому, убивая и пожирая жителей. "Очень мило, что вас так немного, - злорадно подумало чудовище, - В этот раз я не пропущу никого".
Видимо, когда собаки соседей залаяли, а потом внезапно смолкли в шестой раз, жители заподозрили что-то неладное. С вилами, топорами и факелами высыпали на улицу - чтобы обнаружить, что способных как-то постоять за себя людей осталось всего девять. И вместо того, чтобы остаться плотным кольцом, стащив в центр жён и детей, они рванулись обшаривать дома соседей группами по трое, считая, что втроём смогут дать отпор чему бы то ни было. В это самое время женщины принялись ломиться в башню, рассчитывая разбудить служивых.
Шок стал залогом успеха авантюры Вермины. Сначала она убила первую троицу. Затем её заметили собаки, осыпали лаем, но, видимо чувствуя перед собой что-то кошмарное, не рискнули приближаться. Две группы вооруженных вилами, топорами и факелами мужиков оказались далеко друг от друга. Убив ещё троих на глазах у жителей, Мина посеяла настоящую панику среди людей. Основная масса метнулась к воротам, сметая и разделяя последнюю группу способных защищаться мужчин. Догнать отступающих оказалось несложно - ночь преданно служила интересам рогатого чудовище со смертоносными когтями.
Покончив с убегающими, Мина вернулась обратно и, по памяти свежих жертв, выяснила количество выживших - а затем нашла их и, разумеется, съела, не прекращая мурлыкать свою любимую песенку о воссоединении семей. Демоница не успокоилась, пока в деревне не осталось ни одной человеческой души. Но даже этого было малой Единой. Свежая кровь, порции душ и тел свели её с ума, как раньше бывало, например, в подвале алифера или во время ночной резни в Акропосе. Только в этот раз всё было ещё хуже - она атаковала бы любую добычу, даже, наверное, любимого ей Гроссмейстера, если бы от этого существа не исходило бы достаточно сильной угрозы.
"Ах, овечки, козочки, ваша самая ласковая пастушка уже идёт к вам!" - Единая смаковала мгновения своего триумфа, с пугающей ненасытностью принимаясь за скот. Две большие отары, шесть лошадей, несколько собак, посмевших думать, будто бы могут своими зубами прокусить её армированную ногу или шею - одна, кстати, оказалась права, вот только наслаждаться своим успехом смогла недолго - в следующее мгновение она была уже мертва.
Хотя Вера отчаянно орала о восходе и о том, что жрать животных - дело средней полезности, Единой было плевать. Движимая Голодом и внутренним ликованием от процесса, она вернулась в деревушку, чтобы уничтожить все съестные припасы, которые там будут. Без какой-либо оценки цели таких действий, не задумываясь о возможных последствиях. Она хотела есть - хотела постоянно - и, дав себе сорваться с цепи, просто не могла остановиться, получая неземное наслаждение от самого факта своего пребывания в этом полубезумном состоянии. Чревоугодница не могла допустить даже мысли о том, чтобы что-то пропустить мимо рта, без колебаний съедая перьевые подушки, старые бараньи шкуры, глотая керамические горшочки из-за крохотного количества веществ на стенках, которым она просто не могла дать пропасть.
Бездонная демоница потеряла больше суток на этом акте тотального опустошения, сожрав и переварив всё, что только можно было сожрать, включая занавески и овощи из подполья, и ещё добрый час только на то, чтобы пройти по уже пустой деревне, убеждаясь в том, что ничего не пропустила, и подъедая последние крохи. Наконец, нашествие саранчи в виде одной крупной особи завершилось для деревни - и выглядел аул теперь как после конца света. Впрочем, в каком-то смысле так и было.
Того, что Мина сумела наесть, с лихвой хватало для реализации изменений. Единая неохотно отпустила поводья, понимая, что если Голод заставит её грызть всё деревянное, что только есть в домах, то времени будет потеряно просто чудовищное количество, а отдачи будет мизер. Кое-как убедив себя, что впереди ещё много еды и деревень, вроде этой, и совсем незачем выедать здесь всё подчистую, пусть лучше здесь скорее поселятся новые вкусные люди, Вермина выставила себя за ворота аула и направилась в сторону Меррила.

* * *
Стоило Вере вернуть контроль над собой, как она вспомнила выговор от Кайлеба и засомневалась, а правильно ли вообще делает? Удастся ли ей уйти безнаказанной в этот раз? Сможет ли она лавировать достаточно долго, откармливаясь достаточно нагло и быстро, чтобы к моменту, когда её захотят призвать к порядку, это стало не особо возможным для простых смертных? Так или иначе, весть о гибели целой деревушки в такой глуши достигнет городов не быстрее неё самой, а по пути обрастёт такими зловещими и странными слухами, что даже сам верховный магистр не разберётся, что же произошло на самом деле. И уж тем более не сможет так быстро связать это с ней.
Однако, у Мины начинался приятный пожар где-то внутри, от самого низа живота и до груди, когда она думала над тем, что может подумать и почувствовать Гроссмейстер, когда узнает об этом. Догадается ли он? Спросит ли он у косы? Стоит ли ей выложить ему правду, или лучше закосить под дурочку, не прекращая обильно питаться, становясь всё сильнее и опаснее, втайне от него?
Когти понемногу отрастали, и их требовалось опробовать. Демоница произвела первые несколько попыток пустить их в дело в лесу, убедившись лишний раз, что избранный ей тип оружия крайне неэффективен против стволов вековых деревьев. Кроме того, очень острые наконечники слишком легко затуплялись о камень, а их замена требовала не только спрятать крылья, но и самостоятельно выправить лезвия. Всё это привело демоницу к стойкой уверенности, что ей нужны металлические колпаки: даже если они затупятся, сменить лезвие можно и прямо на ходу, в бою. По крайней мере, так было пока. В будущем Вера планировала сделать эти штуки ощутимо крепче и долговечнее стали, и вот тогда...

По дороге на Меррил Вермина так и не смогла опробовать свои новые коготочки в бою: навстречу ей постоянно попадались плотно сбитые и вооружённые отряды. Соваться к ним не хотелось. На полпути демоница напомнила себе о необходимости сменить амплуа: последние восемь часов она бодро топала по тракту в виде худенького одиннадцатилетнего мальчишки - вернее, девчонки, одетой как посыльный мальчишка - пока не достигла городских ворот. Выглядел этот ребёнок достаточно заурядно: растрёпанные волосы с каким-то мусором, простенький спальный мешок, позаимствованный в деревне, пустая корзинка - оттуда же, чуть порванная одежда, заботливо вычищенная явно прямо перед тем, как войти в город, и конечно же сумка, перекинутая на манер почтовой - явно с какими-то важными сведениями. Мина убедительно строила из себя простывшего и оголодавшего бедняжку, настолько убедительно, что получила даже пару сухарей, которые без зазрений совести тут же сожрала. От досмотра отказалась, очень мягко аргументировав это тем, что на досмотре бумаг лежит вето купеческой гильдии Фолента, дескать, именно они так загоняли бедного мальчишку. Стражники справедливо решили, что связываться с головорезами из Фолента - не такая уж и хорошая идея.
Потратив изрядное время на то, чтобы покрутиться по улицам города до самых сумерек, по-минимум разобравшись в том, где и что находится, Вермина наконец-то подошла к домику, где планировалась встреча. Ей нехотя пришлось признаться себе, что она сумела проесть весь и без того нехилый запас времени и к разговору не готова от слова "совсем", так как не успела ничего понять в том, что здесь вообще где находится и куда летит. Пройдя мимо парадного крыльца, демоница обошла дом кругом. Минуя дверь с задней стороны дома, погружённая в свои мысли Мина не сразу заметила, как распахнулась дверь и её сграбастала непомерно большая волосатая рука. "Должны быть свои", - подумала она, не дёргаясь и не пытаясь сопротивляться... Так и неопробованные когти вызывали странное, саднящее чувство в спине, словно желая вырваться и наконец-то испытать себя против человеческой плоти, но вечноголодное чудовище кое-как взяло себя в руки и продолжило активно изображать немного напуганного мальчишку-посыльного.
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-05-21 05:37:00)

+3

3

Хорошими делами прославиться нельзя!
Этот день не отличался ничем от других дней. На улицах Меррила прогуливались люди,торговцы зазывали к себе в лавку, подле домов шумной гурьбой резвились дети. Маловероятно, что Энджей подозревал, какая трагедия разыграется в ближайший час. Не подозревал некромант о том, что в его дверь постучат люди в серых плащах без опознавательных знаков, что в течении дести минут все жители дома будут заперты в одной комнате, а он сам брошен свой собственный подвал. Помылить не мог некромант о том, что через пол часа в его дом тяжелой поступью войдет господин дознаватель.
Но течение времени и судьба неумолимы. И вот уже связанный Энджей сидит за столом в подвале собственного дома и осоловело трясет головой. Тускло мерцают свечи, причудливо пляшут блики света на лице сидящего напротив господина дознавателя. И в бликах этих лицо его кажется еще более зловещим, напоминающим больше восковую маску.
- Ну что же. - Джеральд задумчив смотрит на свою жертву - господин Энджей вы признаетесь во всем сами или мы поговорим с вами по другому? - пристальный серьезный взгляд упал на худощавого темноволосого мужчину. Тот с непониманием смотрел на дознавателя.
- О чем выговорите, де Катос? В чем я должен признаться? Что происходит? По какому праву вы вообще творите такое? Отпустите меня немедленно! Я уважаемый человек! - мужчина дернулся, но руки его были крепко связаны за спиной.
Джеральд снисходительно улыбнулся.
- Ну как же, господин Энджей... У нас все есть. Гаррота, будьте добры, передайте мне дело - Джеральд подался вперед, облокачиваясь на стол. перед господином дознавателем легли листы исписанные мелким убористым почерком.
- Вот же, господин Энджей, связь с культом безымянного, снабжение противников Магистра призыва, укрытие преступников. Ваших деяний тут как минимум на три виселицы, а то и больше. Только не говорите, что вы тут не причем, прошу вас, я очень занятой человек. Очень занятой и упорный - мужчина чуть кивнул и стоящий у входа помощник развернул на столе мешковину давая рассмотреть Энджею ножи, тиски и необычные устройства.
- А потому давайте не будем тратить ни мое, ни ваше время то, что мне нужно я узнаю и только вы способны повлиять на то, как. - Джеральд улыбнулся скрестив руки на груди. Он видел, как дрогнул взгляд некоманта напротив,видел сомнение и страх в его глазах. Мужчина смотрел очень внимательно на своего оппонента, ловя мимолетное изменение эмоций. Порой Джер удивлялся тому, как он научился "читать людей" по их действиям, видеть нерешительность и страх в дрожащих пальцах или ложь в отведенном взгляде.
Нельзя сказать, что то, что он делал сейчас не доставляло ему удовольствия. Он знал, что собеседник виновен, знал, что тот не выйдет отсюда в своем уме, но этого не знал Энджей. Было в игре этой что-то.
Пленник вздохнул и поднял взгляд на дознавателя.
- Господин де Катос, вы поняли все не так. Мне нужно было втереться в доверие к ордену, чтобы потом предать его. У меня ушло на это столько времени! - пленник заговорил и заговорил охотно, заставляя Джеральда улыбнуться. Он то подозревал, что на то, чтобы расколоть этого человека уйдет намного больше времени и сил, но нет. Увидев перед собой представителя власти такого уровня, тот с радостью начал выдавать то, что знал.
- Отлично, если вы расскажите мне все что знаете, без утайки, я не стану портить наш романтичный вечер при свечах ненужной кровью. - Джеральд улыбнулся и сидящий напротив мужчин готов был рассказать все, что знал, но в двеь постучали.
- Господин дознаватель! Там какой-то мальчуган вертелся рядом с домом. Говорил что-то про торговцев Фолента. Что делать?
Джеральд вздохнул, и снова осмотрел Энджея.
- Как не вежливо с их стороны. Мальчишку привести, всем выйти. - отдал мужчина четкий и рубленный приказ вставая с места.
- А с вами господин Энджей мы продолжим позже. - Джеральд встал с места и пододя к мужчине взял его лицо в руки, смотря точно в глаза.
- Сейчас ты уснешь. - пленник попытался вывернуть голову или отвести взгляд, но Катос держал крепко - Уснешь крепко и будешь не в силах проснуться ровно до того момента, как я не скажу тебе "Энджей проснись". Раз, два, три. Спи. - повинуясь голосу тело мужчины обмякло а голова повисла, когда Джеральд отпустил ее. Дверь позади отворилась и дознователь повернулся к мальчишке.
- Я бы мог сказать, что ты пришел как раз вовремя, да вот только нихреа подобного - Джер усмехнулся осматривая незнакомого мальчугана. Его настораживало, что на встречу прислали мальчишку. Он не считал детей таким уж безопасным способом передачи информации.
- И с какими вестями ты пожаловал? Не стой, походи, садись - Катос указал на стул напротив спящего.

Использовано: Гипноз -70 ед. маны.

Отредактировано Джеральд де Катос (2018-05-26 14:39:54)

+2

4

Наверное, если бы аватара Вермины не была бы всего лишь аватарой, и на кону стоял сам факт своего существования в текущей, уникальной для окружающих форме, а совсем не время и ресурсы, потраченные на откорм, демоница просто не рискнула бы так: тащиться в форме маленького хрупкого мальчика в цепкой хватке мужчина по тёмным коридорам сам Фойрр не знает куда. Большинство здравых исходов, разумеется, предвещали возможность сожрать обидчика без необходимости перед кем-то оправдываться, но даже самый ничтожный шанс ловушки заставил бы Вермину нервничать не на шутку. Она бы чувствовала себя гораздо увереннее, если бы в городе был Кайлеб - но Гроссмейстера не было поблизости, и он не успел бы подойти на помощь.
О том, стал ли бы он это делать, или бросил бы её на произвол судьбы, она даже не задумывалась. Трудные времена сплачивали людей и заставляли заключать сомнительные сделки даже с далеко не человеческими существами. Кинжалы начинали блестеть за спинами лишь тогда, когда всё становилось неплохо. Проще говоря, мистическое понятие "друга" люди часто применяли к тем, кто остаётся с ними в беде. Кайлеб был таким, но, если всё внезапно станет "хорошо" и его желания сбудутся, вряд ли он не начнёт дистанцироваться с Миной или не пытаться уничтожить её из-за долбаного чувства ответственности. Так что "друг" из него так себе. Да и нет у неё, в сущности, друзей. А было бы полезно, хоть для саморазвития, узнать, каково это на самом деле - быть кому-то другом.

Поэтому когда её достаточно грубо втолкнули в комнату к дознавателю, о чём она немедленно сообщила через Косу Гроссмейстеру, она не испустила весьма компрометирующий вздох облегчения, а осталась стоять ровно, соединив носки и изображая серьёзность. Затем покосилась на спящего с опаской. Вернула взгляд на хозяина положения. "Джеральд де Катос, так, значит? Вроде он?" В голове крутились неясные сомнения.
- И с какими вестями ты пожаловал? Не стой, походи, садись, - поклонившись собеседнику, демон послушно проследовал к столу и сел, по ходу давая жестами недвусмысленные намёки на то, что комната может прослушиваться. В том числе хотя бы вот этим самым спящим.
- Не стоит переживать. Здесь нас не подслушают. А этот человек, - Джеральд кивнул на спящего, - не выйдет отсюда живым.
Вермина, удобно устроившись на стуле, как-то странно покосилась на спящего. В её глазах сверкнула искорка голода, и язык как будто бы непроизвольно коснулся уголка губы, выражая мгновенно возникший аппетит. Тем не менее, демоница вернула взгляд к дознавателю, и теперь уже, не ломая голоса, по-девичьи заговорила:
- Для меня имеет большое значение видеть вас вживую и знать, что вы - это именно вы, господин Де Катос, - Вермина говорила невинно, но в этой невинности звучала невысказанная, почти угрожающая осведомлённость, мгновенно расставляющая точки над "i". Вместе с этим, она старалась не бегать взглядом по его облику, а смотреть прямо в лицо, весьма-таки по-детски опуская взгляд в стол между фразами, словно пребывая в замешательстве. Впрочем, лжи в этой сцене, если не считать её облика, было на ломаный грош, - это ведь не ваш дом?
Ответа вслух ждать не пришлось - одного лишь жеста, произвольного или нет, было достаточно, чтобы понять, что этот дом принадлежит спящему господину.
- Меня очень пугают люди, которые ставят такие столы в подвалах. Некоторые из них в результате оказываются заговорщиками или культистами. Ой!
Мина демонстративно ойкнула и активно поёрзала на стуле, пытаясь изобразить испуг от отклонения от темы, справляясь при этом с раздирающим её изнутри ироническим хохотом. Она же пришла невовремя!
- Тот, кто печётся о судьбе Альянса более всех, хотел бы переговорить с вами... - демоница запнулась и осторожно отрапортовала Гроссмейстеру, что пора бы отнестись к ней чуть-чуть заботливее, чтобы она могла без особых потерь передавать информацию в обе стороны практически без задержки, - лично. Передать послание, запечатанное магией, непосредственно в ваш разум.
Полминуты тому назад на теле у девчонки не было никаких рисунков. Но вот, тонкие пальчики расстегнули ворот рубашки, застенчиво обнажая едва-едва начавшую набухать грудь и открывая жутковатый символ, начертанный на светлой коже у плеча. Символ Вера подсмотрела в своей юности в Кабале Фойрра, и, хотя она толком не могла вспомнить, что он значил, выглядел он зловеще и мог изрядно запутать ясновидцев. Мина не спешила сообщать, что это уловка. Об этом можно было поведать, когда их сознания соединятся.
- Мне пришлось пройти много миль, и я очень устал, - Вермина настойчиво продолжала разыгрывать мальчишку, хотя смутно понимала, что обман первого уровня раскрыт, - а эта магия высасывает кровь. Возможно, если вы меня не покормите, то я умру, - смиренный взгляд на собеседника, мол, оба сценария предусмотрены заказчиком и я знала, на что шла. И действительно очень, очень голодный взгляд. Демоница понимала, что степень осведомлённости мужчины может быть проверена при помощи этого цирка. Может получится, может нет, но уже по одному тому, отведёт ли он взгляд на спящего после упоминания про еду, можно будет сделать какие-то выводы.
  - Скажите когда начать, - спросила Вермина, как бы намекая, что может легко провести пальцами по символу на плече, как-то активировав его, - когда символ вспыхнет, вам нужно будет п-просто засунуть п-палец внутрь.
С этими словами, произнесёнными с ужасной неловкостью, гостья скорчила совершенно невероятную гримасу. Словно в этот самый момент она испытывала смесь отвращения человека, искренне боящегося подобной кровавой волшбы, и благоговения подданого, что такие господа проникают своими перстами внутрь неё. Да, в плечо, но так... даже интереснее.
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-06-01 20:38:18)

+3

5

Мальчишка явно не первый раз исполнял роль посыльного, понимая, что болтать при лишних не стоит,  а кроме этого зная некоторые знаки.  Да и сам маскарад девчонки, а слух явно его не обманывал, стоил отдельной похвалы. В иной раз Джеальд может и прислушался к этому мальцу, но не сегодня.
— Не стоит переживать. Здесь нас не подслушают. А этот человек, — Джеральд кивнул на спящего, — не выйдет отсюда живым.
Об этом де Катос знал, как только переступил порог дома. Лихие времена требуют решительных действий. Культ никогда не прощает предателей, а Джеральд может своими действиями лишь подтвердить свою лояльность нынешней власти. Нельзя, чтобы хоть на мгновение в его верности усомнились. Судьба смешно раздала карты, ведь Ленар не мог позволить себе, чтобы хоть одна из сторон усомнился в его верности, но куда его завела эта преданность? Порой смеяться хотелось от происходившего. Но сейчас было не смешно. Культ никогда не беспокоил его  без надобности, особенно после сего произошедшего, а это могла значить лишь то, что случилось нечто важное.
- Я это именно я. Тут можешь не сомневаться, хотя если потребуется, то я могу это доказать  - дознаватель улыбнулся находя ироничным свое утверждение о том, кем он является. – Дом же принадлежит нашему спящему другу. Но это уже не важно. Сейчас его – завтра нет. В этом даже есть некоторая философия – последнее мужчина сказал скорее себе, чем посланцу, которая между тем наконец изволила сказать о чем-то более важном. Слова о культисте Джер позволил себе пропустить мимо ушей.
- Значит прямо в разум? – мужчина замешкался и скрестил руки на груди. Он с небольшим смятением наблюдал за тем, как посыльный раздевается представляя взгляду дознавателя жутковатый символ .Это могло быть чем угодно, по сути своей, любым заклинанием. Оно могло, как передать информацию, так и превратить его мозги в кашицу. Вот только культу незачем было от него избавляться. Но насколько можно доверять этой девчонке? Мужчина заметно медлил  и чтобы скрыть эту неловкость, он поднял взгляд на ребенка.
- Ты не умрешь, поверь мне я отлично знаю, сколько человек может потерять крови и как он выглядит, прежде чем умереть от ее недостатка. Но я прикажу покормить тебя, когда мы закончим. – он смотрел прямо на девчонку. Нужно уже было решиться на что-то, а не стоять тут столбом. Но рисковать Джеральд тоже не мог его жизнь слишком дорого стал стоить в последнее время.
- Кто именно из культа послал тебя? – Джеальд внимательно смотрел на девчонку. Его взгляд еще пару минут назад смущенный словами про символ вдруг стал цепким, практически колким. Де Катос смотрел прямо в глаза сидящей напротив, словно пытаясь заглянуть в душу. Сейчас-то он и поймет.
Несмотря на подозрения, девчонка назвала верное имя.  Мужчина вздохнул. Идея о том, что кто-то залезет в его голову не вдохновляла.
- Хорошо, нет смысла тянуть – слова эти были произнесены чеканно. Джеральд прошептал несколько слов и шагнул  к посыльному. Руна засветилась и, борясь с приступом отвращения, дознаватель коснулся пальцем жуткого узора.

Использовано: Ментальный блок только от чтения мыслей - 35 ед. маны

+3

6

Его коса была чудесным и удивительным существом. Демоны вообще не одно поколение интриговали некромантов, особенно чернокнижников древности, у которых ещё огонь из крови и все эмоции не были выведены проживанием под пусть и куда более агрессивным и тёмным влиянием Кристалла, но не таким долгосрочным.
И она его пугала. Всегда слышит, что происходит вокруг него. Всегда кормится в две бездонные глотки. Никогда не спит и всегда готова коснуться его сознания, хотя для её вторжений и манипуляций даже во сне он теперь стал слишком стабилен. Он был всем и ничем, что из себя представлял и чем казался, одновременно. Не пускал никакой другой голос, кроме того, который подумал сам, внутрь, в свои секреты. Иногда, он почти не спал. Но с первой победой и захватом Стефанна Беннатора он смог, и он выспался. И не один раз. Атропос гудел как муравейник, слухи доносились, что второй близнец, Ровенна, потеряла стабильность магии и сама не своя, но город сам пока допревал до кондиции в болезнях и недоснабжении до захвата, ещё неделю-две, неделю-две…
Пожалуй, для важных разговоров и ясных и чётких указаний - самое время было именно теперь. И Кайлеб ждал, что со дня на день Вермина должна добраться в Меррил. Спустя несколько недель порознь, он уже мог сказать, что, кажется, и сам чувствует, когда она активна. Они не разговаривали часто, У Кайлеба не было нехватки общения, чтобы искать компании своей косы, как прежде, во время охоты на всех и собственную тень. Но он чётко ощущал присутствие тоже и ему казалось, что, при желании, тоже сможет влезть в её дела. Это равное положение, как через прозрачное, но холодное стекло, когда и наблюдателя снаружи можно было разглядеть, успокаивало.
Впрочем, когда помимо смутного образа где-то за пределами, за "стеклом", за закрытыми веками при касании косы, выросло ещё что-то - не холодное и голодное, неживое, но вот сила, заклинание защиты, рябь - чего? сомнений? неведенья? - он был удивлён, в чём, вперёд приветствия, признался.
- До последнего сомневался, удастся ли нам поговорить лично, но удача нам благоволит. Здравствуйте, магистр.
В пространстве соприкоснувшихся разумов не было ни расстояния, ни запаха, ни зрения, ни, кажется, даже звука и тактильного ощущения. Это сбитый с толку запертый в смертном теле разум втискивал в привычные чувства. Кайлеб едва понимал, почему его голос так распадается на множество разных подтонов с разными интонациями. Наверное, потому, что безумие никогда не покидает образ мыслей безумного, а здесь они были более-менее все голые. Все же?
- Попробую быть краток и прост в изложении для лёгкости первичного понимания и безопасности и себя, и вас. Этот разговор едва ли можно отследить в любых видениях, потому что он происходит вне пространства и времени, но ваши мысли - очень ценный ресурс и потенциальное оружие против нас всех.
Да и Джеральд де Катос, судя по тому, что о нём писала Мамочка, был мастером сидения рядом с нужными людьми, не вызывая подозрений. Говорили, что он, де, ужасно искалечен внешне, что тоже отталкивало либо отводило от сути любопытствующие взгляды, но дела это не касалось также. В темноте протянутой между носителем и аватарой сущности Вермины всё было безлико. Она была полой тьмой, наполненной чем-то, всегда раздвигаясь от попытки объять.
- План состоит в том, чтобы наводнить возможные видения пророков самыми разными версиями конца в рекордные сроки. Важно, чтобы версии их конца не сходились по лицам и противоречили друг другу логически из-за этого несовпадения, но все оставались вероятными и не давали из-за этого сделать точный прогноз и предотвратить всё, не размывая ресурсы. Чтобы отвести подозрения, вам понадобится оказаться вместе с остальными обречёнными, не зная точно лично, каким планом Культ воспользуется в итоге по-настоящему. Полагаю, вам уже передавали указания готовить город к скрытой операции, пересылая средства без точных указаний до позднего срока? Сейчас вам предстоит работать по схожей схеме. Мой контакт, - Кайлеб намеренно упомянул демоницу безлично, чтобы точно не ошибиться с её амплуа и теми, которые она ещё хотела использовать при сообщнике, - может общаться с нужными людьми, не вызывая подозрений относительно вас, но понадобятся карты и любая информация о безопасности и слабых местах в разных кварталах Меррила и, особенно, верхних, где в идеале должны будут собраться маги и магистр по мере нагнетания температуры.

Я вернулся к тому, что голос Кая должен звучать (по крайней мере по менталке) вот так

+3

7

Взгляд Де Катоса вызывал у Вермины куда больше настороженности и какой-то подсознательной опаски, смешанной с уважением. В "армии воров и шлюх" Гроссмейстера она могла держать свой статус на страхе и силе, и смотреть сверху вниз на всех, не боясь чужих взглядов и не видя в них той душещипательной внимательности. Даже будучи рыжей всадницей, невесть как прибившейся к отряду, она вызывала взгляды разного толка, в основном - полные похоти или каких-то сомнений, но никогда - не настолько внимательные.
Сейчас она была в городе, пребывающем в каком-никаком мире. И здешние люди верят в свою защищённость перед теми, кто далёк от власти. Это там, в лагере демоница была кровавой королевой. В Акропосе она могла с лёгкой руки Кая остаться такой - но только благодаря захваченной им власти. Здесь всё было несколько не так. И важно видеть не когти, зубы и занесённые клинки для удара, но потайные мысли и связи.
И если Кай был тем мальчишкой, с которым она прошла долгий путь и знала, как много в его делах решают его собственные таланты и харизма, то здесь она имела дело с существом, обладающим непонятным и сложным оружием - властью и связями. И этот контраст невольно дисциплинировал её, приводя к осознанию, что дурачиться следует меньше, он всё равно так просто не поверит, и тем более не поверит, если она раскроет кое-какие карты. И раз уж управлять операцией будет именно Джеральд, а не кто-то другой, то ничего не поделаешь - придётся открываться.

Именно поэтому, когда собеседник спросил: "Кто именно из культа послал тебя?" Вермина подавила в себе идиотский порыв вбросить что-то вроде: "Я кошка - сама по себе кошка, хожу где вздумается, гуляю сама по себе". Вместо этого она без колебаний сообщила, кто был её отправителем.
- Хорошо, нет смысла тянуть, - мужчине было неприятно, достаточно, чтобы он это выдавал. Мина откинулась на спинку, но, стоило мужчине коснуться пальцем узора на её плече, как тут же подалась вперёд, заставляя палец Джеральда втянуться в её тело и тотчас плотно и клейко обволакивая его, пробуя на вкус и пытаясь оценить аромат его души.
В этот самый момент Мина широко распахнула глаза, вглядываясь в лицо собеседника и пытаясь сделать то же, что пытался он - узнать больше о другом. Но она выбрала для этого момент, когда роли временно поменялись и не она была в его распоряжении, а он - в каком-то смысле - в её. Стоило гроссмейстеру вступить в связь с другой стороны, как, удивлённая стабильным соединением и отсутствием необходимости собственного посредничества, Мина попыталась объять их сознания, создавая ощущение мирной и спокойно беседы в комнате с глухими тёмными стенами, уверяя, что никто не услышит их разговор внутри неё... кроме неё самой.
Хотя обстоятельства располагали к экспериментам, у Мины было глубокое уважение к каждому из магов и понимание их высокой чувствительности. Она ни на мгновение не собиралась влезть в чей-то разум против его воли, и спокойно выполняла свою посредническую роль с плохо скрываемой гордостью. Так что о существовании щита вокруг разума Джеральда она даже не узнала.
"Кайлеб, я рада, что у тебя нашлась минутка!" - очень влажно, но абсолютно несодержательно поприветствовала повелителя Мина. Она не могла отрицать того, что теперь, когда у неё есть возможность общаться голосом, созерцать глазами, прикасаться и испытывать самые разнообразные ощущения, её интерес к Каю возрос. И теперь она смутно понимает, что постоянно находится рядом - и в то же время, недостаточно "рядом".

- План состоит в том, чтобы наводнить возможные видения пророков самыми разными версиями конца в рекордные сроки. Важно, чтобы версии их конца... - в этот момент ход мыслей демоницы внезапно встал колом. То ли она прослушала что-то важное - невероятно для Веры, так-то, - то ли это Кай имел в виду элементарную "развязку", а не какой-то апокалиптический план, - но все оставались вероятными и не давали из-за этого сделать точный прогноз и предотвратить всё, не размывая ресурсы. Чтобы отвести подозрения, вам понадобится оказаться вместе с остальными обречёнными, не зная точно лично, каким планом Культ воспользуется в итоге по-настоящему.
Мина напряглась. Она понимала в теории магии не так много, чтобы возражать вслух, но про себя отметила, что едва ли для ясновидцев имеет значение, в чьём сознании сейчас есть определённость - в сознании Де Катоса, её собственном или Гроссмейстера. Сам факт того, что Кай всё ещё не прижат к стенке, свидетельствует в пользу того, что ясновидцы просто не могут забраться в его разум в любой момент. Но что это меняет?
Если будущее сформировано, проложено заранее, то оно определено в момент принятия решения. Весь этот маскарад может не иметь смысла. Вопрос только в том, что царство знаний меррильцев не может достичь владений Кая, но они всё же способны узнать что-то у локальных координаторов. В том, что они что-то извлекут из её сознания, демоница  самоуверенно сомневалась. Вполне возможно, ценой за проникновение в чертоги сознания Единой может стать потеря рассудка.
- Понадобятся карты и любая информация о безопасности и слабых местах в разных кварталах Меррила и, особенно, верхних, где в идеале должны будут собраться маги и магистр по мере нагнетания температуры.
- Эту информацию легко передать, - наконец подала голос окружающая мужчин пустота глухим, звучащим отовсюду голосом Единой, голосом голодной пустоты, в котором едва-едва воспринимались контуры личности. Он был скорее женским, чем мужским, и в нём звучали настоящие, не надуманные, но с таким трудом воспринимаемые эмоции. Где-то в глубине своих мыслей ненасытный монстр уже смаковал пергамент и чернила, втягивая карты города внутрь себя и превращая их сначала в картинки, а затем, на основе своих собственных впечатлений от прогулок, в красивые объёмные карты, по которым Гроссмейстер смог бы пронестись, словно крылатая птица, осматривая всё собственным внутренним взором. Все эти захватывающие дух фантазии, смешанные из рационального подхода и точности исполнения Веры, желания создать яркие переживания для разума Кая со стороны Мины и незыблемой готовности поглотить любой предложенный кусочек мира Единой - разве было бы так легко выразить этот букет чувств при помощи одной-двух человеческих эмоций, способных звучать в голосе?

- Стоит ли нам начать полномасштабный террор в городе, работая над тем, чтобы помимо дезориентации провидцев целенаправленно вызывать беспокойство, страх, обострение недоверия друг к другу, и постепенно сводить их с ума? - не без интереса поинтересовалась демоница у собеседников. С одной стороны, это могло неплохо утолить её голод и в более грубой форме заставить противников играть по её правилам, опасаясь друг друга. Кроме того, если лидеры струхнут и введут чрезвычайную ситуацию в городе, комендантский час и всё иже с ним, то они могут попутно собственноручно ничтоже сумняшеся вручить все необходимые полномочия прямиком в руки их коллеге, что позволит практически сразу взять их тёпленькими, да ещё и так, что они поначалу благодарны будут. С другой стороны, это могло усилить власть кого-то другого, а вовсе не Де Катоса и его команды. Да и даже если его, никто не застрахован от предательства. Даже сам нынешний собеседник, получив абсолютные полномочия, может решить, что ему этого достаточно - хотя Мина что-то очень сильно сомневалась в таком раскладе. Ну а самое плохое - признавая слабость, Меррил может запросить помощь извне. Для того, чтобы справиться с одной беспокойной демоницей и группой хороших убийц многого не нужно - если вам помогают лучшие провидцы страны. Но, нужно признавать, тем, кто находится "вовне", и без того есть чем заняться на фоне уже состоявшегося падения Городов-Близнецов, и магистр не станет подводить своих коллег и признавать беспомощность. Так что в голове демоницы аргументов в пользу фойррового террора было больше, чем против него.
Аватара между тем опустила взгляд и смотрела на столешницу таким невинным и потерянным взглядом, что вряд ли Джеральд бы так легко связал этот жуткий голос в своей голове и беспомощное создание перед ним. А может быть и связал бы. Мине было интересно проверить, насколько этот господин смекалистый, и стоит ли ей раскрыться ему сразу и признать его полное понимание и управление, или же какое-то время заигрывать, набивая себе цену и окружая себя ореолом холодящей кровь тайны и непостижимой, хтонической силы, управление которой, вплоть до сексуального доминирования, должно будет особенно искушать мужчину, в чьих жилах ещё играет молодость и горячая кровь.
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-06-15 14:46:18)

+3

8

Разные маги описывали это ощущение по разному. Конечно тут причастны и способ, и силы магов, и восприятие конкретного человека. Джеральд закрыл глаза и ощутил себя стоящим в абсолютно черной комнате. Где-то сверху доносился голос того, кому де Катос заочно приносил клятву верности. Здесь в этом пространстве он звучал необычно, но внимание на этой мелочи мужчина сейчас не заострял зато крайней внимательно ловил каждое словно гроссмейстера.
- Я рад, что пока она на нашей стороне. Рад приветствовать вас, господин. - голос Джеральда звучал глухо и чуждо для мужчины, однако он уже давно привык к этому. Когда столько лет ты работаешь с чужим разумом, воспоминаниями, чувствами, то подобное становится обыденностью, как разговоры о погоде. Сейчас дознаватель жалел, что не может видеть гроссмейстера, его лицо, эмоции, жесты - все то, что так много может рассказать о человеке. О Кайлебе ходило много разных разговоров и слухов как в ордене так и за его пределами, но верил слухам Джеральд мало. Мужчина давно уже понял, что молву полезно брать на перо и запоминать, но совершенно бессмысленно полагаться на людские разговоры полностью.
Слова Кайлеба о провидицах были логичны. Де Катос прекрасно понимал, что сложно проводить что-то масштабное, когда твой план в любой момент может быть раскрыт. Конечно среди провидцев были те, кто поддерживал культ, но они старались действовать осторожно не привлекая лишнего внимания. И если так остро встал вопрос о видениях, значит культ замышлял что-то поистине масштабное.
Джеральд молчал, раздумывая и перебирая в голове различные схемы, планы, идеи. Задача была не из легких, ставки были высоки, но это того стоило. 
- Я бы хотел обойтись без террора в самом городе - неспешно проговорил мужчина. Но следующую фразу де Катос произнес уже твердо с полной уверенностью - Меррил обладает очень ценными ресурсами, людскими в том числе. Да, мы можем сколько угодно отвлекать пророков чем-то иным, но не лучше ли решить вопрос сними раз и навсегда? это слишком сильное оружие в руках магистра. Нужно выколоть этот "глаз". Более того, операцию стоит провести тихо. Это заставит остальных бояться даже своей тени. Страх - очень сильное оружие. Если мы доберемся до пророков не привлекая лишнего внимания начнет параноить и сам магистр. Полетят головы, возможно даже моя. Но это сейчас не столь важно. - в голосе Джеральда послышалась усмешка. Умирать он не собирался. Дознаватель забрался слишком высоко и был достаточно хитер, чтобы вовремя сбежать. По крайней мере считал, что достаточно умен.
- Карты я достану. Можете не сомневаться. Но я совру вам, если скажу, что меня не беспокоит судьба прорицателей. Среди них есть люди верные нам и дорогие мне в частности. Если нам нужно наводнить разум пророков
обрывками видений, кошмаров и превратить их дар в пытку, то нужно действовать изящнее.
-Джеральд хмыкнул. По сути своей сейчас он предлагал заставить видеть то, что видел и ощущал сам, когда видения без спроса приходили в его сознание выворачивая наизнанку мысли.
- Мне неизвестно насколько вы посвящены в тонкости провидческого дара и как близко имели с ним дело, но многие пророки используют абсент, чтобы вызывать видения. Если это напиток отравить, то можно добиться эффекта, который нам нужен. - дознаватель замолчал,ожидая реакции Кайлеба и его поверенной. Уже сейчас было ясно, что это не простой ребенок. Но кто же? Это пока оставалось тайной. Не сказать, чтобы это радовало Джера, но осуждение личности поверенной он решил отложить. Это не важно когда трое сейчас, без преувеличения, решали судьбу города.

+2

9

Это было жутко. Это было странно и почти необъяснимо даже с точки зрения мага высших школ. Проекции-иллюзии, пространственное фазирование и даже придание им материальности не были ничем новым, но в том-то и заключалась проблема, Вермина была не магом, она была анти-магией сама по себе. Или какой-то её иной стороной, которая потеряла подвижность в токах мира, зато затвердела в своей не металлической, не кристаллической, не живой и не мёртвой форме. И теперь она была непонятной формацией, почти измерением в себе, которое не пересекалось расстояниями реального мира. Кайлеб был сумасшедшим и отчаянным, но всё ещё человеком, и неизвестное его как дразнило из-за природного любопытства, так и пугало из-за своих необъятных тайн.
Идея с алкогольными возлияниями и не понять, случайно или нет пошедшими не так, ему нравилась.
- Я разделяю позицию, что полномасштабного террора стоит избегать, - некомфортно поёрзав в своём деревянном кресле где-то во владениях Близнецов, Кайлеб, тем не менее, не отпустил косу в руках и не ослабил фокуса на её голосе и на голосе, что слышался с другой стороны этой голодной Бездны. - Насчёт пророков… да, это сложно разрешить без уничтожения всех и каждого. Допустим, некоторые из них поддерживают власть просто потому что мы им пока не предложили лучшую сделку. Каждый обученный маг - это огромное состояние и ценный ресурс, даже не говоря об одарённых редкими способностями. Если есть возможность их вывести из строя, похитить, запугать и перевербовать хоть часть, не уничтожая всех, мы бы не только глаз магистрам Альянса выкололи, но ещё и получили собственное преимущество. Однако, это не приоритет.
Не попробовав сорвать успех в одной авантюре в городе, они просто не имели карт, чтобы вести торг с оставшимися в живых и давить свои условия. К тому же нейтрализация провидцев непосредственно перед расстановкой дат и событий в их собственных планах по отторжению от Альянса ещё и Атропоса, который уже потерял своего наследника - это нужный тактический момент. Если пророки что и напишут своему покровителю, планы можно будет выловить или изменить.
- Скажу прямо: я не жду Меррил в составе взбунтовавшихся городов, по крайней мере в ближайшее время. Потому что это будет просто ещё одна территория, которую нам придётся оборонять, не имея ни одной границы, ни средств для её удержания, - правой рукой в реальности, не видя бумаги, которая там была, за гуляющей эхом тьмой Вермины, Кай грубо обрисовывал нынешние свои зоны влияния в границах Альянса и за его пределами. Он и так всё видел в мыслях и просто щупал их ненужными телодвижениями для верибельности.
Нет. До Фолента и Лейдера никакого смысла есть Меррил нет. И в Нертан до Лейдера не будет никакого смысла лезть. Но желание сначала уничтожить Фолент положение Лейдера не меняло.
- Я хочу, чтобы город из ключевого союзника Эарлана превратился в как минимум бесполезный груз с выработанными и ещё не восстановленными с кампании в Лунных землях военными ресурсами, а как максимум - ногу с гангреной, которая будет мотать нервы, и гнить, и портить кровь, а нам давать помощь. Если вам удастся отнять запугиванием и угрозами Ключ и нейтрализовать магистра города, не убирая его - идеально. Нет - ну, сожрите его, или возьмите под непрямой, не заметный ментальный контроль известными вам средствами. Детали плана и манёвры оставляю на ваше усмотрение. Но очень советую, чтобы господин де Катос разыграл из себя лояльную ищейку и собрал наши старые контакты и мелких спящих агентов, если хотя бы часть из них ещё уцелела. После того, как неизвестный агент разрушения уже сделает свои грязные дела с каждым. Вот имена тех, кто работал в последние два года на меня: Хазнер по прозвищу Чародей, не маг, алхимик с лучшим зельем невидимости, которое нам известно. Живёт за пределами города, иногда торгует в восточных кварталах. Мадам Аниз, владелица доходного дома там же, вдова одного из наших… ныне уже мёртвых, но бывших очень ценных агентов. Она предоставляла культистам ночлег и держала в тайной секции своего подвала арсенал. Арматор Дюшан Моррей - контрабандист к тому же…
В списке была дюжина имён. Часть из них была наверняка отловлена, но Гроссмейстер не успел об этом узнать и надеялся, что хотя бы половина ещё действовала. Ещё Кайлеб всерьёз надеялся, что Вермина выберет маски, а то и вспомнит со времён, когда он лично ночевал в чужих норах в городе туманов и дурманов, и пройдёт и получит помощь от агентов прежде, чем де Катос сделает вид, что нейтрализовал их загодя, на деле обманув и ложно успокоив всех, кроме пророков.
А ещё Кайлеб  надеялся, что их паранойя будет надёжнее и верней. Он был сильно верящим в лучшее человеком, Кайлеб Ворлак. Возможно, поэтому удача любила его больше скучных и сухих магистров. Посмотрите, какой очаровательно наглый и верящий в свою исключительность идиот! Игривые девки на таких только и падки.

+3

10

Собеседники были дружно против полномасштабного террора. Единая была несогласно, она была возмущена. Захватив сознания обоих в своё лоно, она считала, что может диктовать им свои условия, неважно, чем они обоснованы. Вера, однако, успела её вовремя осадить и дослушать. И услышанное проливало свет по крайней мере на мотивацию Кая.
"Выходит, Кай хочет оставить Меррил у врага, будто считает, словно он станет занозой в заднице, хуже того, гангреной Эарлана?" - аватара скрестила руки на груди, едва не задев мизинцем де Катоса. Глаза сомкнулись, проваливая восприятие в абсолютную черноту внутренних мыслей. Она не могла просчитать всё наперёд, это было за границами её восприятия, но проклятье, неужели Ворлак смотрит только в пространстве избыточности? Да, он видит волны, и лучше, чем она. Но вопрос в том, что лежит глубже, откуда берётся вода, которую несёт ветер?
Твои речи несут мудрость, Гроссмейстер, ты правишь ветром и пламенем, и пространство тебе не помеха, — тихо-тихо начала шептать пустота вокруг, постепенно набирая громкость, но всё ещё звучал эхом самой себя. — но нога, страдающая гангреной, служит немногим хуже, чем здоровая, если её сначала умертвить, а затем заставить сокращаться. Ты думаешь, Эарлан не пойдёт на многотысячные жертвы... но спрашиваешь ли ты себя, почему нет? Разве ты не видел созданий Лунного Края, разве не слышал баллады о победе, равносильной поражению? Дар обращать вино в кровь и находить силу во всём, что может отдать свою жизнь - это дар Безымянного, который вы делите между собой, хотите того или нет.
В отличие от предыдущего совета, на этом Мина не пыталась заявить о себе или подорвать авторитет. Она не понимала, и спрашивала.
Если бы Меррил был варварской крепостью, населённой отморозками, способными в любой момент шагнуть в бой, как в случае Фолента, это решение было бы уместнее всех прочих. Но премудрые мастера ясновидения сумели создать базис - запасы материалов, людские и производственные силы. Базис не требует снабжения, он его обеспечивает. Меррил не сможет сосать соки из Анейрота, ему... нечем.
Бесчисленные щупальца-пиявки проступили из стен и потянулись к гостям. Единая торжествовала, хотя и знала, что это не более чем иллюзия.
Так что твой план, Гроссмейстер, гениален ровно настолько же, насколько неисполним, — элегантно составила фразу демоница, ухмыляясь бесчисленными пастями пиявок. — Если Меррил не сможет быть полезным живым, он сослужит свою службу мёртвым. Неужели ты допускаешь, что древние запреты могут заставить человека остановиться, если речь идёт о власти? Если не в силах Культа контролировать ресурсы Меррила, то их нужно уничтожить до того, как костлявая рука Магистра Призыва потянется к ним с твёрдым намерением вырвать с мясом то, что получится вырвать. Даже сам Безымянный не может пировать над пустотой. И для планомерного уничтожения ресурсов открытый террор подходит куда лучше. Так что либо мы захватываем Меррил и держим его под своим, пусть негласным, контролем, либо пожираем его раньше, чем это сделает военная машина Альянса. Срединный путь обманчив и эфемерен, Гроссмейстер, нам троим следует это учесть.

Пока Единая говорила, торжествуя, Вера пересматривала список упомянутых людей снова и снова, всё крепче и крепче сохраняя в своей памяти. Она не знала о том, что именно планирует хозяин, но понимала как никто другой, что просто так эти слова сказаны не были. Она знала, что её слова могут подорвать авторитет Кайлеба, но ничуть не меньше её забавляла мысль о том, что Джеральд де Катос может отчётливо ощущать чьё-то зловещее и древнее присутствие, и полагать, что силы, стоящие за Культом, словно пришли из кошмаров и только безумец рискнёт перейти им дорогу.
Конечно, был риск, что де Катос не станет подвергать планомерному уничтожению целый город. Но мотивация эта может вылиться в две диаметрально противоположные вещи: он может сдрейфтить, или же его гениальный ум может найти способ, которым город останется за Культом, несмотря ни на что. И такой исход весьма прельщал демоницу. Ей совсем не обязательно было становиться лучшим агентом, если она сможет правильно мотивировать лучших агентов. Людям свойственна симпатия. Особенно когда они живут не первый день в городке, у них есть привязанности, любимые места, традиции. И перспектива уничтожения всего этого вряд ли оставит Джеральда равнодушным - но не факт, что мотивирует. Однако, она может попробовать направить его мысли в нужное русло.
Самой демонице эти мысли нравились постольку-поскольку. Как и, скорее всего, сам Ворлак, она предпочла бы властвовать над богатой страной, а не быть принцессой руин. Однако, в отличие от Кайлеба, она могла подождать годы и даже века, пока время не позволит восстановить былую славу Меррила, а потому сожалений в ней практически не было. Возможно, именно в этом и достоинство короткого срока жизни - люди ставят разумные дедлайны для своих проектов и понимают, что если плоды своих трудов не увидят ни они, ни те, кто им дорог, то возможно и труды ничего не стоят.
Выбирая путь разрушения, было невозможно игнорировать один важный аргумент, перевешивающий прочие: обильную еду. Здесь, в городе провидцев, Вермина понимала, что как только она потеряет поддержку Джеральда - неважно, с позволения Кая, по его приказу или даже против его воли - придётся жить впроголодь и довольствоваться теми костями, которые решат ей бросить, а то и вовсе потерять эту аватару. Поэтому и было важно обсудить с остальными сразу стратегические ориентиры, чтобы избежать ударов в спину, вызванных недопониманием.

"Послушай, Кай, - воспользовалась мгновением Мина, - мне было одиноко так долго оставаться вдали от тебя своим телесным воплощением, и я снова начинаю... скучать. Ты мог бы класть меня под одеяло рядом с собой в те ночи, когда спишь как нормальный человек? Я обещаю быть тёплой и не превращать твои сны в кошмары. Конечно, я никогда так и не делала, но твоя воспалённая память может подсказывать тебе иначе."

Между тем аватара неожиданно цепко схватила Джеральда де Катоса за рукав свободной руки, на мгновение выдёргивая часть его восприятия из воображаемого мира, позволяя Кайлебу, даже если он вдруг что-то перепутает, дать сигнал или сделать замечание мине. Сама же сидящая за столом девочка-посыльная неожиданно как будто бы проснулась и, с плохо скрываемой слабостью, нашла в себе силы только выразительно указать пальцем на рот, напоминая, что её организм истощается прямо сейчас. Это было враньём, вернее говоря, актёрской игрой, как и последовавший за этим спазм, после которого девочка обмякла, а зрачки снова остекленели - и магистр в полной мере вернулся сознанием в созданный иллюзией мир.
Фразу об абсенте чудовище запомнило очень хорошо, но пока было ещё не время к ней возвращаться. На севере развернулся одному Фойрру известно какой бардак, и Гроссмейстер должен заниматься этим с максимальной самоотдачей. Их южная кампания должно пройти с минимальным его прямым вмешательством - скорее, она будет показывать ему милые сны, в которых он сможет прогуляться по улочкам Меррила и заглянуть в дома к названным людям. Без обязательств, без ответов, просто методично сливать развединформацию в непринуждённом виде, запоминая те детали, которые он хотел бы ещё раз осознать наяву. И заодно отвлекая от постороннего: в конце концов, она довольно долго пыталась стимулировать его и находить ключики к его эмоциям - теперь он чуть постарел, и стоит искать ключики к его покою и отдыху. Пусть он плохо даётся ей в руки, и не напрашивается на расслабляющий массаж - под правильными предлогами она может попробовать расслабить его разум, непосредственно вторгаясь в его сознание. А лёжа рядом, следить за ситуацией вокруг, становясь хранителем его снов и позволяя ему проваливаться в глубокий-глубокий восстанавливающий сон. Высыпаться и понемногу восстанавливать расколотый разум.
Искренне заботиться о ком-то тоже было приятным опытом, который Вермина поглощала с плохо скрываемым наслаждением.
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-08-01 04:32:37)

+3

11

Джеральд задумался над словами гроссмейстера. Мужчина мог мысленно набросать несколько вариантов как исполнить его волю, но все сейчас они были сырыми и требовали проработки. Кажется, Магистра ждало несколько бессонных ночей, но если это поможет избежать лишних жертв, то разве это цена?
Джеральд тяжело выдохнул. Царившая тьма заставила поежиться. Нахождение вне времени и пространства давило на воспаленные нервы. Сейчас он не слишком отображал, что творилось в реальном мире, а значит был слишком уязвим. Убить его сейчас не составляло сложности и от тих мыслей мурашки пробегали по коже. Сильнее пугало только существо, которое точно не было ребенком. Эта сущность явно была сильнее, древнее и опаснее чем де Катос себе представлял. И ей нельзя было доверять. Этот монстр предлагал уничтожить город просто... просто потому что так "удобнее". Можно было сейчас уйти в сторону и умыть руки. Быть может оставить все на это существо. Обезопасить себя, если Гроссмейстер решит уничтожить город.  Сдаться. Но Ленарда не научили сдаваться.
- Что ты можешь знать о лунном крае? О том что именно там творилось? Ты была свидетелем этих битв? Не похоже.
- голос Джеральда был спокоен, хотя внутри клокотал вулкан. Эта война была для него больной темой, особенно когда не ведавшие ее принимались в размышления.
- Твои речи красивы и льстивы, словно шипение змеи. Но проку в них нет. -
он не мог повернуться к говорившей, но знал, что она его слышит. Наверняка это взбесит существо, но опутать ложными словами разум Гроссместера он не позволит.
- Меррил это ресурсы, которые могут стать нашими. Я могу ошибиться, но разве цель культа состоит в том, чтобы ввергнуть в полный хаос альянс, разрушить его и пировать на костях? Гроссмейстер, вы хотите стать властелином... ничего? Мне кажется нет. - Джеральд ненадолго смолк делая перерыв в своем монологе.
- У культа нет столько ресурсов чтобы тягаться сейчас полноправно с Магистром призыва. В прямом столкновении нас передушат как котят. Меррил может дать нам ресурсы. Может стать спящим агентом. Что будет делать Магистр решившись своих глаз. Что сотворит, когда самый ответственный момент город перейдет под знамена культа? Для этого нужно не уничтожать его, не устраивать террор, а склонить людей на свою сторону. Террор не лучший вариант.
- джеральд выдохнул. Мысленно он попробовал стряхнуть  себя навязчивое ощущение того, что за ним словно кто-то наблюдает, словно пытается пролезть в душу и заглянуть туда. Быть может это магия того существа, а может простая паранойя. Сейчас ни то ни то не приносило пользы. Ему нужно было сосредоточится и убедить Гроссмейстера в своей правде.
- Моему отцу когда-то сказали, что я не вернусь с фронта. Что невозможно выжить одному, раненному на территории вражеской армии. Как видите, я привык совершать невозможное. - мужчина усмехнулся - У меня есть план действий. Я нашел одного из предавших нас. О наличии культистов в городе я сообщу Магистру Призыва и попрошу помощи ясновидцев для расследования. Мне не откажут. Некто, кого мы наймем отравит абсент и я буду одним из тех, кто пострадает. Это снимет подозрения с меня. Затем мы начнем операции по "обработке" магистра города. Если не удастся его запугать или уговорить, то можно повлиять на его разум или заменить его. Я знаю тех, кто сможет изготовить артефакт скрывающий истинную личину. Самых подозрительных из свиты мы уберем обвинив в сговоре с культом... Жаль что звучит легко это только на словах - Джеральд хмыкнул, представляя сколько работы придется проделать в ближайшее время. Ему нужно срочно поднимать агентурную сеть, искать тех, кто лоялен культу или может таковым стать. Ему нужны "глашатаи".
- Когда Магистр станет бесполезным мы заставим его творить такие вещи, что люди отвернутся и от него и от Магистра призыва. Семена сомнения в народ мы начнем сеять еще раньше. Если у нас все получится, что город перейдет под наше управление...
- "Тоже мне рыцарь"- с самоиронией подумал Ленард. Несмотря на то, что он прекрасно мог представить себе все исходы для города, он никак не мог представить то, что случится с ним самим. Пока у Магистра не было путей отступления из этой ситуации похожей на горящий дом. Ему выгодно было оставаться "лояльным" нынешней власти до самого конца, до того момента, как культ будет брать замок. Но в таком случае он должен пострадать от действий культа и до последнего играть в лояльность.
Из морока его вырвало резкое движение. Джеральд открыл глаза и увидел девчонку, которая напоминала о еде. Быть может в иной раз он этому поверил, но не тогда, когда ощутил силу и услышал предложение уничтожить город. Будь она настолько слаба никто не послал бы ее на этот "сеанс". Магистры культа не были дураками. Пусть терпит.
Словно услышав эти мысли, тельце посыльной обмякло и разум вновь погрузился в морок.

Отредактировано Джеральд де Катос (2018-08-06 10:53:29)

+3

12

- О Лунном крае она знает достаточно, - тихо подумал Кайлеб, и эта мысль неожиданно прокатилась в  оглушающую своей непонятной полнотой голодной тьмой пустоту гулким шепчущим эхом. - Но чувствовала ли?
Он сказал это или нет? Слышала его мысли только демоница, или и третий в разговоре? Ворлак на мгновение испугался, и это было такое странное и приводящее в чувства, дарующее откровения о всей ткани его бытия ощущение, этот страх, что он - муха в ловушке, которая запросто сейчас попробует сомкнуться, снова взять контроль над ним, но уже не убеждением, шёпотом в уши, как раньше, когда была слаба, а накопленной силой.
Кай едва переборол желание выбросить из руки косу, только сжав-разжав пару раз пальцы.
Слова демоницы дурно пахли. Их хотелось стереть немедля, как слюнявый поцелуй пьяной нежеланной женщины, как рукопожатие потной и маслянистой лапы, как… сами подберите наиболее омерзительные для себя сравнения. Как человек открытый для публики только напоказ и в не самых важных вещах, Кайлеб очень ревниво сторожил своё личное пространство и подозрительно относился к скользким попыткам пробраться в его личное пространство.
- Я думаю, Вермина, - мысленный голос Ворлака снова расслаивался. С одной стороны, его утомляло бесконечное подвергание его идей, его планов, его авторитета, пусть даже так топорно завуалированное (если он не слышал снова того, чего нет, но, увы, щипать себя, смотря в чёрное пространство чего-то тревожно непостижимого было сколько угодно бесполезно). С другой, он тоже мог отпинать в ответ демонице, насколько чудовищно далека от реального мира почти поголовной некомпетентности и тупости она была, буквально задумывая себя в какой-то параллельный, где все вокруг должны были мыслить рационально и видеть большую картину, как муравейник. Кайлеб тоже иногда забывал, и слишком рациональные мысли и излишняя компетентность в вопросах, например, самоличного уничтожения собственных врагов ему стоила психозов за психозами. Он тоже задумывал себя порой в могилу. Но он был артист, причём как высоких исканий, так и очень примитивного жанра, и он умел вкинуть ленивых частушек, когда толпа не просила эпических рифм. Поэтому, в его голосе звучал азарт. Отчаянное сдерживание слишком рациональных идей в их несвятом триумвирате тоже было его экспертной областью. Потому что Кайлеб не питал особых надежд на сознательность народных масс, как в девятнадцать лет, он выучил тяжёлым путём, что каждый получал то, что заслуживал, - что я с нетерпением жду, когда он совершит эту, или любую другую абсолютно рациональную ошибку, играя против меня и руководствуясь ожиданиями, чего пробую добиться я.
Он мог бесконечно вестись на игры в сравнения, но они его последнее время немало утомляли, особенно неточные. Вермина не имела магической ауры, была аномалией, вещью с разумом и способностью всё поглощать без остатка, и вряд ли понимала сколь тонкие и сложные механизмы на самом деле дают неживой плоти не только не отравлять остальное тело, но и двигаться. Какие ограничения это может накладывать на тело, на магическую ауру, на способность творить заклинания и не бояться последствий. Такое хилое дитя, как Гипнос Беннатор, ещё могло выживать с третью мёртвой плоти, в окружении опытных магов, массажей, нянек и тёплых полотенец. Кайлебу же даже недолеченная контузия или отбитая в одно время печень превращали жизнь прогрессивно в бездну, потому что жизнь у Кайлеба была собачья. Войны могут вести не очень здоровые люди, если им есть, на кого положиться, конечно же, есть кому прикрыть их слабые места, дать отлежаться. Но больные страны без стоящих вот на пороге с уже готовой помощью союзники? На-а, нет, плохая аналогия. У союзников и стран, в отличие от больного человека, голов много. И каждая в каждый момент может думать что-нибудь своё. Как, например, де Катос, которого Кай не знал, но если хоть четверть того, что маг говорил через Вермину им, не защищаясь известным всем культистам двоемыслием и словесной акробатикой в уме, было искренним, если эти проблески простой человеческой - что это, паники за судьбу и своей шкуры, или ещё и чистой, такой редкой и наивной любви к родному городу, своему дому? - были истинными, то их остававшийся лояльным даже сквозь чистки высокопоставленный и ценный контакт мог повернуться против них, следуя своим интересам.
Вот она, разница. Конечность организации, у которой есть голова - по определению ненадёжна. Это не значит, что надо сносить все головы и поднимать из всех мертвецов. Нет, пусть Эарлан стреляет себе в ногу, чтобы и другие ноги-руки свои распугать.
Кайлеб продолжал сжимать-разжимать руки в кулаки, и поэтому голоса для него отдалялись и пропадали на мгновения полностью и снова возникали. Ему пришлось открыть глаза. Его сердце бешено билось. Он знал это чувство, и, когда он снова глаза закрыл, тьма не пришла, потому что он быстро-быстро, лихорадочно, нездорово, паникуя от наплыва образов сам, видел сотни исходов, слышал сотни обрывков фраз, и лишь немногое из этого уже случилось. В одну сотую долю секунды одно случайное лицо из толпы с ребёнком на руках орало на него "чудовище" в пепле и зареве пасмурного дня Альянса, в другую - "герой" на залитой солнцем и выглядящей абсолютно сюрреально при всём своём экстерьере столичной площади, в третью - это же лицо было на одной из повешенных на ветвях на собственных кишках селянки, волчьей подстигки, у которой в каком-то поколении нечистую кровь выдавал пропитавшийся кровью из рассечённого виска мех на торчащем из-под волос ухе.
Кайлеб бредил и в итоге, испугавшись, что его далёкий, но близкий через косу приступ безумия из-за памяти и переживаний, которые, в отличие от Вермины, он в себе нёс, которые формировали его во всех рубцах и ожогах, станет доступен Джеральду де Катосу, о возможностях которого, как и персоне, он пока очень немного знал. Под грохот стали о покрытый бумагами и теперь опрокинутыми кубком и графином и миской с углями и чернильницей и свечами стол, мужчина, наконец, очнулся. Его дыхание сразу стало реже и глубже, взгляд сфокусированным на каракулях. Что за глупость, он рассыпался без серьёзной нагрузки, просто… делая обычные дела. Это никуда не годилось. Он прекрасно знал, что был чудовищем, что его никто не ждал в качестве героя на белом (бледном и немёртвом, скорее) коне, въезжающим под дождём из лепестков для победителя. И всё равно он так старался быть лучше врага, который представлял в родине-уродине, той части, которая единственная могла его принять, хоть он и был в ней чужим, всё самое омерзительное. Он хотел быть героем, пусть даже антигероем, пусть даже нечестными методами и только на вид.
История знавала и такие басни, и то, какие умопомрачительные жестокости и преступления оправдывались желанием сделать как лучше. И самые радикальные методы Кайлеб пока всё же в руки не брал. Осознанно. Метил, пусть и с не таким железным шансом, в головы, желая оставить мясцо целым и перешить на него другую.
И всё же его рука вернулась на косу и он снова возник в разговоре в никогде, вспыхнув яркой фигурой во мраке, как взрыв сверхновой в молчании тёмного, но не совсем мёртвого космоса, по мере того, как вскочил с невидимого кресла и прошёлся, оставляя за собой, горящий красноватыми, рыжеватыми и жёлтыми серпантинами зарево. О, он услышал просьбу Вермины, и в ответ на неё подумал:
"Хочешь, чтобы я совсем перестал спать опять? Не говоря уже о том, что ты определись, мне тебя как сельскохозяйственный инструмент, или как личность и, о боги, женщину воспринимать? Потому что я верен только одной за раз, - он был нервным. Он был недовольным. Ему отчаянно не хватало ночей с Глациалис, в руках которой нежился, уже не так боясь собственных кошмаров, тем более что их миры и режимы отдыха и бордствования, если бы они их хоть близко соблюдали, были перевёрнуты, и Глациалис, если вдруг, действительно могла его от него самого защитить. И всё же, и всё же. Вермина была очень удобным - не буквально, конечно, попробуйте всю ночь чувствовать сквозь свалянный матрас или тонкий плащ металл чудовищной шепчущей косы! - обнадёживающим партнёром для сна, когда у него не было никого и она не делала всё сложнее своей фактической, плотной сущностью, только была одним более сосредоточенным, постоянным, неподвластным остальным ссорящимся голосам столпом сознания в его изменчивой пустоте. Было очень опасно обижать эту голову столь осведомлённой конечности. Всё равно он всегда цеплялся в оружие в свои ночёвки в Альянсе и в Лунных землях. - Но я подумаю, если ты не будешь меня терзать призывами на охоту".
Это "может быть" было практически обещанием. Он перестал расхаживать и остановился. Надо было подытожить этот зашедший в тупик до следующих действий и, в том числе, из-за его состояния разговор.
- Послушайте, - Кайлеб потёр воспалённые глаза, кажущиеся своим мутным бледным серо-зелёным цветом радужки почти белыми против пронизанных розовыми нитями белков, и посмотрел на, в, сквозь бесплотные голоса собеседников. Он пытался завернуть всё логически, желательно, не выдав, что большую часть наверняка важной и нужной информации от Джеральда де Катоса не услышал или просто не мог вынуть из свежей памяти из-за того, что провалился в себя. И эта его искренность, подлинность, практическая беззащитность и выгорание были ясны хотя бы в простой и понятной лексике, которой он сплетал свои слова. - Свои манёвры с боевиками мы потратили на Акропос и Атропос и теперь их территории удерживаем и снабжаем почти всеми силами Культа в Альянсе, потому что у нас слишком мало фигур. Зато нервных и взаимно недоверяющих друг другу дебилов и маразматиков со шкурными интересами, которым есть, что терять, у нас пропорционально меньше, и не смейте распугивать мне союзников и потенциальных союзников зверствами и грызнёй за неподеленную шкуру. Последнее, что мне нужно - это заставить их подумать о нашем альянсе дважды, как не о более перспективном и вменяемом решении давнего территориального и административного вопроса, который пух на некомпетентности и разрозненности аристократии Альянса и амбициях вторых сыновей веками. Я не буду размазывать ресурсы, сидя в Близнецах, где все настоящие силы Альянса, равно как Остебена, до меня и горнил, из которых мы достраиваем свою армию, не дотягиваются. И бросаться на открытый порт с вечно затопленными ливневыми стоками до конца основного сезона навигации, под удар столичного флота - е-хэй, прямым ходом на парусах несколько дней! Это самоубийство, даже если бы у нас уже был Фолент и Лейдер. Я не буду также делать себя военным преступником в стране, которую хочу забрать тёпленькой. Я сказал, я не хочу, чтобы вы взяли мне город, а хочу, чтобы вы обезвредили его тактически, ослепили Эарлану советников или подложили не тех и спровоцировали его на действия вслепую - сделаете это как-нибудь без резни и жертв. Его союзные Беннаторы уже начали уставать, пока у них город болеет и провизия не доходит, а я на штурм всё никак не иду, и поэтому недавно их стало на одного меньше. Пусть они ещё пару раз так обосрутся, как угодно отреагировав на ваши махинации и сожрут друг друга в своих башнях, или спровоцируют и без того не любящее их быдло на бунт. Миллионы вариантов и без горящих городов и, в этот раз - потравленных колодцев. Глядишь, я выиграю войну явочным порядком, как последний герой в списке отборных чванливых мразей. С такой репутацией мы, может, не только у баронов Остебена, но и у эльфов еды закупим, не превратив Альянс в пустоши, леса и братские могилы. Удачи.
Он мгновенно отпустил косу, откинув её на спинку кресла сзади и вылетел из помещения прочь. Его не покидало чувство, что эта война, хоть она для него и продолжалась в подполье многие годы, всё-таки выжрет из него последние остатки человечности, последние всплохи душевного огня и самой искры жизни, и ничего до финала не останется. Разговоры не помогали даже самые конструктивные. Нужны были действия, причём стремительные, он не мог продолжать дышать без действий. И не мог нестись совершать ошибки, поэтому ему так был нужен успех хоть одной из провокаций, хоть со стороны притихших Беннаторов с последующим взятием второго города, хоть со стороны Эарлана, чтобы убить Магистра или разбить наголову в самом начале и заложить фундамент для уверенности в дальнейших победах. Фундамент самой победы, конечно же, тоже, потому что уверенность не стоит ничего. Почему так сложно было просто брать и делать?
Вермина, в отличие от Глациалис, лишь чуть отпивавшей его застаивающуюся отравленную тёмной магией и безумием кровь как мускатное вино, взамен даря отдых и вдохновение, казалось, только тянула соки из него, и это не менялось с прошествием времени, хотя теперь она могла действовать сама и не зудеть в его сознании своим голодом. Он не хотел спать с энергетическим эмоциональным вампиром, находясь на грани слома даже несмотря на то, что он, по крайней мере, не думал больше о себе в шести ролях. Но он знал, что будет. Потому что эти руки и ноги говорят и думают и предают, у них всех есть сотни, тысячи глаз и незатыкающихся ртов, хотя бы он с удовольствием умертвил всех, кроме парочки наиболее приятных для беседы и относительно безобидных для его авторитета.

+4

13

Ощущение, что Кай вот-вот отпустит косу, не на шутку напугало демоницу. Не по той причине, что это как-то могло обернуться для неё не так. Не по той причине, что это могло спутать её планы. Просто для неё худшей новостью было бы знать, что она ослабляет мужскую натуру гроссмейстера.
С другой стороны, сколько бы не петушился Кайлеб, здоровье его было сомнительным. И возможно оттого старел он на глазах. И заставлял Вермину беспокоиться. Не было смысла в этих жертвах: он мог восстановиться во время войны в Городах-Близнецах.
Паранойя.
Сколько возможностей украла эта демоница у них двоих? Мина сбилась со счёту его до того, как обрела плоть. Он верил ей, достаточно, но не до конца. А вопрос веры... всегда сложен. Рухнувший кумир остаётся лежать, ничего его не поднимет, и из Красавицы она стала для Кайлеба настоящим чудовищем, ожившим кошмаром. И вместо теплоты касаний между ними была пропасть.
Но ведь чувства Мина к нему были искренними! Возможно, она отступила от хищнического обладания, возможно, она больше не хочет делить с ним постель как последняя шлюха, но она хотела бы остаться тем другом, которого он будет слушать и которому будет готов подставить спину.
Вот он заступился за неё. Сколько тепла, оказывается, есть у глупышки Мины, так много, что и Единая невольно опускает когти и готова крутить хвостом из стороны в сторону, соглашаясь с дурацким планом Кая. Но де Катос не мог не раздражать и одновременно забавлять её своим поведением. Взять например перл: "Твои речи красивы и льстивы, словно шипение змеи" Вермина, конечно, не любила спорить о вкусах, но шипение змей никогда не казалось ей заслуживающим чего-то большее, чем тревожное внимание.

Постепенно узор складывался. И складывался очень приятным, прямо сладким, словно вино, образом. Джеральд ищет остатки человечности в гроссмейстере - это отлично - взывая к рациональности, а Кай хочет немного побыть героем. Или хотя бы человеком, способным предложить качественную альтернативу созданной им системе.
Вермине не нравилось одно. Кай в конечном счёте создавал "Систему Кая", а не "Систему Мины". Но система Кая была очень хрупкой - из-за его здоровья - и если он не сможет шагнуть в бессмертие, то распадётся в пыль скорее, чем Кристалл наконец-то потеряет силу.
А что будет потом?
Скорее всего, именно поэтому гроссмейстер ищет Силентес. То есть, позвать целителя и забуриться в источники, позволив кому-то другому выковать идеологию, альтернативную следованию пути Безымянного - это не его вариант. Это - именно это - беспокоило Вермину более всего. Ей нужна была мгновенная слабость. А пока она играла, играла нагло, дерзко, играла в опасные игры с его паранойей, и вот, он сделал жест в её сторону.
Не имеющий никакого смысла, если только ночной покой не станет для него средством бегства от реальности в её объятия и не заложит новые ростки если не доверия, то хотя бы едкой слабости, которая прорастёт со временем по другую сторону его щита паранойи.
Цель была проста. С одной стороны, Вермина могла предложить альтернативу Безымянному. С помощью Силентеса, или при посредстве посвящённых, она могла разменять часть своей жатвы в пользу того, что ляжет в основу её восхождения вверх, собрав религиозный оплот тех, кому нужен мрачный порядок и неуклонный рост. С другой стороны, Вермина могла стать "козлом отпущения" - уже стала. Чудовищем, на которое Кайлеб сможет скинуть свои грехи и выйти чистым.
Она демонстрирует, что может принимать его облик - раз.
Она демонстрирует, что знает немало об управлении Культом - два.
Она демон... да, этого достаточно - три.
Заключая сделку с самим собой, безумец уже перенёс часть своей личности на неё, поверив, будто бы никаким потрошителем он не был - не был по собственной воле. Что это она виновата, что это она та дрянь, которая просила крови и толкала его на подобные поступки. Это разделило их щитом паранойи, но почему, почему, почему этот дурак не мог понять, во что превращался этот спектакль с учётом возможности возвести в абсолют начатую ими игру в "плохого" и "хорошего"?

"Хочешь, чтобы я совсем перестал спать опять? Не говоря уже о том, что ты определись, мне тебя как сельскохозяйственный инструмент, или как личность и, о боги, женщину воспринимать? Потому что я верен только одной за раз... Но я подумаю, если ты не будешь меня терзать призывами на охоту".
Мина даже не сразу нашла, что ответить. Вот он признался, что у него есть женщина. Она хотела сказать, что подарит покой - она уже это сказала. Предложить себя в качестве друга? Вряд ли Ворлак ещё верит в дружбу. Предложить себя в роли его сестры, которой она действительно была в каком-то смысле? Исключено, уже пробовала. Это приносит боль. Единой было в сущности плевать, что там приносит Кайлебу боль, но боль отдаляла их друг от друга. А такое было недопустимо. Но вот - ключик, который мог открыть ей дверцу.
Пение, звучавшее в голове Кая, было звоним и ритмичным. Оно использовало сложные образы и метафоры с двойным смыслом, и было исполнено едкой самоиронии и какой-то искренней, практически детской непосредственности, уносящей туда, где они ещё не встретились. К чувствам, о которых девушка помнила только по памяти самого Кая, да по воспоминаниям отдельных душ, бережно сохранённых внутри косы.
"Знаешь, Кай, уже долгие-долгие годы
Мы бродим по мире маленькой труппой.
У нас нет быстрых лошадей, но нам и не нужны дороги,
У нас нет чистых голосов, но мы играем на струнах душ.
Мы помним каждый спектакль, из которого вышли живыми,
Мы помним каждую улыбку и удивлённый возглас,
Каждый заливистый смех, звонкий, словно весенний ручей,
Каждый предсмертный хрип, булькающий, словно кипящий суп.
Чуть меньше месяца ты предложил мне сыграть большую роль,
Вовремя, потому что я хотела предложить тебе то же самое.
Как и раньше, у тебя не было времени подготовить сценарий,
Мы не читали реплики, они шли из нас самих, как всегда,
Но, Фойрр тебя раздери, жив ли ещё в тебе артист?
Ты же сказал играть, Кай, так играй же с чувством!
И не переигрывай...

Так что, Кай, дай-ка мне напомнить наши роли:
Ты хочешь сыграть героя, я хочу сыграть монстра,
Ты вжился слишком хорошо, и уже боишься меня за кулисами,
Я сначала подводила, но кажется, теперь вызываю оторопь своей игрой.
Кажется, я немного разучилась это делать правильно, как раньше,
Кажется, ты тоже стал завираться и переигрывать.
Меня никогда не волновало, с кем ты, а тебя - с кем я,
Мы были свободны, но у нас слишком хорошо получалось играть вдвоём!
Давай продолжим эту игру и сосредоточимся на наших ролях!
Какие многогранные образы! Какой витиеватый сценарий!
Но Фойрр тебя раздери, артист в роли гроссмейстера,
За кулисами ты - мой Кай, а я - твоя Красавица.
И нет ничего кроме...
"

Демоница не слишком-то верила в закупки еды у эльфов. И в некоторые другие части плана. Но пока она достаточно успешно следовало своей роли. Кай переворачивает доску, а она ставит де Катоса в опасную и сложную ситуацию, когда она вроде бы готова согласиться на его план, если он знает, что делает. В сущности, вместо этого можно было бы просто безобидно покивать, но это сформировало бы отношения совсем другого рода и совсем другого порядка. Её собеседник активно мыслил, он искал и отбрасывал все возможности - и будет искать их столь же рьяно, зная, что цена его провала, скорее всего, гибель целого города.
Когда гроссмейстер убрал косу и пропал из коллективного разговора, потребовалось всего мгновение, чтобы выбить Джеральда из "переговорки", и ещё мгновение, чтобы по его мгновенной реакции понять, что он ощущает явную угрозу от её аватары. Сидящая девочка прекратила ломать комедию с притворством и позволила вытянуть из себя палец, не столько для спокойствия, сколько для того, чтобы не создавать фактических неудобств коллеге по опасному ремеслу подрывной деятельности.
Улыбаясь во весь широкий ряд треугольных зубов, юная демоница сверлила собеседника леденящим душу взглядом вертикальных зрачков, радужка вокруг которых была раскрашена в мягкие пламенно-оранжевые тона столь изящно, что вызывала практически гипнотическое воздействие. Когти с тихим звуком лопающейся кожи, издаваемым больше для остроты впечатлений, проступили из-за спины на достаточное удаление, чтобы стало ясно - она может дотянуться ими в любую точку комнаты и сделает это быстрее, чем собеседник откроет дверь.
"Ты слышал что он сказал" - пользуясь сохранившейся пространственной близостью к аватаре, передала мысль Вермина, - если ты так же хорошо умеешь делать невозможное, как ты говоришь, де Катос, а твой план явно пахнет фойрровым коварством, то немудро будет не дать тебе хотя бы попробовать реализовать его. И здесь я готова быть твоей послушной помощницей. Но... ты знаешь, что будет, если ты не справишься. Должна признаться: мне доводилось делать тысячи разрывающих сознание вещей, помимо нескольких сотен убийств в Лунных Землях. Например, я находила нужные души в посмертии, за Гранью, вытаскивала и...
Демоница не стала заканчивать эту мысль, оставив на месте окончания фразы расплывчатое облачко. Она была уверена, что Джеральд поймёт, что она имеет в виду. Возможно, он даже сумеет что-то раскопать. Интересно, что он испытает, если узнает, что речь идёт - ни много ни мало - о самом дорогом человеке для Гроссмейстера?
- Господин Де Катос, - таким же невинным голоском, теперь уже даже не пытаясь притворяться мальчиком, произнесла Вермина. Язык практически не был виден, и казалось, что там, за рядом острых зубов, начинается непроглядная и ненасытная пустота, - теперь я и правда очень сильно хочу кушать...
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-08-26 08:09:12)

+3

14

Приятно было осознавать, что в большей степени взгляды де Катоса и Гроссмейстера сходятся. Поддайся он так легко на любую из провокаций этого существа или самого Джеральда, мужчина стал бы уважать лидера чуть меньше. Задача сейчас стояла предельно ясная, хоть и не легкая. Ослепить тех, кто  стаю собак сожрал на том чтобы раскрывать разного рода заговоры. Действовать нужно было быстро. Желательно было и вовсе потратить на это не больше четырех или пяти дней. И начинать с сегодняшнего дня. В своих мыслях Джеральд обрисовал схематичный план действий в своей голове и уже сейчас понимал, что в нем есть огромные пробелы, которые он не знал как закрывать. Сейчас мужчина попытался полностью сосредоточится на том, что он будет делать и как именно добьется результата. Мысли эти поглощали его сильнее, чем тьма. Сильнее чем неприятное чувство страха, которое он старался зарыть как можно глубже в дебри своей души.
- "Ты слышал что он сказал"
Джеральд погрузившийся в себя, вздрогнул о голос и прислушался к тому что говорило существо. Оно пугало. Пугало своими способностями и тем, что могло пустить все планы под откос. Какое-то животное чувство страха закрадывалось в душу, а кожа покрывалась мурашками от этого вкрадчивого голоса. Паранойя росла в дознавателе словно тесто щедро сдобренное дрожжами. Но угроза... Мужчина рассмеялся нервно, немного истерично на слова по его душу.
- Мне... мне... плевать. - выдавил мужчина сквозь смех - Я не боюсь умереть. Меня не страшит посмертие. - и это действительно было правдой. Еще пару лет назад он искал смерти, он желал чтобы она пришла к нему и разорвала этот порочный узел. Ленард не боялся отдать свою жизнь, не боялся пыток или истязаний. Больше всего мужчину страшило то, что он опять не сможет ничего сделать. Что подведет Камелию, род де Катосов и Гроссмейстера. Этот страх неудачи выжирал его изнутри сильнее чем мысли о том, что завтра ему перережут глотку. Он не боялся сгнить и кормить собой червей. Страшился не закончить начатое или остаться запертым в своем теле калекой неспособным изменить хоть что-то.
Тьма отступила из разума и дознаватель открыл глаза. Мужчина подавил в себе последние смешки и смахнул с глаз выступившие слезы. Все это было настолько странно и неприятно.
- Кгхм.- Джеральд оправил костюм и облокотился на стол. Он понимал, что вынужденный союзник в разы опаснее, чем кажется и ожидать можно чего угодно. Маска маленького ребенка, за которым пряталось это существо (в чем Джеральд сейчас был уверен) уже не обманывала его. Он усмехнулся, смерив мелкую взглядом.
- Эй! - де Катосу стоило только окликнуть как один из его подручных вошел в подвал. - Принеси еды. И выпить - Слуга поклонился и вышел вон.
Ленард бесцеремонно спихнул на пол спящее тело мужчины и буквально рухнул на стул. Руки подрагивали от задавленной в зародыше истерики. Он еще никогда не имел дел с такими существами. Все это напоминало ему Доброго Деда искалечившего молодого некроманта. Ему нужно было время придти в себя, взять в руки и найти точку баланса над пропастью со змеями.
- Ну и что же ты такое? - мужчина смотрел прямо на девчонку - И чем ты можешь быть полезна в нашем дел?

Отредактировано Джеральд де Катос (2018-09-07 11:06:36)

+2

15

Мина немедленно спрятала выпущенные из-за спины смертоносным цветком когти, стоило слуге попытаться войти, и прикинулась напуганным ребёнком. Джеральд казался ей измученным и уже уставшим. "Так рано?" - спросила она себя и внутренне ухмыльнулась. Это был вдумчивый человек, способный нести ответственность и сохранять контроль над ситуацией, и вылившаяся на голову информация была достаточно понятной, чтобы не пытаться бежать от неё, но и достаточно комплексной, чтобы было с трудом сходу принять её и включить в систему мира.
Запугивание далее не имело смысла. Стоило человеку закрыть за собой дверь, как девочка провела пальчиком по столу и задумчиво ответила.
Меня зовут Вермина. В определённом приближении можешь считать меня куклой из глины и хитина, и я питаюсь людьми, — спокойно раскрыла карты девочка, с таким видом, словно это совершенно нормальная информация, и продолжила вдавливать шутку в пол, надеясь сломить внешнюю усталость и внутреннее напряжение собеседника неожиданным сломом границ и некоторой шутливостью в беседе, — мои специализации это инфильтрация, экстерминация и самозабвенная прокрастинация. Я могу похищать часть воспоминаний своих жертв и... без проблем умею эти жертвы организовывать.
Демоница снова выпустила когти из-за спины и "ласково" пошевелила двумя верхними, отвечающими большим пальцам, почти касаясь плеч Ленарда.
—  Ещё я умею охотиться, ловить рыбу, а также готовить. Грамоте обучена, философии. У меня превосходные вокальные данные, а в постели я сущий демон! — Мина просияла, довольная каламбуром. — Словом, не невеста, а загляденье!
Бойко глянув на дознавателя, девочка перевела явно нетерпеливый взгляд на дверь и как-то кисло улыбнулась.
Вот как-то так. А что тут пригодится - оцени сам. В этой операции ты босс. Может быть, прямо сейчас тебе важнее как-то снять напряжение, откуда мне знать? — С этими словами тонкая ручка демоница осторожно вернула ворот рубахи на место, достаточно плавно скрывая бывшее недавно обнажённым плечо.[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

Отредактировано Вермина (2018-09-16 11:47:22)

+2

16

Джеральд чувствовал фальшь. Он не знал, что из сказанного девочкой было правдой, а что ложью, но ее поведение никак не клеилось с тем, что он видел пару минут назад. Это существо вело себя так, словно не угрожало сожрать его душу. Мужчина выдохнул и поморщился, унимая остатки дрожи  руках. Ему не нравилось все что происходило. С ним. С заданием. В этом подвале. Сделав еще один глубокий вздох де Катос окончательно взял себя в руки. Он справлялся с вещами и похуже, а девчонка, судя по тому что она сказала и по тому, что он видел сам - демон. Забавно последнее время складывалась судьба так, что приходилось работать с детьми Фойрровыми детьми.
- Будь уверена, решу. - сухо ответил мужчина. Ему нужно было снять напряжение, расслабиться, но прежде необходимо было закончить все дела. Чтобы потом, в спокойствии обдумать все, что произойдет.
- Мне нужно время, чтобы составить план действий и распределить роли в этой шахматной партии. А прежде чем это произойдет, предлагаю воспользоваться моим гостеприимством. - Джеральд говорил уже спокойнее и более расслабленней. Но расслабленность это не более чем маска.
Постучав вошел слуга и выставил на стол еду и напитки. Не долго думая, де Катос наполнил свою чашу вином и сделал пару больших глотков. Алкоголь приятно согревал внутри и призывал плюнуть на все и расслабиться, но сейчас это было смерти подобно.
- Скажи, мне нужно знать что-то кроме того, что я сейчас услышал?  - мужчина внимательно смотрел на демоницу, ожидая подвоха.

+2

17

Мина спокойно слушала то, что скажет Джеральд, не прикасаясь к еде, хотя и нередко обращая на неё нетерпеливый взгляд. Контраст, создаваемый её действиями и словами, не переставал ездить по сознанию собеседника, вызывая закономерный и достаточно...успешный, судя по всему, когнитивный диссонанс у последнего.
Был ли смысл от такого поведения? Отчасти. Оно оставляло больше отпечатков на подсознании и заставляло сознание исключать какие-то факты как ошибочные. Ассоциативное мышление людей работает так, что они не могут воспринимать амбивалетную природу вещей, видеть мир работающим не так, как они привыкли. И если для обычных людей это чаще всего приводит к тому, что они выглядят как дураки или запоминаются как странные, однако, достигая своей цели в отвлечении внимания от важного, то для такой потусторонней сущности, как она, это создаёт совсем иное впечатление.
Впечатление провала в другой мир, впечатление сна. То, что нужно, для древнего ужаса.
В ответ на гостеприимство девочка покорно сложила ладони, прикрыла глаза и благодарно улыбнулась, чуть опустив голову. На самом деле, ей действительно хотелось получить немного мужской заботы. Один раз такое чуть не состоялось в доме целителя, когда она вроде бы вышла на след Оливии, но все её надежды на спокойный вечер рухнули в тот раз. Посмотрим, что получится в этот.
Не раньше, чем собеседник пригубил вино, Мина потянулась к еде, сначала скромно, наблюдая за реакцией собеседника, на случай, если он решит её осадить. Затем решительно ускорилась, словно хищная птица быстро и с лёгкостью проглатывая здоровенные куски пищи.
Скажи, мне нужно знать что-то кроме того, что я сейчас услышал? — спросил собеседник. Разумеется. Она же не дошла ещё до... до главного блюда. Да. Так что девочка выразительно кивнула, сосредоточившись на поглощении пищи и изменении своего тела.
Мгновение за мгновением, плавно, но неуклонно её облик и внешний вид менялся, быстро переходя из нескладного гадкого утёнка-подростка в полногрудую и роскошную девушку. Наливались губы и грудь, глаза становились шире - на какое-то время могло показаться, что зрачки действовали пугающе асинхронно - то один увеличивался, а другой сжимался, то наоборот. Изящные пальцы быстро бегали по столу, запихивая в рот мясо, которое неизбежно заглатывалось с костями и, видимо, в кратчайшие сроки шло на перестройку организма.
Одежда - вернее, видимость оной, слепленная самой Верминой, - видоизменялась на ходу, в угоду созданной иллюзии как будто бы сохраняя объём ткани неизменным. Растягиваясь по новому телу, она как бы лопалась в одних местах и тут же срастаясь в других, обнажая талию и частично длинные полные ноги. Опустошив тарелки, демоница эротично провела пальцем по блюду, словно обмакивая его в сок, и облизала со всей старательностью Веры.
Благодарю. Закуска была очень достойной, и я как-то даже ещё больше проголодалась. Аппетит приходит во время еды, верно? — Вермина вроде бы и пошутила, а вроде бы и нет. Чуть улыбнувшись, она откинулась на спинку стула и добавила, деловито обхватив грудь руками и демонстративно её помяв, — Как видишь, я могу менять облик. Возраст, пол, телосложение... при достатке еды - без труда. Если мне попадётся свежий труп - или, ещё лучше, живая жертва - я могу поглотить её и принять её облик. Повадки. Манеру ходьбы, речи, отчасти - знания.
Демоница спокойно поднялась со стула, подняв руки и прогибаясь, словно кошка, демонстрируя собеседнику все выпуклости и изгибы своего новообретённого тела.
Но не магические способности, увы. Кроме того, нет никаких гарантий, что какая-то часть знаний жертвы - например, именно так, которая нам так важна - обязательно сохранится. Может и затереться. Так что я в этом ключе далека от идеала... пока что. Но я продолжаю практиковаться, и, не скрою, мне откровенно нравится это делать.
Мина попыталась подойти к Джеральду ближе и взять бутыль вина, чтобы наполнить его бокал. Её ладони, казалось, тянулись к лицу усталого мужчины, а язык тела как будто кричал: расслабься и оставь все заботы, ты знаешь, как ты можешь отлично расслабиться со мной!
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

+1

18

Это было гипнотично и жутко одновременно. Не было треск ткани или костей, не было кров и мяса. Но тело сидящего напротив существа стало меняться, как изменяется глина под руками мастера-гончара. Таяли нескладные черты подростка являя на свет вместо этого черты девушки. Той, что словно была из множество желаний бесчисленного количества мужчин.  Внешне гибкая, с приятными чертами лица, полными губами и красивой грудью в движениях ее было- что-то змеиное. Может оттого так сложно было оторвать свой взгляд от изменившейся демоницы?  Словно кролик на удава, осознававший, что в любой момент это любование может закончиться смертью. Но даже это зание не может заставить тебя оторвать взгляд от увиденного.
Джеральд сильнее стиснул кубок пальцами, хватаясь за него словно за реальность. Дознаватель считал, что после всего того, что он видел в своей дизни выбить его из колеи не так то просто.  Ему нравилось верить, что мало что может заставить его смотреть с содроганием, ощущать себя не в своей тарелке. Но это существо сумело. Это было даже смешно. Человек, который без особых эмоций пытал, убивал, да и сам внешне походил на своего "клиента" сейчас с ужасом осознавал,, что девушка против рождала два противоборствующих чувства животное желание и страх одновременно.
Он не понимал ее природы, но что еще хуже, совершенно не понимал ее намерений. Это пугало. Беспомощность, которую он не привык испытывать. тот, кто обычно привык все держать в руках, предугадывать, рассчитывать видел перед собой то, что для него являлось воплощением хаоса, по крайней мере сейчас. Джеральд даже не был уверен, что демоница до конца играет на их стороне. И в этом неожиданном, практически парализующем ворохе чувств мужчина осознавал, что если сейчас не ответит, если не сможет взять себя в руки, то будет "сожран".
Де Катос сглотнул и чуть промедлил, делая еще один глоток вина, беря еще пару мгновений, чтобы окончательно вернуть себе самоконтроль, который практически ускользнул из рук.
- Возможно. Еда для меня давно потеряла интерес и стала не более чем необходимостью. - уголки губ дознавателя чуть приподнялись, но это сложно было назвать улыбкой.
- У нас, наверное, это семейное. - мысли о семье, о ее иллюзии сейчас были точкой опоры, которая не позволяла до конца упасть. Он еще не закончил дела с сестрой. Да. Лучше думать о мягких пшеничных волосах, серых глазах,  столь же недоступных сколь и желанных.
- Но,  как я и обещал, ты не будешь ни в чем ущемлена пока являешься моим гостем. Тебе будет предоставлено вдоволь еды... - дознаватель бросил короткий взгляд на валявшееся у стола тело - ... разнообразной. - даже если бы он хотел избавиться от этого слизня, то не хотел видеть как это существо поглощает некогда человека. Сейчас еще и живого.
- Думаю возможности скопировать повадки и поведение жертвы будет более чем достаточно. Я учту это в будущем плане. - де Катос кивнул существу. А она двигалась на встречу пленительно и вальяжно, словно хищник, которым и являлась по сути. Это завораживало и пленило, несмотря на страх и Джеральд почти пленился. Только вот обстановка не слишком то располагала. Подвал, валяющееся на полу тело Энджея, шныряющие за дверью агенты... нет, глупости все, морок.
Мужчина поднес бокал, позволяя налить в него вина и сделал еще несколько глубоких глотков. Нужно было закончить дела. Нужно придумать план. Нужно, демоны его раздери, взять себя в руки окончательно.
- Прости, что не предложил тебе вина. если хочешь, можешь взять мой кубок - он протянул его девушке - У каких-то там народов это, как я помню, знак доверия. Пить первым. - мужчина улыбнулся. Демонице он не доверял.
- Думаю, ты можешь зайти ко мне вечером. К этому моменту я разберусь с делами и смогу набросать наметки плана.
Может что-то хочешь узнать ты? Мы теперь, как понимаю, подельники
- дознаватель усмехнулся. Назвать друг друг коллегами язык не поворачивался.

+2

19

Где-то внутри демоница ощущала себя безнадёжной шнягой, которая не могла внутри себя определиться, что ей нравится, а что нет. Мине было одиноко. Вера воспринимала отчуждение как должное. Единая была по умолчанию агрессивна ко всему вокруг. И всё же, пускай стремление скреплять кое-как достигнутую близость политическую близостью интимной искушало её возникающим призрачным ощущением, свойственным мужчинам решительным и верящим в себя, свойственным всадникам, которые верят, что объезженная лошадь признаёт их доминанту, в этом стремление было что-то кроме. Хотелось, чтобы после завершения работы осталось что-то кроме, какое-то подобие доверия, а вовсе не ужасающее понимание на уровне "всё, я ей больше не нужен, теперь она меня при случае убьёт".
Этого Вермине не хотелось. Однако исключений из правила пока не было ни одного.
Точно так же, страх в глазах Де Катоса вызывал в ней некоторое сожаление и смутную неуверенность. Женщина, существо, для которого было естественно играть в поддавки даже во время охоты, как-то приуныла. Он пытался вернуть контроль над собой, иллюзию контроля над ситуацией, стряхнуть очарование и вообще тратил силы на то, чтобы не расслабляться, а оставаться напряжённым. Он говорил о её пище, словно пытался столкнуть её, отвадить: "Вон человек, он живой, он твой, но ты только отстань от меня, я не твоя добыча!"
С другой стороны, возможно, он просто устал.
Его шутки казались вымученными и несерьёзными. Аватара в руках Вермины не была достаточно чувствительна к ядам, чтобы "жест доверия" собеседника имел для неё какую-либо ценность. Так что она использовала немного вина, безмолвно приняв кубок из рук Джеральда, и постаралась сохранить процесс соблазнения активным, несмотря на сопротивление жертвы. Сейчас он загнан с угол и вынужден принимать её условия, но это ещё не значит ничего.
Я с радостью зайду к тебе вечером. У меня не так много вопросов, Де Катос, но я надеюсь, это не последняя возможность. Перво-наперво, куда именно мне следует зайти и в каком часу? Может быть, ты дашь мне лизнуть немного твоей крови... или другой жидкости, чтобы найти тебя в городе стало проще?
С этими словами Вермина отставила бокал и по-куртизански облизала средний палец.
Надобно также знать, во вторую очередь, какой бы ты хотел меня видеть, когда дверь откроется снова. И какой - когда мы встретимся вечером. Робкие пожелания, — томная пауза, — смелые фантазии?
Демоница продолжала уверенно наседать на собеседника, заводя одну руку ему за шею и поглаживая её, пытаясь вместе с тем занести ногу на колено мужчине, обнажая не только безупречную светлую кожу, но и искушающие объёмные бёдра.
И, наконец, верно ли я поняла, что могу делать с тем телом всё, что захочу? — уточнила Вермина, стараясь не акцентировать внимание на том, что именно она планирует с ним сделать. Её взгляд, ласковый и раскованный, изучающе-восхищённого гулял по лицу и плечам мужчины, словно она страшно хотела его прямо здесь и прямо сейчас. И совсем не съесть, хотя, конечно, "почувствовать внутри" всё же входило в программу.
Он пообещал ей немного больше, чем казалось осуществимым для Мины. Возможно, он имел какие-то свои фантазии относительно "вдоволь еды", но произносить такие слова в лицо воплощённой бездне было опрометчиво. И раз он это понимал - а Вермине казалось именно так - то возможно его слова, сказанные здесь, были не слишком-то ценными. И оттого было очень важно услышать их снова этим вечером, возможно, сказанными с придыханием... она уже представляла, как может измениться голос Джеральда, и эти мысли нравились демонице.
У Мины и без приказов от нового союзника было кристально ясяное понимание того, что она будет делать весь день, до вечера. Предстояло оценить географию этого места, осмотреть достопримечательности, изучить подземную часть города, если таковая есть, и по возможности нанести визиты к тем людям, о которых говорил Гроссмейстер. Просто хотя бы узнать, где они живут и живы ли ещё, не съехали ли, подозревают ли о грядущем? Это было нелишним, отнюдь...
[icon]http://sg.uploads.ru/45KGc.jpg[/icon][status]Ненасытное Чудовище[/status]

+1

20

Ему доверяли не до конца. Несмотря на годы верного служения, несмотря на свой статус, ему не могла верить до последнего вздоха. Разве не за тем сейчас демоница просила его крови? Найти, где бы он ни был, что бы не делал и куда бы не бежал в случае... чего? Страха? Поражения? Сопротивления? Сейчас Шорт не видел для себя никакого иного пути, кроме служения культу. И отказ сейчас был бы признанием того, что тебе есть, что скрывать.
- После захода солнца. - Мужчина взял нож и сделал небольшой надрез на безымянном пальце, морщась - Я думаю имея мою кровь, ты и так сможешь найти меня, верно? - Ленард улыбнулся девушке стараясь сохранять доброжелательное выражение лица. Ему уже хотелось покинуть этот чертов дом. Малодушно сбежать. Сбежать от демоницы и ее попыток соблазнения. И не оттого, что они были противны или неуместны, а потому что боялся поддаться. На секунду в голове промелькнула мысль о той, чей облик он уже множество раз видел в своих снах, но эту мысль Ленард тут же прогнал прочь. никто не должен был знать об этой его слабости. Он и сам должен был отказаться от нее ради клятв, которые давал своим хозяевам.
- Я хочу видеть тебя в этом же виде, - мужчина смерил демоницу взглядом с головы до ног. Ее легкие прикосновения будили похоть. Одно из чувств в котором, помимо алкоголя, забывался бывший телохранитель. Падшие женщины, разбавленное вино, кошмары и терпкий дым табака - именно так выглядели вечера, когда слабость брала верх над Шортом. - Мне он по нраву. - Джеральд поднялся из-за стола, препятствуя тем самым попытке сесть к нему на колени. Было еще слишком много дел. У него. замести следы, прикрыть культ, найти людей о которых говорил Гроссмейстер.
- Пока нет. Он нужен мне живым. В обедню я должен предоставить его суду. Вечером. Я дам тебе то, что ты хочешь, вечером. А пока я оставлю тебе своего слугу. Он поможет в случае необходимости. - мнимая забота. Он давно уже не заботился и не переживал ни о ком кроме сестры и своей собаки. Джеральд направился к двери, ощущая смутное мерзкое послевкусие в душе и взгляд в спину.
Как бы то ни было он все решил.
Он пойдёт до конца.

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [11.05.1082] Город спит, просыпается мафия