Легенда Рейлана

Объявление

Фэнтези, авторский мир, эпизоды, NC-17

Марш мертвецов

В игре апрель — июнь 1082 год


«Марш мертвецов»

В Остебене и Лунных землях со сходом основных снегов нежить захватывает как никогда огромные территории, оттесняя людей к самым предместьям столицы, а обитателей дикого края – в стены последнего оплота цивилизации на северном берегу реки Великой, деревни Кхевалий, и дальше, за воды, в Анвалор или же вовсе прочь с севера материка. Многие умирающие от Розы теперь, если не сожжены, восстают "проросшей" жуткой болезнью нечистью и нацеленно нападают на поселения живых.



«Конец Альянса»

Альянс судорожно вдыхает, ожидая бед: сообщения, что глава Культа Безымянного мёртв, оказались неправдой. В новых и новых нападениях нежити и чёрнорубашечных фанатиков по обе стороны гор явственно видится след Культа.



«Венец или Кровь»

В Северных землях ухудшается ситуация, голодные бунты выходят из-под контроля. Вампиры требуют крови и свержения императора. Между кланами натягиваются отношения. Лэно повернулись спиной к короне и выжидают момента нанести удар. Принцесса сбежала из столицы вместе с братом-бастардом и по слухам укрывается в Хериане, а сам император сидит на троне, который ему не принадлежит.



«Тени былого величия»

Силву столетиями отравляли воды старого Источника. В Гилларе изгнанники поклоняются Змею, на болотах живёт народ болотников, созданный магией Алиллель. Пока бог ламаров - Аллор, наслаждается жизнью в смертной оболочке, его мир медленно умирает. У королевы эльфов массовые убийства в Девореле и переворот у соседей-ламаров под боком. Орден Крови набирает силу и готовится свергнуть узурпатора с ламарского трона.


✥ Нужны в игру ✥

Алекто Сэлтэйл Гренталь Лиерго Джем Перл Айрэн ди’Кель
Игра сезона

По всем вопросам обращаться к:

Шериан | Марек

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [18.05.1082] Вести из столицы


[18.05.1082] Вести из столицы

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

- Локация
Северные земли, г. Мирдан, дворец Императора, Зал Совета
- Действующие лица
Шейн Виззарион, Харука, Ролан Бойер, Глациалис, Эдриан, главы клана Лэно (ГМ Кай), остальные Советники (нпс)
- Описание
предыдущие эпизоды - [16.05.1082] Обсидиановый сервиз, [17.05.1082] Кристаллин, [18.05.1082] По тропам из мотыльков
Император вернулся из Остебена с переговоров. Все советники Его Величества получили письмо с приказом незамедлительно прибыть в столицу. Виззарион намерен сообщить о результатах своей поездки и выслушать мнение советников, чтобы наметить дальнейший план действий.

+1

2

Встреча прошла не так, как он запланировал. Истощённость сестры не входила в его планы, но он рад, что за время его отсутствия не случилось ничего серьёзнее непроизвольной голодовки. Заботливая младшая сестра уберегла его от знания истинной причины своего недуга и оставила это на закуску, позволив императору отчасти спокойно исполнить свой долг. В кой-то веке.
Виззарион не торопился в Зал совета. Помимо него быстро пребыть на место мог Харука, который сопровождал его с момента возвращениям императора в столицу. Старший единокровный брат, как ему доложили, не вернулся во дворец. Шейн не настаивал на его прямом участии в собрании, поскольку его поведения на переговорах в Остебене говорило достаточно, чтобы не превращать собрание в скандал между братьями и перепалку на почве расходящихся мнений.
По предположению Шейна вторым прибыть к месту после Харуки должен был Бойер, с которым у императора не сложились отношения в последнее время, а следом остальные главы Домов, включая Эдриана, который недавно занял пост главы Дома Королей Белого Сияния. Два кресла в Совете пустовали со дня разоблачения противников Виззариона. Первое принадлежало Авелю, второе – будущему супругу племянницы Крусника, когда, наконец, будет подобрана наиболее подходящая кандидатура среди глав или их сыновей из младших домов и заключён выгодный для короны брак. До тех пор Шейн пользовался тем, что имел, не рассчитывая на мнение некоторых из Совета – в частности Глациалис, которая сохраняла видимый нейтралитет, но при этом ласково поглаживала отравленный нож, как любимого питомца.
Виззарион занял место во главе стола, дожидаясь, пока зал совета постепенно займут советники. Новостей много, дел – ещё больше. Он подозревал, что многие принятые им решения вызовут недовольство аристократов и простого люда, который уже переступил черту дозволенного, поддаваясь желанию проливать кровь знати, потому что иная оказалась для них недоступной и излишне дорогой. Возможно, ему стоило отправить на переговоры с королём кого-то из своих представителей, более способного в навыках дипломатии, а до того – оговорить все возможные уступки и табу, но Виззарион пошёл самым плохим путём из всех, на которые был способен додуматься сам. Без помощи своих противников. Виктор мог гордиться – Шейн своими руками отломал ещё одну ножку у своего трона.
Опуская высокопарные приветствия и утомительное хождение вокруг темы, Виззарион сразу перешёл к делу, как только все Советники, за исключением его единокровного брата, заняли свои места:
- В связи с тем, что в последнее время земли людей подвергаются массовому нападению нежити, все их силы брошены на борьбу с заразой – это одна из причин снижения количества поставок. Вторая – Роза немёртвых, которая отравляет жизнь людям и уменьшает количество желающих делиться с нами кровью в добровольно-принудительной форме.  К моему неудовольствию, существует ещё третья причина, которая усугубляет положение в стране, - Виззарион нахмурился, вспоминая, какое количество амфор ушло на чёрный рынок. - Из всех кораблей, которые люди поставили к нам в последний раз, прибыли не все. Остальные были разграблены ещё до прихода в Северные земли.
Виззарион испытующе посмотрел на своих Советников – кто-то из них чудесно знал об этом и скрывал.
- Поскольку раньше соблюдением Кодекса заведовал Дом Белого Лотоса, то я могу предположить, с чем связано расхождение в отчётах. Эту разницу необходимо компенсировать. Запасы дворца не бездонные. Пользоваться услугами Чёрного рынка мы не можем ради соблюдения Кодекса, - Шейн посмотрел на Бойера. Да, эти слова относились именно к его неуместному предложению воспользоваться Теллином, чтобы временно улучшить обстановку в Северных землях. – В качестве компромисса люди согласились на взаимовыгодный обмен. Поставки продолжатся в новом уговоренном объёме, который меньше предыдущего, но он увеличится при содействии с нашей стороны, если мы займёмся ответной поставкой вампирской крови для улучшения состояния больных розой и изучения самой болезни, а также предоставим им часть своих войск для борьбы с нежитью.
Пастух обязан защищать своё стадо от волков, если не желает остаться голодным.
- Часть крови будет поставляться мистиками в Мирдан для уменьшения шанса быть разграбленной ещё до прибытия в прибрежную зону Севера. Мы берём на себя охрану кораблей и прибрежных границ. Последняя поставка была в количестве восьми кораблей из шестнадцати, прописанных по Кодексу. Сколько из восьми кораблей поступило в столицу – нам известно.
Виззарион положил на стол бумаги, принесённые ему помощником.
- Здесь сведения лекарей Остебена по количеству больных розой и примерная доза крови, которую они потребляют. Исходя из этого, мы должны предоставить свои ответные услуги. Если люди уверены, что им это чем-то поможет в борьбе с болезнью. Я знаю, что расставаться со своей кровью при голодном желудке захочет разве что идиот или выживший из ума вампир.
В потоке информации Шейн почти упустил один не менее маловажный момент, который так не понравился его единокровному брату.
- В довершение ко всему принцесса Элениэль будет выдана замуж за кронпринца Сейлана.
Занавес.
Виззарион посмотрел на своих советников, ожидая их реакции. Делайте теперь с озвученным всё, что хотите, чтобы спасти собственные задницы.

+5

3

Шейнир был выдающимся вампиром во всех отношениях. Он феерически – не побоимся этого слова, - просрал женщину, которая была рождена, чтобы любить его; он совершенно фантастическим образом отталкивал от себя тех, кто мог помочь ему сохранить государство и укрепиться на троне; он обладал каким-то невероятным чутьём на нахождение худших вариантов из всех возможных. И именно этому вампиру Ролан помог сохранить не только положение, но и голову. Жалел ли об этом Бойер? Нет. Он в принципе никогда не жалел о сделанном, но появись у него возможность откатить всё назад и несколько переиграть историю, не стоило сомневаться – он бы непременно воспользовался случаем, и кто знает, чья задница сейчас сидела бы на троне, руководя всем этим безобразием.
   С момента того злополучного разговора, состоявшегося чуть больше месяца назад, отношения между Роланом и Шейниром так и не наладились. Впрочем, и не усугубились (и на том спасибо, как говорится). Ослабив поводья и позволив выдающемуся Виззариону творить выдающуюся ересь, Князь наблюдал за происходящим со стороны и укреплял свои позиции, не делая ничего сверх того, что было предписано ему законом. Т.е. курировал свою канцелярию да бережно хранил императорскую печать. Что ни говори, а с бумажками в этот период был абсолютный порядок.
   Пару раз, правда, у Ролана ладонь прирастала к лицу и появлялось желание кинуть это всё к Фойрру и свалить хоть в тот же Теллин, если не придумает места получше, но дыхательные упражнения творят чудеса, поэтому письмо Шейна застало Князя в Мирдане, в его рабочем кабинете.
   «М-м-м… - Ролан повёл носом. - Чем это запахло? Ах, да, очередным провалом».
   Не то чтобы Бойер не верил в чудеса, но… Нет, не верил. Шейн не отличался особыми способностями к дипломатии и то, что из всех возможных кандидатов в помощники ведения переговоров он выбрал именно Арратса, не улучшало ситуации. С таким же успехом он мог взять на переговоры прямолинейного Ариго.
   «Или я чего-то не знаю о нашем бастарде?»
   Ролан думал, что придёт в зал совещаний первым, но он не угадал. Вопреки всем правилам, Шейн уже восседал на своём месте, совершенно непоимператорски ожидая остальных. «Ну, жди, жди, - мысленно усмехнулся Князь, так же мысленно закатив глаза. – Император, который приходит раньше всех… Что за бестолочь?..»
   Поприветствовав монарха и своего доброго друга Кречета, Бойер занял своё место по правую руку от Виззариона и приготовился ждать. Ждать… пришлось. И когда началось собрание, не было никаких традиционных открытий, приветствий и прочего. Шейн просто сошёл с корабля на бал, - так не терпелось ему поделиться своими «достижениями» с остальными. И эти остальные слушали. Кто-то подавшись вперёд, кто-то сидел идеально прямо, а Ролан привычно откинулся на спинку стула.
   Настало время охринительных историй.
   Первым на повестку дня – поставки крови, их уменьшение и причины. Упоминание последнего груза, камень в огород Бойер, на который тот даже ухом не повёл, как если бы император посмотрел на него случайно. Про себя, правда, Князь с некоторым равнодушие обозвал Шейна дураком и утомлённо вздохнул. Тоже про себя.
   Условия нового договора вызвали некоторое оживление. Ну как, некоторое… Они вызвали оживление, ибо многие догадались, с кого будут сцеживать драгоценные капли. И этим «с кого» будет явно не голодающий плебс. Ролан позволил себе лёгкую улыбку, тенью в уголках рта.
   Эх… А ведь в кои-то веки всё начиналось так хорошо… Впрочем, ладно, подумал Бойер, пробегая глазами по документам, аристократия в большинстве своём не испытывает проблем с питанием и может позволить себе послужить на благо своего измотанного народа. Если же и им станет очень не хватать крови, они будут знать, где её найти. При должном количестве денег, разумеется.
   В целом, переговоры Шейна можно было назвать даже… удачными. Разумеется, поставок всё равно мало и нужно было выторговать больше, но для совершенного простофили Виззарион справился очень даже хорошо. «Хорошо», - хотел бы сказать Ролан, пока не…
   -...принцесса Элениэль будет выдана замуж за кронпринца Сейлана.
   «Полный провал…»
   Император превзошёл самого себя!
   Не будь Князь опытным придворным, его бровь сейчас изумлённо бы взлетела вверх, а глаза выдали полную гамму неподдельного восхищения. Восхищения тем, как можно быть таким беспросветным идиотом.
   «И кому пришла в голову эта светлая мысль? И где, Фойрр его дери, был Авель, когда заключался этот договор? Тоже мне, советничек…»
   Ролан потёр губы, беря над собой контроль. Нельзя было показывать эмоций. Ему - в первую очередь.
    - Эта свадьба – часть условия? – после небольшой паузы по-деловому осведомился Бойер и вновь пробежался глазами по документам, подготовленным для этого собрания. - Чем люди это аргументировали? - спросил он, услышав положительный ответ и поднимая невозмутимый взгляд на Шейна.
   - Это предложение поступило не от людей. Свадьба - гарант того, что условия будут выполнены.
   «Прости, что?..»
   Ролан даже перестал дышать, уставившись на Виззариона так, будто он не расслышал или ослышался.

Отредактировано Рейстлин (2017-10-09 01:08:06)

+5

4

До Зала Совета Харука следовал за Виззарионом молчаливой тенью. В его обязанности не входило кормление принцессы и с технической стороны его вины в её плохом состоянии нет. Первые секунды томления вынуждали его ждать вердикта целительницы и про себя вздохнуть, когда нашлось подтверждение того, что его обязанности были выполнены максимально безупречно. Насколько это возможно с учётом того, что Виктора до сих пор не нашли и он гуляет где-то на свободе со своими сторонниками.
По хорошему настроению императора Ариго предположил, что переговоры прошли удачно, но отсутствие Авеля настораживало. Что успело произойти между двумя братьями в столице людских земель, что он испарился сразу, как портал перенёс его на родину? Если бы император узнал о секрете принцессы и своего брата, то в Мирдан, по логике, вернулась бы одна голова бастарда и то не факт.
- Смею предположить, что переговоры прошли не так удачно, как думает император, - другого объяснения он не видел.
Впервые император пожаловал в совет до того, как собрались все советники. Воспринимать это, как дурное предзнаменование или обойдётся? Кречет не знал, во что верить и какого Бога просить о благополучии для себя и всей страны, потому что он хотел вернуться домой к жене и детям, а не вновь пропадать в своём кабинете или в допросной, думая, как выкрутиться из хренового положения. В отсутствие императора не было новых бунтов, как и после того дня, когда рудокопы посмели взять во временный плен принцессу и ту наложницу, но всё могло измениться. Устрашение действует недолго на голодающий народ, а плохие вести из столицы могли ускорить приближение этого чудесного купания в собственной крови.
Харука привык, что в зал совета он почти всегда (если не всегда) приходит первым. Сидеть в пустом и тихом зале, ожидая остальных, - привычное и нормальное для него явление, но сидеть в зале и ждать, когда рядом находится император… Ариго старался не смотреть в сторону Виззариона. Это было странно. Он не помнил, чтобы кто-то из императоров приходил раньше остальных или одновременно с ними. Ариго помнил, как в недалёком прошлом Архель позволил себе опоздать на совет и явиться позже императора – глупый и опрометчивый поступок, но как относиться к этому?
Шейн мог уделить внимание своей семье. Побыть рядом с больной сестрой, справиться о здоровье беременной жены для проформы или пообниматься в покоях с наложницей, которая так ему нравилась, но отложил все дела, чтобы незамедлительно приступить к делу. Харука одобрял рвение заниматься государственными делами, оставляя всё другое и менее важное на потом, но впервые видел подобное от сына Эльдара.
- К добру или к худу?
Он не осмелился спросить у императора, что происходило в Остебене, а потому молча ждал, когда в зале появятся другие советники. Некоторые из них не успевали скрыть своего удивления, когда, входя, видели Виззариона, сидящего за столом. Некоторые, помня, как император обошёлся с Архелем, боязливо склоняли голову и прогибали спины в низком учтивом поклоне, словно опасались, что их за это лишат головы. Увидев на пороге Бойера, Харука пожал плечами, без лишних слов пытаясь объяснять другу положение дел – сам ничего не понимаю.
Харука молчал всё время, пока говорил император, и, чуть наклонив голову, думал. Он понимал, что причины кроются не только в том, что кто-то ворует амфоры с кровью на суднах или со складов, а существует ещё одна – более глобальная и труднорешимая. У людей хватало своих забот, чтобы кормить голодных вампиров, а он прекрасно понимал, что война, даже с нежитью, стоит многих жизней. Жизни – это доноры крови. Чем меньше их, тем меньше крови. Стремление Виззариона выдать часть воинов на защиту людей вполне обосновано. Люди более слабые. Вампирам будет проще справляться с нежитью и с наименьшим ущербом для небольшой армии. Если кто-то погибнет, будем честны, им же лучше – на несколько десятков голодных ртов в будущем будет меньше. Но здесь же были свои существенные минусы. Вампиры из Арис и Камэль отличаются своей силой и способностями к бою, но они потребляют намного больше человеческой крови во время учений и, тем более, практики. Армию будет сложно прокормить, когда у них такие проблемы с кровью, а отнимать у бедняков ещё больше – не вариант, иначе они сами себя сожрут вместе с короной. Можно послать воевать Лэно с их способностями к магии. Вампирам этого клана нет необходимости поглощать человеческую кровь, а поставить им в нужных количествах животную – не доставит особого труда. Тем более у людей после того, как нежить выедает всех живых, остаётся много скота, который можно забить.
Новость не так плоха и с ней вполне можно работать.
С ответными поставками крови.. Ариго видел в них призрачную надежду людей на выздоровление. Вампирская кровь не спасёт их от болезни, но продлит им жизнь на пару лет, то есть тем, что они будут поставлять им регулярно вампирскую кровь, они продлевают этот контракт с больными и увеличивают число желающих пожить дольше и помучиться за счёт вампирской крови. Если кровь пустят исключительно на опыты по воссозданию лечебного снадобья, которое исцелит заразу, - тогда они получат упомянутое число больных в пищу себе, но до этого пройдёт много времени.
- Если у них вообще что-либо получится.
Харука посмотрел на бумаги, привезённые из Остебена. Он подозревал, что число больных будет большим, а в нынешней ситуации делиться собственной кровью придётся верхушке общества. Он также понимал, что на такие условия пойдут далеко не всех, а приказ императора может попортить отношения с аристократией ещё больше. Или же снова взвалить эту ношу на Лэно?
- Тогда взбунтуется один конкретный клан.
Просчитывая в уме варианты, Ариго поднял голову и посмотрел на императора, когда он заговорил о свадьбе принцессы.
- Так вот оно что, - теперь он понял, почему Авель пропал сразу же после того, как они вернулись из Остебена, и почему сейчас его не было в совете. Арратс слышал, что его брат сделал. – Я надеюсь, что он не наделает глупостей.
На это Харука надеялся, но не ждал. Он закрыл глаза и шумно выдохнул через нос. Предложение о браке принцессы – это ошибка. Самая большая, какую мог допустить Виззарион. Ариго не совсем понимал, что выгодного в этом увидел Шейн. Династические браки допустимы лишь тогда, когда они приносят взаимную выгоду, но не межвидовые. Насколько он понимал в сложившейся ситуации, этот пункт уже был прописан в договор и отменить его невозможно, если они не хотят получить дополнительные проблемы. Война с людьми им ни к чему.
Первым высказался Ролан, озвучив один из вопросов Харуки, который Кречет, в отличие от друга, задавать не собирался. Ответы Виззариона его нисколько не удивили, и он с привычной ему сдержанностью и собранностью относился к услышанному, никак не выказывая своего истинного отношения к ситуации. Впрочем, нет. Спокойствие и собранность – это именно то, что он испытывал, потому что собирался отталкиваться от того, что есть. Он не стал ничего говорить о принцессе, потому что предполагал, что решением этой проблемы уже занимается Арратс.
- Ваше Величество, в нынешней ситуации будет лучше, если воины, которых мы предоставим людям, будут не только из клана Арис или Камэль, но и Лэно. Все знают, что они – искусные маги. К тому же, что немаловажно для нас сейчас, обычная армия потребляет намного больше человеческой крови, которая в Северных землях в ограниченном количестве. Мы могли бы частично уменьшить расходы крови на текущий месяц, пока не решим основные проблемы, - которых слишком много, чтобы ими пренебрегать. – Раз люди убеждены, что вампирская кровь им нужна и может помочь, то аристократия должна её предоставить, - какой бы скандал от этого ни поднялся сейчас.
К охране судов он и его подчинённые не имели никакого отношения, а дела расследования могли поручить либо ему, либо Тайной канцелярии, которая в последнее время активно принимала участие в делах короны. Харука старался коснуться этого вопроса аккуратнее, чем Шейн сообщил о свадьбе сестры.
- Если Вашему Величеству будет угодно, то мой Дом займётся расследованием дела графа Вэлианта Теорского.

+4

5

Три Правителя высоких Домов Лэно сидели анклавом, обмениваясь безмолвными, но крайне красноречивыми взглядами. Ни Авелон Терион Селениус, ни Нивен де'Фарид не были рады вестям о помолвки принцессы с человеком по очевидным причинам. И если де'Фариды могли прожевать этот факт и не подавиться, то сын первых мог воспринять такие вести несколько… ближе к сердцу.
Если Ваше Величество позволит, – первым против белых павлинов из правящего клана улучил возможность говорить Нивен де'Фарид. – Дом Багровой Крови и наш клан в целом выразит недоумение неприятием наших интересов в вашей, несомненно, очень разумной игре.
Тёмно-карие, практически вишнёвого цвета глаза светловолосого вампира обратились поочерёдно к каждому из глав Камэль, затем к двум присутствующим из четырёх Домов Арис, и, наконец, Глациалис. Руки его были поставлены на локти и сложены в сложный замок перед ртом, мешая видеть движение губ и значительную часть мимики. Селениус по правую руку от негласного главы тройки сидел визуально расслабленнее, но с куда более озабоченным лицом, ковыряясь в складках своих рукавов, что же до обладающего огненной шевелюрой главы Вечного Солнца, он просто остановился глазами на писаре, таящемся за пределами стола, в тени.
Когда в момент раздора и раскола наши кланы требуют больше связей и дружества, вы выбираете использовать наши отнюдь не бездонные ресурсы, не предлагая ничего взамен, правильно ли мы понимаем результаты переговоров с Остебеном?
Лэно были обыкновенно очень туманны и осторожны в выражении недовольства столичной политикой, но в этот раз лаконичность и прямолинейность переходили все смелейшие предположения.
Ваше Величество, однако клан Лэно не сможет сделать ничего сверх того, что уже делает для Северных земель. Не безвозмездно, и не без Вашего всяческого содействия – это уж точно. Чтобы решить проблемы недостачи крови, мы рекомендуем заняться усмирением неких пиратов о чёрных с красным парусах и мобилизаций и наймом сеонесских орденов, обладателей древних и великолепных воинских традиций, чтобы отвлечь оных от их скуки, которая порождает нам всем проблемы. Военная обязанность также никогда не была ни желанной повинностью, ни лучшим применением сил нашего клана, и воевать чужие воины, оставляя кормящие наш общий дом пашни, я, Нивен де'Фарид, усматриваю предельно неразумным. С отплытием с берегов архипелага множества чужеродцев, дневной становится единственным залогом сохранения нашей государственности и цивилизованности. На каждого нуждающегося в крови вампира нам понадобится не менее трёх, благословлённых не испытывать голода. При условии, что все они сыты, живут в мире, спокойствии, процветании и не рискуют быть жертвами ушедших в леса безродных бандитов, как наши торговцы буквально пять дней назад. Это весьма оптимистичные подсчёты, и у нас половины условий нет. Вы уверены, что хотите ввязаться в иностранную авантюру, Ваше Величество, рисковать большим, вместо решения внутренних проблем, нарушать нейтралитет и провоцировать наших давних неприятелей своим активным участием? Нерин был уже разрушен однажды, и наш клан не может рисковать своим домом ради дела империи вновь.

+4

6

Иль Хресс явилась в зал Совета в числе последних. Порталы позволяли быстро пребыть в столицу – быстрее, чем верхом на коне любому из поданных Виззариона, проживающих в столице, но вампирша не торопилась. Она предполагала, что визит к людям не принесёт ничего годного. Понадеяться на то, что её сын, которому выпала великая честь сопровождать императора в столицу земель скота и быть его бравым советником, вывернет дело в пользу Севера - не приходилось. Виан оценила честь по достоинству, но с сомнением. С чего такая милость? У братьев в последние годы отношения натянулись настолько сильно, что любой в Совете чувствовал повисшее напряжение, а тут такая честь. Он даже ему в жёны сосватал Анри, под предлогом пропихнуть старшего брата в Совет.
- Не спасаешь ли ты так свою драгоценную сестру? – Виан усмехнулась. Она помнила лицо Шейна, когда он явился к ней во дворец вместе с мальчишкой из Лэно, чтобы спасти принцессу из лап херианской ведьмы.
Невзирая на прошлое, которое могло аукнуться ей и её клану неприятностями, Глациалис вошла в Совет так, словно была чиста перед Бэлатором и Луной во всех возможных смыслах. Она не боялась, что перед началом Совета Виззарион воспользуется возможностью обезглавить её, аргументируя это собственной прихотью, без доказательств, как любил и умел, но даже ему хватало мозгов не связываться с её кланом, а выжидать удобного момента. На её место сядет другая вампирша, а там может не то что бы не сговорчивая вовсе, а желающая свергнуть императора и подчинить себе все кланы, когда наберёт достаточно охотниц и сторонниц.
Она проигнорировала тот факт, что Виззарион занял своё место во главе стола ещё до того, как все собрались. Её, честно говоря, не шибко интересовало, что он узнал о поставках крови и как это дело решил, если вообще что-то решил, но отсутствие сына на Совете насторожило Виан. Начинали без него.
- Интересно…
Проблемы с кровью, говоря честно, задевали в основном столицу и Сеонес, поскольку и те, и другие, нуждались в человеческой крови, а сами её добывать не умели. Лэно жрали зверьё и тем наслаждались, восхваляя Солнце, а её клан доил, не стесняясь, рабов и угонял время от времени новых, чтобы запасы пищи никогда не иссякали. Столица делилась с ними всегда неохотно, а сейчас могла снять с довольствия полностью. Не велика беда для Виан, но Виззариону придётся отсчитываться за нарушение Кодекса, когда голодные вампиры, без разбору, начнут нападать на селения людей. Ей подходило, что мальчишка сам копал себе яму, но она планировала вверить государство в руки своего сына, а не руины, которые после него останутся, когда Виззарионов сметут под корень.
Выслушав все новости, которые молодой император скормил им, как мать птенцам свою полупереваренную пищу, Иль Хресс с трудом удержалась, чтобы до слёз не рассмеяться прямо в зале совета. Она ожидала, что когда-нибудь Виззарион круто поскользнётся на самовольно принятых решениях, но чтобы настолько! Этому идиоту хватило ума предложить свою сестру людям в качестве благородного столетнего подарочка. Какая честь. Лучше бы он выдал принцессу за кого-то из клана Лэно, чем за смертного.
- О, нет, дорогой, этот цветок принадлежит не тебе, не убогому принцу, ни Северу, а первенцу императора, - Иль Хресс не успела ничего сказать и не вмешивалась намеренно, потому что без неё в воцарившейся тишине появился первый желающий. Бойер. Кто бы мог подумать, что он зацепится именно за принцессу, словно сам присматривался к ней и ждал, что станет частью семьи императора. – То есть всё остальное тебя поразило не настолько сильно, как это? – Виан цокнула языком и удобнее откинулась на спинку кресла. В ответе Виззариона она не сомневалась. Бумаги уже скорей всего подписаны, а им надо всё это прожевать и проглотить. Не выйдет. С большей терпимостью, свойственной преданному псу, новости воспринимал Кречет, выдвигая свои отчасти разумные предложения, но, в чём не сомневалась Иль Хресс, эти решения нисколько не устроят Лэно.
В Северных землях одинаково хреново относились к двум кланам. Виан и Лэно. Вторым из-за их происхождения, вероисповеданий и хрен знает чего ещё, что служило извечным аргументом для Камэль в пользу «фе» и «фи» дневному клану. Когда-то их терпение должно было лопнуть. Она бы сказала, что принцессу им не видать как своих ушей из-за соблюдения чистоты крови, но Виззарион подобрал сестре такого жениха, что трижды перемахнул через традицию. Крыть нечем.
- Всем прекрасно известно, что господам Лэно плевать на человеческую кровь и в этой ситуации они чувствуют себя совершенно прекрасно. Разве что немного обижены на Его Величество, что Её Высочество выдают замуж за человека, считая его лучшей кандидатурой ей в мужья, чем сына одного из наших многоуважаемых и обделённых Лэно, я правильно понимаю вас, Нивен? – О, она нисколько не смущалась говорить прямо и грубо. Ей не нужно сохранять нейтралитет. Она от Лэно ничего не получала совершенно. – Как Нерин будет бороться с вампирами других кланов, когда они, голодные, повалят в ваш райский уголок? Покажите им на выход? Но вы же пахари, а не воины, а столица будет слишком занята Остебеном. Или вы думаете, что волна голодных бунтов остановится на Мирдане и вас не заденет? С чего вы взяли, что будет война? Это нежить. Нежить жрёт стада. Или вы позволяете волкам пожирать своих овец? Потому что вы – пахари, а не убийцы? Чтобы не было голодных ртов, избавиться от одних пиратов – недостаточно, если вы ещё не разучились считать.

+4

7

Советникам потребовалось больше времени, чтобы переварить услышанное, чем он рассчитывал. Вампиры напоминали Виззариону детей, которые боялись сказать слово или шелохнуться под пристальным взглядом следящего заводилы. Старая детская игра «Замри» воплоти. Первым осмелился высказаться Ролан. Шейн не удивился, но был тронут до глубины души тревогами советника.
- Я говорил о поставках крови, нехватке еды, мобилизации, воровстве и предательстве, а тебя заботит судьба Элен. Серьёзно, Бойер?
Виззарион ожидал другую реакцию от главного советника. Из всего потока информации он вычленил самую пустяковую и незначимую на фоне наступившего в стране голода и потянувшихся за ним массовых проблем. Судьба принцессы должна заботить их в самую последнюю очередь. Камэль засомневался, что поступил правильно, когда решил озвучить перед советниками итоги поездки и спросить их мнения по ситуации. Его не услышали так, как он на это рассчитывал.
- Это предложение поступило не от людей. Свадьба – гарант того, что условия будут выполнены, – император холодно ответил на вопрос советника и не счёл важным раздувать из этого проблему мирового масштаба, когда у них под носом лежала другая и дурно пахнущая с любой стороны, куда не подлезь.
Император обвёл взглядом советников, сдерживая порыв подтолкнуть их жестом, как детей, чтобы они открыли рты и начали высказывать своё мнение. Зачем они ему нужны, если сидят, молчат и никак не реагируют на сказанное. Чтобы стулья греть и протирать с них задницами пыль? Он их собрал здесь не для этого.
Харука заговорил спокойно и лаконично. Шейн никогда не знал, что думает и испытывает этот вампир на деле, но он располагал своим поведением и вызывал ощущение искренности, которую давно утратили остальные советники и приближённые к трону. Он высказывался смело, но не без аккуратности, и озвучил важные моменты, над которыми Виззарион задумался. В текущей ситуации отправить Лэно превалирующим числом на защиту людей выгоднее, чем доверить всё вампирам клана Арис, которые воздерживались от комментариев и после поступка Виктора и предательства вели себя тихо, утратив доверие короны. Он рассчитывал, что новый глава Дома Виктора, которого Шейн сам назначил на этот пост, и его отец активно проявят себя на первом серьёзном деле, но оба молчали и не отсвечивали. Виззарион засомневался в своём назначении.
Если Ваше Величество позволит.
Он не успел ответить Харуке ни на одно из его предложений. В разговор вмешались молчаливые главы клана Лэно. Виззарион посмотрел на вампира, представитель упомянутого дневного клана просил слова. Не отказывая ему в просьбе, Камэль жестом дал отмашку на свободу слова. Его интересовало мнение другого клана, который мог забеспокоиться объёмами своего вклада в общее дело. Не без основания, но насколько у них хватит чувства такта и смелости вровень с наглостью, чтобы высказать всё, что накопилось за годы и годы принижения со стороны других кланов.
Выслушав Нивена, не прерывая, Виззарион расслабленно откинулся на спинку кресла, устроил руки на подлокотниках и усмехнулся.
- Созывая вас на совет, я рассчитывал выслушать мнения о поставках крови, но вы вцепились в принцессу мёртвой хваткой и используете её в качестве аргумента своего нежелания выполнять свои обязанности. Я начинаю сомневаться в вашей верности, Нивен.
Горячая голова Виззариона оставалась холодной. Месяцем раньше он встал бы из-за стола, услышав желание советника выдать замуж его драгоценную сестру за одного из вампиров дневного клана, и лично, обвинив его в неверности, обезглавил в назидание другим, но Шейн смолчал. За него удачно высказалась Глациалис, озвучив именно то, о чём он подумал, в самой резкой манере, на которую была способна предводительница клана Виан. Виззарион не сомневался, что она присмотрела для принцессы другого мужа и уже очень давно, но ни ей, ни Лэно Элениэль никогда не достанется. Шейн поступал из своего соображения безопасности и лучшего варианта для принцессы.
- Я нахожу разумным идею послать в Остебен воинов Сеонеса и магов Нерина. Мы не можем позволить себе тратить кровь людей, которой у нас не в излишке, чтобы прокормить голодных воинов. Но если вы знаете другой способ кормления Арис, пожалуйста, поделитесь своими знаниями с остальными, – Шейн знал, что такого варианта не существует. Камни крови не заменяют человеческую кровь и не восполняют силы должным образом. Нельзя полагаться исключительно на них. – Нерин не защищён от бунтов. На территории острова проживают представители других кланов или вы намерены выслать их на родину во избежание прецедентов? – вампир наклонился вперёд, холодно смотря на главу клана. Своё отношение к потугам Лэно показать свою значимость и независимость и что корона им что-то должна, Шейн показал, когда не стал прерывать Глациалис, а позволил ей высказаться. – Вы хотите развязать войну между кланами за женщину, Нивен? Моя борьба закончилась неутешительно, – Виззарион понимал, что обида сидит намного глубже в Лэно. Брак принцессы – последняя капля, которая переполнила чашу раздора. Он поступил неосмотрительно, когда пошёл на поводу у своего клана и без должного уважения отнёсся к Лэно, но Шейн с первого дня правления не сделал ничего годного, поэтому сейчас пытался реабилитироваться и признавал, что без помощи остальных сделать это невозможно. – Я заинтересован в мире и процветании Нерина не меньше, чем вы, Нивен, и ваш клан, но без содействия всех кланов сделать это невозможно.

+4

8

Резиденция Дома Королей Белого Сияния

Высокие стопки непрочитанных писем, документов, подписанных и не подписанных приказов, казалось, полностью окружили Эдриана неприступной стеной. Прямо сейчас, Эдриан изучал письма пришедшие из Сеонеса от правящих и менее знатных Домов Клана Арис. Общая картина была весьма однообразна - недоумение, стыд и жажда отмщения тем, кто посмел запятнать их честь. Лучшие из лучших сыновей  клана из числа Шейдов предали корону и пошли за изменником, чем поставили под удар весь свой Клан... а теперь и письменный стол Эдриана...
Возглавить Дом, что принадлежал Виктору, оказалось меньшей головной болью, по сравнению с налаживанием прежних отношений с другими Домами и Кланами, включая императорскую семью. Пусть Шейнир Виззарион и назначил Эдриана главой Дома Королей Белого Сияния, это ещё не означало то, что доверие ко всему Клану Арис восстановлено. Можно сказать, что все ещё легко отделались, но обосраться таким внушительным коллективом второй раз никто желанием не горел. По этому во всём Сеонесе мобилизовался весь военно-политический аппарат, готовый в любой момент дать прикурить любому, кто посмеет вновь подорвать общественный порядок в империи и смыть с себя позор кровью предателей. Буквально в каждом письме, Эдриан наблюдал подобное настроение. В дальнейшей лояльности Арис практически не оставалось сомнений, однако оставался довольно большой ряд проблем, и самая яркая из них поставки крови.
Прочитывая одно письмо за другим, Эдриан совершенно забыл о времени и из раздумий его выдернул настойчивый стук слуги в дверь кабинета.
- Эдриан-даре! - слуга скромно вошёл в дверь - Меня послал к вам господин Винсент Грейн, чтобы напомнить вам о совете, что вскоре начнётся.
Слегка встряхнув голову, Эдриан молча поблагодарил слугу и собрав несколько важных писем в кожаную папку отправился в зал совета. - Чтож, посмотрим, что нам суждено...

Совет

Из советников Эдриан явился самым последним. Он бы и не придал этому особого значения, если бы на своём законном месте уже бы не восседал император, что заставило Грейна слегка приподнять бровь от удивления. "Законном... ага..." Эдриану не составляло большого труда сохранять секрет о законности правления Шейнира, слава Ночи не многие знали о завещании оставленном Эльдаром. Но это не давало права новоиспечённому члену совета опаздывать на первое же заседание. Однако, он не мог опоздать, время начала заседания ещё не наступило, а потому, вернув безэмоциональное выражение лица, он поприветствовал императора коротким поклоном и молча направился к своему месту, где неподалёку сидел его отец. Винсент поприветствовал сына также коротким кивком, молча дав понять, что тоже слегка удивлён выходкой Виззариона, который уже начал свою пламенную речь.
Одна новость охренительней другой...
Людей можно понять - кровь вампиров и их войска могут решить проблему Розы немёртвых, однако это ощутимо ослабит оборону самой империи, чем могут незамедлительно воспользоваться заговорщики и одной резнёй у дворца никто не отделается. Плюсом ко всему прокормить армию на чужбине задача не из простых, а крови как раз таки нехватка.
Новость о том, что принцесса будет выдана замуж за кронпринца людей, заставила бровь Эдриана вновь выгнуться. "Сватовство стало твоим любимым хобби, Шейнир?" Но может это и к лучшему. Принцесса, в таком случае не должна достаться так легко не в те руки. Взгляд Эдриана, на фоне этих размышлений, упал на Глациалис, что высказывала своё "преисполненное полит-корректности и тактичности" мнение о Нерине. Уж кому-кому, а Авелю Элениэль точно не должна достаться. Только не в эти времена, когда к такому жениху прилагается столь затейливая свекровь.
Положению Лэно тоже можно было посочувствовать. Вступать в войну и нести одни убытки не хотело бы ни одно государство, имеющее руководителей думающих нужным местом. По мнению Эдриана, клан "дневных" вампиров, заслуживал в этом плане некоторую компенсацию и на этой почве у него родился некоторый план.
– Я заинтересован в мире и процветании Нерина не меньше, чем вы, Нивен, и ваш клан, но без содействия всех кланов сделать это невозможно.
- Ваше величество, боюсь трудно вести войну за других, то есть за людей, не получив за это неких компенсаций, как в данном случае Клан Лэно. У меня по этому поводу есть ряд предложений, - Эдриан старался как можно точнее подбирать слова, так как его идею сейчас могли воспринять совсем непредсказуемым образом каждый член совета. -Я в большей части согласен с Харукой-даре, в том, что нужно послать воинов как из Арис, так и из Лэно, но я предлагаю не посылать целую армию. Выгоднее будет послать солдат с опытом в качестве командующего состава, чтобы на каждую сотню  людской армии приходилось от пяти до десяти вампиров, в зависимости от тактической ситуации, поровну от обоих кланов. Это позволит нам значительно сэкономить на крови для них, и, в тоже время, оказать поддержку людям на поле боя. Что касаемо поставок крови... силы Арис, что мы сможем сэкономить могут быть направлены на охрану кораблей от нападений пиратов и других сторон, желающих того, чтобы кровь не дошла до пункта назначения.
- Этим может заняться непосредственно Дом Чёрного Клинка,- вставил своё слово Винсент, большую часть времени хранивший молчание, -Я могу лично проследить за тем, чтобы все корабли остались невредимы и пришли вовремя.
Эдриан оглянул всех членов совета перед последним пунктом своих предложений. -Что касаемо компенсации для Клана Лэно, я считаю, что будет вполне уместно потребовать у людей часть земель, при успешном завершении компании против Розы немёртвых.- Раз уж ты отдал принцессу людям, может стоит отдать её подороже...? - Вампирам, пьющим кровь людей, новые владения не несут особых ценностей, а вот "дневные" вампиры получат с этого много пользы, в частности, возделывание большего количества земель для выращивания столь ценного для них скота. Так же, благодаря приобретённым территориям, с людьми можно будет наладить более удобный оборот крови, от которого выиграют обе стороны. Думаю, что искусным магам из Лэно, при таких условиях удастся сотворить более устойчивые порталы между континентом и империей для доставки большего количества крови, что позволит значительно сократить потери на морских путях.
Закончив говорить, Эдриан откинулся на спинку, ожидая что скажет совет на его предложения. "Давайте, светлые умы, расскажите мне как я сильно переступил границы традиций..."

Отредактировано Эдриан (2018-04-16 11:56:21)

+4

9

Харука предвидел бурю, но не предполагал, что известие о свадьбе принцессы потрясёт совет настолько сильно. Сильнее, чем реальная проблема. У них переворот под боком, голодные обезумевшие вампиры, которые закусят всей аристократией, без исключения, а они делят бабу. Ладно, благородную и самую чистую из всего клана Камэль принцессу и дочь покойного и мудрого Эльдара, но, Хервалисса их раздери, устраивать склоки из-за женщины!
– Следи за языком, Нивен, ты говоришь с императором, – Ариго поднял холодный взгляд на вампира. Лицо Карателя не изменилось, он выглядел внутренне и внешне спокойным, но в глазах появилась холодная сталь – её достаточно, чтобы прочесть предостережение. Никто не запрещает вампиру высказываться и продвигать интересы своего клана, но он забывался, используя недопустимые словесные обороты, не трудясь скрывать их под тоннами лести и обходительности.
Нецелесообразные поступки, которые не берут во внимание чужие интересы, не отменяют того, что этот мальчик, каким его привыкли видеть, их Повелитель. Скверный характер Виззариона делал его поведение непредсказуемым. Харука не боялся, что совет успеет поредеть на несколько голов прямо сейчас, потому что советники забыли, кто перед ними. Вспыльчивый юноша может посмотреть на ситуацию иначе и тогда все слова, оброненные советниками, встанут у них поперёк горла.
Как чудесно слышать о дружественности кланов и нейтралитете от вампира, который каждым своим словом показывает, что его клан – цвет нации, они стоят выше остальных, война не имеет к ним никакого отношения, а всё, что произошло – лишь по вине тупости остальных кланов. Складывалось ощущение, что Нивен и остальные представители клана Лэно забыли, что они вхожи в совет и могли влиять на решения императора с начала его вторичного правления – после переворота. Виззарион отошёл от дел, у них были развязаны руки – они могли плести под носом у императора и его сестры свои игры, но предпочли отсиживаться в стороне и не ввязываться в конфликт. Им ничто не мешало попросить себе принцессу в качестве щедрого жеста после того, как она стала не нужна Виззариону в качестве жены, но все молчали. Никто не проронил ни слова о проблемах государства или отдельного клана.
«Лицемеры»
Глациалис ответила хлёстко. Впервые Харука сошёлся с ней во мнении. Он предпочёл бы использовать другую формулировку, чтобы обратить внимание глав клана Лэно на проблему и их роль в Северных землях, но женщина из ненавистного им клана высказалась наиболее точно и максимально близко к мыслям Карателя. Ариго промолчал, бросил короткий взгляд на императора, оценивая ситуацию. Он не хотел, чтобы его голова или грудь стали целью для ножей, мечей и других колющих и режущих предметов, которые Виззарион может метнуть, когда у него лопнет терпение выслушивать склоки.
В демонстративной расслабленности Виззариона Харука заметил угрозу. Полетят головы, если советники не прикусят языки. Император достаточно чётко обрисовал своё отношение к смелым и подчас безрассудным высказываниям Нивена. Он не поправил Глациалис и позволил каждому её слову отзвучать эхом сарказма и яда, на которые сам был способен, но почему-то воздержался. Может, давал Лэно последнюю возможность закусить удила и принимать своё положение.
Виззарион поставил жирную точку в вопросе принцессы. Харука в очередной раз задумался над причиной, по которой вампир решил, что этот брак наиболее выгодный вариант. Глациалис имела виды на трон, но навряд ли она знает, что её сын успел сблизиться с принцессой. И что это даст? Виззарион не одобрит этот брак. Он успел что-то заподозрить, поэтому высылает сестру из столицы? Пока не появились ненужные слухи? Или за этим кроется другая более значимая причина?
На упоминании о неудачных любовных похождениях Виззариона кто-то из советников издал смешок. Нервный. Харука не успел заметить, кто это был, но улавливал подтекст в словах Виззариона. Борьба за женщину обернётся реками крови. Навряд ли Лэно захочет выступить против других кланов, чтобы отстаивать свой пресловутый нейтралитет.
После предупредительного выстрела не в воздух, а рядом с виском, другие советники зашевелились и начали вкидывать в костёр поленья. Осторожно и более разумно, чем это делали их предшественники. Харука услышал более разумные и весомые идеи, которые могли бы примирить кланы. Отчасти и временно, если люди не воспротивятся подобной идее и кланы решат пойти на уступки вместо продолжения вековой вражды.
– Этим может заняться непосредственно Дом Чёрного Клинка.
«Одной заботой меньше. Может быть, я сегодня вернусь домой к жене пораньше. Или нет?» – Харука перевёл взгляд на представителей клана Лэно. Каратель любил свою работу и был предан императору до мозга костей, но за месяцы непрерывной работы, объёмы которой с каждым днём увеличивались, он успел порядком устать. У него закрепилось мнение, что он женат на работе, у него есть с ней дети и тёща, которая постоянно его пилит с высоты трона, чтобы он работал активнее ради её любимой дочери.
Ариго посмотрел на молодого вампира, недавно вхожего в совет, не без уважения за смелость и дельное предложение, которое нарушило опасную тишину между советниками.

+4

10

Де Фарид решил упереть во второй, более существенный пункт.
– Не следует путать миролюбие со слабостью, и не следует путать требование учитывать интересы с предательством, Ваше Величество, – дёрнул губами Нивен. – То, что у Нерина с разрушения не были отстроены стены, и в целом клан предпочитает жить и работать на земле, а не высасывать ресурсы всего острова в один большой тесный муравейник, маршируя в красивых плащах, не значит, что мы беззащитны. У нас уже были пожары в кварталах вокруг порта, где много инокровных поселенцев, но жертв не было и мы их быстро тушили. Но наплыв беженцев мы из соображений безопасности своих же горожан завернём.
Двое Лэно переглянулись, оставив без комментариев угрозу усмирения. Что они укрывали? Что они не подводили под своими словами?
“Если наши интересы – не в ваших решениях, ваши голодающие – не наши проблемы”, – например.
– Не осуждайте наших амбиций и мы не будем осуждать ваши методы удержания влияния и вольности вопреки закону, – постучал ногтем об стол Селениус, указательным пальцем другой руки медитативно массируя висок. Он мягко ощупывал холодными пальцами и кипящего на медленном огне кузена, главу клана, и остальных присутствующих, и сделал знак не реагировать в ответ сразу. В виду, конечно, имелось подкладывание детей в нужные постели и подкидывание выродков, чему половина присутствующих шовинистов могла мрачно гнусно улыбнуться, не будь они иначе воспитаны. У женщин нет чести помимо добрачной, а у Виан, брак не признающих, чести не было в принципе, но это не значило, что по их примеру будут играть все. Будь так, мир давно бы низвергся в анархию и хаос. Хулиганы не вредят порядку лишь когда большинство продолжает чтить закон. Проблема в том, что это был за закон, какие попустительства делались одним и не давались другим. Лэно явно надоело играть по правилам, устанавливаемым не ими, меняемым не ими, в меньшинстве.
А ещё Селениус явно знал про нападение на дом-мастерскую сына. Строго говоря, если у каждого присутствующего для скандала накопился с сундучок претензий и счетов, то у Селениусов был и свежий прецедент, и, вероятно, доказательства. Из-за внешней схожести иных черт ренегатов и шпионов Виан на южном острове и в богатых кварталах сидело изрядно, и не сказать, чтобы дневной клан был в восторге от такого соседства, но терпел, покуда Виан покупали через них почти всё, чего для жизни им не хватало, сидя на голой ледяной скале, которой был их остров – а это весьма и весьма много. К тому же, Артур сам вписался в игру “кидание беглой принцессы как картофелины” и был прощён за покаяние. У Селениусов было не очень много прав, чтобы предъявлять Виан за нарушение границ непроверенным подданным, который мог быть ренегатом, а мог и вовсе не быть. Официально.
Пусть день далек – у нас всё те ж
Заветы юношам и девам:
Презренье созревает гневом,
А зрелость гнева – есть мятеж
, – так, наконец, после слов раздражающе поддакивающего Императору нововенчанного Ариса, в разговор решил вступить до тех пор сидевший с опущенной головой в каких-то бумагах, вскользь поглядывая поверх них на говорящих, глава Дома Вечного Солнца, обладатель ослепляюще золотой шевелюры с подкрученными внутрь кончиками, Гестин Ледарре. Пиромаг и содержатель изрядной части неринского гарнизона.
Тактические нюансы пока в сторону, повторюсь за моими названными братьями, Ваше Величество, проблема не в том, что вы отдаёте принцессу инокровцам, – сказал, отложив пёстрое, хоть и погасшее, перо феникса, маг, вампир лет двуста, может, немногим больше, поднимая глаза напрямую и глядя в упор. Его багровый с золотым шитьём камзол повторял рисунок ресничек пера и тоже грозил вспыхнуть на солнце огнём красок. – Проблема в непоследовательности политики короны в последние годы, которая приводит к ситуации, когда свои, даже нарушая писаные законы и традиции в ведомстве собранного именно по инициативе клана Камэль Совета Старейшин, получают в любом случае всё, а остальные, включая наш клан – закон. Мы вам как лояльные честные слуги это прямо говорим и повышаем голос потому, что вклад наш велик, но нас упрямо не слышат и слушать не желают. И что это, угроза? Так мы же не бунтуем. Мы спрашиваем с вас, только громче, каковы будут ваши действия в случаях "А", "Бэ" и "Вэ". Во внутренних делах, когда вы так охотно ими пренебрегаете, предпочитая планировать внешнюю политику.
Пока. Каждый из глав домов клана Лэно звучал готовым ставить ультиматум и качать права.
В столице было уже три бунта, у нас – ноль. Не видит ли Ваше Величество потребность в силовом подавлении и, возможно, выселении ртов В своих землях, а не за пределами их, когда на дорогах станет небезопасно из-за обезумевшей челяди, а элита будет продолжать ловить юрких пиратов и чистить тварей Розы за полмира отсюда? Не видит ли Ваше Величество сомнительным угрозу напасть только в случае неповиновения, а не просто так, силами этих самых пиратов, бордельных дев и прочей голодной дряни, охотно жертвуя беззащитными и третьесортными членами империи? Я, как глава дома, чьим кровным вассалом является комендант порта Нерин, вот вижу, что мы не можем снять боевых магов с наших владений, не подвергая их риску беспорядка, потому что наши боевые силы изначально ограничивались требуемыми именно для защиты острова, а не множились бесконтрольно за счёт сытых лет, большой кровавой дани и урожаев, снятых другими членами империи. Не видит ли Ваше Величество вопиющий пример попытки закидать телами излишне многочисленных на его взгляд кланов проблемы поставщиков крови? На месте двух истреблённых домов ваших верных союзников Арис любой из нас бы оскорбился и сменил знамёна немедля, но мы не досчитываемся троих членов Совета сегодня, включая вашего помолвленного брата. Три наших Дома и ещё две дюжины меньших родов клана Лэно вступали в империю во времена вашего деда, я замечу, с меньшим количеством печаток, но на равных правах, соглашаясь на защиту взамен на сглаживание религиозных и мировоззренческих противоречий. В итоге Нерин был разрушен и разграблен демонами и мародёрами до основания в первый же конфликт и отстроен силами клана. При всём уважении к Грейн-даре, даже клану торговцев и земледельцев не интересны отравленные или нет земли за треть мира, если Лэно останутся на этих угодьях лишь в качестве обслуги и скота и в итоге не будут иметь шансов принимать решения за урожай с них и за благосостояние, и я не говорю вам ещё от этичности предложения делить владения другого суверена, который нам не сват и не брат. Что – реально ценного, а не ещё более обязывающего – получит наш клан в результате этой кампании от ЭТОЙ короны, Ваше Величество, помимо пожилой безумной Императрицы-матери и слабой радости видеть казнёнными ваших же бывших любимцев, одних за другими?
Пока говорил Ледарре, Селениус пытался проскользнуть в мысли сначала Глациалис, а потом и Виззариона. На самом деле, Лэно, скорее, беспокоило отсутствие на Совете бастарда, нежели то, что корона даже не пыталась их в последний раз хоть чем-то, помимо "я сказал – или меч!" купить. Долгие годы упадок пираток и благоденствие мирного времени с эфемерной иллюзией безопасности были единственным утешением скорбящим по Селест дневным, или, как их ещё поддразнивали Арис, "фруктовым" вампирам, сравнивая их с клыкастыми и страшными на вид, но абсолютно травоядными мышами. Теперь столы резко переворачивались. Нерин был не готов обороняться от усмирителей, как Хериан, у них не было ни ледниковых гряд и айсбергов, ни узких фьордов, где можно было б спрятать на ремонт свой флот. Но Лэно готовы были предупредить, всё же подчиниться – и в удобный момент дать давно напрашивавшегося ножа в монаршью спину. Только наследование отдаваемой людям принцессы или же полукровного бастарда Виан горчило им такой вариант.

Отредактировано Изувер (2018-04-16 14:32:46)

+4

11

Лэно проигнорировали её выпады. Ах, как это грубо с их стороны. Продолжайте, ей нравится! Иль Хресс с терпение встревоженной кобры наблюдала за кульминацией обсуждения. Поведением Лэно недовольны все сторонники императора. Харука, как верный пёс, первым подал голос, лаем пытаясь усмирить вампиров. Надолго ли хватит? Холодная лениво постучала ногтями по столу, оценивая настроение Кречета. Вампир вошёл в совет после смерти отца, но за годы практики и правления Домом не научился с достоинством играть козырями, плести интриги и выживать умом и хитростью. У него для решения проблем есть тяжёлый меч и воля императора, а за ними ничего кроме чести и долга.
Глациалис хорошо запомнила, что Виззарион – тень своего отца и блеклая копия Мирры. Этот мальчишка юн, горяч и неопытен в государственных делах. Он привык поступать по принцу «хочу» и не терпел дерзких высказываний и самовольных поступков. Анри поплатился за опоздание на совет месяцы спустя и не нашёл покоя после смерти – так она слышала, что бедняжка Сарэлет, которую не пустили в совет, получила тело брата недели спустя после его смерти. Иль Хресс не боялась говорить открыто, и к своему приятному удивлению Виззарион не прервал её, а позволил высказаться.
- «О-оо», - губы вампирши растянулись в подобии хищной улыбки. – «Мальчик учится сдерживать эмоции».
Верность – состояние лживого покоя. Иль Хресс слушала мальчишку. Он говорил спокойно, но в словах проскальзывали ноты неприкрытого предупреждения. Лэно ступали на тонкий лёд, бросая вызов императору в попытке склонить его. Они допускали ту же ошибку, что советники, которых в текущее время нет в зале. По причине их казни за преступления против короны. Виззарион пользовался дурной славой и в его манере отправить всех на плаху за разговоры не о том и попытки оспорить его решения. Они подсказывали, как нужно обращаться с собой, как уговаривать и склонять к компромиссу, но сами не предложили ничего стоящего.
Процветание Нерина необходимо Арис и Камэль пищей. Кровь приходится собирать с Остебена, а еду с угодий Лэно. Дневной клан выполняет одну из важных функций, занимаясь скотоводством и возделывая поля, но просить за еду и смирение девчонку в качестве уплаты долга.. Холодная замечала смысл, но Виззарион не имеет права распоряжаться судьбой принцессы. Он не первенец Эльдара, а младший сын императора, которому повезло протирать задницей трон при живой матери.
– Не осуждайте наших амбиций и мы не будем осуждать ваши методы удержания влияния и вольности вопреки закону.
Ах. Дневная крыса показала клыки. Как тонко!
Иль Хресс улыбнулась. Дело в том, что она считала, что амбиции должны соответствовать возможностям и силе вампира. Лэно показали себя слабыми, что печально при их таланте в совершенстве владеть магией, способности ходить под солнцем, не испытывая дискомфорта, и возможности поклоняться солнечной богине, не испытывая давления со стороны столицы. Во время бездействия Виззариона и его привязанности к обращённой простушке, у Лэно была возможность прибрать принцессу к своим рукам, а не подать её на золотом блюдечке другому клану, который не рассматривали как достойный руки принцессы даже в теории. Женихи из трёх кланов и Авель, которому позволили претендовать на руку принцессы из-за его рождения и ненавидели за него же.
- Виан не диктуют условия. Они берут то, что им принадлежит, - Глациалис одновременно высказалась по нарушению кодекса крови, по деланной смиренности в глазах императора и по безнаказанному похищению принцессы из рук коварного и недальновидного отпрыска советника. Оба нарушили закон, когда предоставили принцессе убежище, не известив о намерениях императора, но оба сидят в зале совета, без кандалов и с головой на плечах. Милость Его Величества безгранична.
- Ваше величество, боюсь трудно вести войну за других.
- «Это что за пташка тут щебечет?», - Иль Хресс скосила взгляд, не поворачивая головы, на вампира. Сын Грейна, которому посчастливилось войти в совет. – «Виктор ещё не оторвал твои яйца за попорченную дочку?» - Виан усмехнулась.
Совет пополнился молодой кровью. С правлением Виззариона и падением устоев Эльдара в совет попадали дозревающие вампиры, с нехваткой опыта и с неумением вести деловые беседы и давать дельные советы императору. Традиция началась с Бойером. Вампир, раз подав голос, замолчал на веки вечные, закусив удила. Так сильно расстроился из-за принцессы? Иль Хресс вспомнила, что мальчишка вбил себе в голову, что может стать императором, пока выслуживался перед Старейшинами, крутился возле принцессы и всеми силами добивался признания. Он выполнил свою функцию и попал в немилость императора за один промах. Боится лишний раз подать голос? Здесь без него хватает желающих внести смуту и поговорить на отвлечённые темы.
- «А потом мы удивляемся, что Виззарион поступает, как хочет, и не спрашивает нашего мнения», - а их мнения настолько расходятся и действуют в личных интересах, что они ушли намного миль от поставленного вопроса на повестке дня. – Вы хотите конфликта с Остебенской короной? – Виан скучающе посмотрела на Лэно. – Расторгнуть помолвку после заключения договора и спровоцировать людей отказаться от выполнения условий союза? Мне плевать на скандал, вам – на голодающих, но среди людей огромный пласт желающих избавиться от вампиров. Триумвират долго терпел наше присутствие, и угадайте, что они сделают, когда корона позволит им заняться вампирами? Какой остров самый незащищённый из всех? Магия – не безграничный ресурс. Вы не сможете играть в войну без поддержки короны, а никто не явится спасать ваши амбициозные задницы.
Иль Хресс почувствовала потоки магии и ощутила вторженца в своей голове.
- «Где?» - вампирша выступила магию, защитившись псионическим щитом, и высветила магические пути, которые яркими зелёными паутинами пролегли от советника к её мозгам. – «Ах ты вшивая тварь!», - внутренний зверь Холодной ощетинился. – «Читать меня вздумал?!» - вторую нить она увидела рядом со своей, но та убегала к голове императора, засев в ней незамеченным паразитом. – «Пытаешься повлиять на мальчишку?» - губы Холодной растянулись в хищном оскале. Вампирша высвободила ману, не сомневаясь, что такое количество энергии не останется незамеченным, и ударила им по нити, которая с такой старательностью пыталась считать мысли императора. – Подслушивать нехорошо, - Холодная цокнула языком, испытывая непередаваемое удовольствие.

Отредактировано Глациалис (2018-04-16 19:34:56)

+4

12

Никогда не поздно учиться дальновидности, но было бы желание. Виззарион доверял небольшому числу вампиров, на которых мог безоговорочно положиться в принятии важного решения. Советники, перебивая друг друга и выдавая унизительные пасы с уколами и перебрасыванием дерьма открыто или в подарочной упаковке с ароматом дорогого парфюма, укореняли мнения Шейна, что он зря решил поделиться исходом поездки и не поставил советников перед фактом, что они должны сделать, заткнув пасти. Политика послушной марионетки или правителя, который идёт на уступки, чтобы получить за них ровно нихрена, Виззариону не нравилась со дня восхождения не трон. Он почистил совет от вампиров, которые за время регентства его матери привыкли тянуть одеяло на себя и выдавать свою волю за волю императора, но дочистил не всех. Иль Хресс на фоне Лэно оказалась меньше помехой, чем он предполагал, а Виктор – старой хромой мухой, которая парит вдали от столицы и там собирает помои. Лэно – серьёзная проблема в период голода и необходимости разрывать военную мощь Севера на несколько фронтов. Виззарион не может позволить оставить столицу без защиты, когда по улицам города ходят бунтовщики; число обезумевших вампиров увеличивается с каждым днём вместе с противниками власти и аристократии. Он не может отказаться от компании в Остебене, потому что люди слабы и мрут как мухи, а им нужна еда. Борьба с нежитью может продолжаться годами, а сильные потери населения людей скажутся на ухудшении ситуации с кровью в стране. Лэно поставляют другим кланам пищу и в меньшем соотношении скот, наполняя прилавки едой, которую вырастить в других землях севера или затруднительно или невозможно. Бунт Лэно закончится усилением голода. Подавлять его при помощи силы, разрываясь и на столицу, и на людей, и на Лэно – самоубийство и верный шаг проиграть во всех трёх битвах.
Виззарион отвлёкся от Лэно и посмотрел на советника. Эдриан вошёл в совет с его лёгкой руки. Для него это первое испытание и возможность доказать свою полезность. Шейнир никому не доверял, но испытывал вампира на прочность и верность. Он приятно удивился, когда Эдриан вошёл в небольшое число вампиров, которые опустили тему замужества принцессы и вспомнили о делах насущных. Внутри Шейн аплодировал стоя, вздыхал в небеса и хватит Бэлатора за впервые правильный выбор.
- Хорошо, – напряжение Виззариона спало, когда он отвлёкся на Грейнов. – Дом Чёрного Клинка может заняться защитой кораблей. У Карателя много других обязанностей и я не хочу, чтобы дополнительная забота сказалась на качестве их выполнения, – в первую очередь Кречет должен найти Виктора, его пособников и сторонник, и удерживать бунтовщиков, который причинили вред его семье и продолжают сеять хаос в малозащищённых и незащищённых областях Мирдана.
Расширение сельскохозяйственных угодий – хорошая возможность увеличить количество провизии, но климат Остебена отличается от Северного архипелага. Выжить в этих условиях клан Арис и Камэль не смогут, а Виан в принципе не пахари и не садоводы.
- «Представляю Глациалис с личным виноградником», – вампир мысленно усмехнулся.
Земли Лэно сильно пострадали во времена бесчисленных сражений на их территории. Численность вампиров растёт в мирное время и вынуждает увеличивать количество посевов раз в несколько лет. Нужны земли и руки, чтобы прокормить такое количество голодных ртов. Совместный труд с людьми на их территории, которая впоследствии может стать владениями одного вампирского клана, смотрелась привлекательно для Виззариона, но он сомневался, что за принцессу, которая совершенно не нужна короне Остебена, они заплатят такую цену.
Численность людей уменьшится после нападения нежити. Многие территории опустеют и останутся бесхозными до увеличения популяции людей, которые плодятся быстрее и больше, чем вампиры. Они могут пострадать от голода, если не займутся посевами, но Лэно не согласятся отдавать часть своего урожая и столице, и людям.
- Весь урожай, собранный на территории Остебена, будет принадлежать клану Лэно, но это никак не должно отражаться на поставках из Нерина, – Шейн посчитал, что такой расклад устроит клан, но клан вцепился в девушку.
Виззарион обратил внимание на Нивена. Намёки императора он не понял или посчитал, что ничего серьёзного Виззарион ему выставить не может. Хорошо. У Камэль на этот счёт другие планы и соображения.
- Я забочусь о сосуществование между расой людей и вампира и между кланами вампиров. Иначе любые действия обернутся провалом и ухудшением ситуации, – Шейн говорил спокойно, но не надеялся, что вампир поймёт. Лэно застелила глаза старая обида за ущемления и притеснения, по этой причине они не стремятся идти на компромисс, а пытаются прогнуть корону и получить желаемое, не стесняясь предупреждать. Виззарион чувствовал исходящую от них угрозу и ждал в ближайшем будущем ножа к спину, вне зависимости от его решения: отдать им принцессу или нет. Из-за межклановой ненависти и неприязни, которая давно стала взаимной, он опасался, что принцесса станет заложницей в руках дневного клана и её жизнь окажется под угрозой. Элен – не предмет давления и не способ захватить власть на Севере.
Нерин выставил предупреждение. Виззарион заметил и сделал пометку, что нейтральный клан, каким он его считал, натерпелся достаточно, чтобы в удобный момент нанести удар короне. Этим действием они отбили у Шейна последнее желание искать компромисс и выгоду для одного единственного клана. Они никогда не будут довольны его политикой и во всём видят ущемление своих прав и положения.
- Я понимаю ваше желание избавиться от голодных вампиров и уменьшить численность других кланов, не жертвуя своими однокровными братьями, но у меня складывается ощущение, что вы не понимаете, к чему приведёт принудительная мобилизация среди челяди, или же действуете в интересах Виктора или своих собственных, – Шейнир не определился, что в этой ситуации хуже. Клан Лэно, который потакает идеям Виктора, или второй сильный враг. – Корона может пообещать всем добровольцам пищу и кровь, но во время голода, когда челядь сходит с ума от нехватки крови, принудительной мобилизацией мы спровоцируем их на усиление конфликта и дополнительный бунт. Если эта простая истина сложна в понимании для Лэно, мы можем устроить вам прогулку в Медный квартал, чтобы вы лично предложили беднякам пойти воевать за людей.
Виззарион шумно выдохнул, собираясь с мыслями. Он потратил много времени на совет, который не принёс ему ничего годного. Вампир придерживался решения отправить небольшую часть подготовленных воинов из клана Арис, отчасти он мог так отдалить от столицы скрытых сторонников Виктора и выполнить уговор с Остебеном, но он не мог оставить столицу без военной силы и, зная, что здесь находятся маги из Лэно. Ослабление столицы может выйти ему боком.
- Вы хотите мою сестру? – Шейн улыбнулся. – Лэно считают, что родство с короной улучшит их положение и компенсирует их затраты? – вампир сложил руки замком на столе и наклонился вперёд, смотря на Селениуса. – У вас был такой шанс. Моя сестра воспользовалась помощью вашего сына, Селениус-даре. Он предоставил ей убежище и мог попросить у меня её руки, если бы оказался вполовину смелым, как его отец.. но смелость меня не интересует, – Камэль перестал улыбаться и играть маской доброжелательности. – Вы упустили свой шанс, когда не смогли её защитить в родном доме, – Шейнир нахмурился, но его руки оставались расслабленными. Он ничего не забыл. Ни предательства, ни бездействия, ни слабости. – Мою сестру похитили из вашего дома, утащили из-под носа, из вашего безопасного Нерина, где происшествия быстро решаются без жертв и помощи столицы. Ваш напуганный сын прибежал ко мне, чтобы я отыскал сестру и вернул её ему. И я должен доверить вам девушку?
Виззарион выдержал паузу, но не позволил никому вставить слово.
- Мы знаем, что Виан грабят людей, продолжают заниматься рабовладением и напоминают людям о жизни без соблюдения условий союза – это ждёт их за упавший волос с головы моей сестры и гарантия её безопасности. А что вы можете предложить мне в качестве гаранта, что моя сестра не станет предметом межклановых распрей и давления? – Шейн говорил напрямую. Они не придут с Лэно к общему соглашению, потому что их желания получить лакомый кусок и не отдать ничего взаимен, как это постоянно делает клан Камэль, никогда не одобрит корона. – Если у вас нет других желаний, этот вопрос закрыт.
Император не почувствовал вторжения в мысле-поток. Его навыки владения магией не продвинулись дальше изучения расовой и стихийной магии, а всё свободное время Камэль тратил на физическую подготовку и оттачивал имеющиеся навыки в доступных магических школах. На радость псионику его действия остались в неведении Шейна, но не Глациалис.
Виззарион почувствовал сильный магический всплеск. У себя под носом и в голове. Гвардейцы рядом с ним переполошились, перестали спать и со скучающими мордами наблюдать за советом и перепалками советников. Проснулись и оголили оружие, готовые во всей красе защищать императора, которому чем-то угрожали. В куцем списке для гордости у Шейна затесался первый в жизни случай, когда конфликт спровоцировал не он. Император сидел в молчании, со сцепленными пальцами и закрытыми глазами. С отзвеневшим последним мечом, извлечённым из ножен, ближайшие советники отчётливо слышали попытки Виззариона дышать медленно и глубоко. Магия вампира, пересыщенная яростью, наполнила пространство вокруг него, как невидимый ореол из потоков воздуха.
- Вас настолько сильно задели слова о сыне? – Шейн говорил сдержанно. Гвардейцы терялись, не зная, как себя вести. Они не видели угрозы жизни императору и не понимали, откуда пошёл выплеск магии и что он сделал. – Или вы ищите границы моего спокойствия и терпения? – Камэль, не поднимая головы, посмотрел на вампира. – Я расцениваю ваш поступок, как нежелание жить в мире с другими кланами, – он ничего не сказал Глациалис и не хотел знать, почему она это сделала. Из личной выгоды и не ради него. Здесь у него мало сторонников. – Вы все можете быть свободны.
Виззариону потребовалось время, чтобы совладать с эмоциями и разжать пальцы, чтобы другие не видели дрожи в ладонях и как его внутри трясёт от злости и желания убить всех Лэно, пока они не повторили старания Виктора и не нанесли ему удар первыми. Он избавится от них другим способом.

+4

13

Требования. Интересы. Старая вражда. Всё это – яд, который сочится из клана Лэно и отравляет в первую очередь их самих. Каждый в Совете пытался добиться личной выгоды, но практически ничего не предлагал взамен. Даже их верность казалась деланной и фальшивой. Они испытывали Виззариона на прочность, прощупывали у него слабые места. Рассчитывали, что в период нестабильности в Северных землях, в голоде и постоянных бунтах, что-то переменится? Что Виззарион решит пойти на уступки ради клана, который чётко обозначил, что они ничего не предоставят, даже если получат желаемое? Харука не уменьшал вклада Лэно в благополучие Севера и других кланов. Да, они могут получить что-то выгодное в качестве поощрения за их труды, но ему не нравился тон, с которым клан ставил ультиматумы, и как вёл себя.
Харука отлично знал, как Камэль смотрят на межклановые связи. Как на предателей крови, а их дети – грязные и слабые выродки, которые не должны появиться на свет. Он сам прошёл через это осуждение вместе с женой, которую взял не из клана и не из собственной семьи, чтобы как правильный и законопослушный сын исполнить свой долг перед кланом. Он постоянно сталкивался с осуждением своего выбора, но нисколько не жалел о нём. Брак между Лэно и Камэль лично для него выглядел обычным, более располагающим и выгодным, чем с принцем Остебена, но не в текущей ситуации. Несколько веков назад Виззариони начали брать в жёны своих сестёр, чтобы не допустить союзов с другими кланами, не стравливать их в беготне за рукой принцесс и не давать им соблазн пробиться к трону через женщину и сменить один род и один клан другим интриганом.
– У Карателя много других обязанностей..
Кречет выдохнул. Он любил свою работу и преданно служил Виззарионам, но дополнительный груз на его плечах мог прибить его к земле, как камень муравья. В последнее время на него свалилось слишком много обязанностей. Бегать от Виззариона к допросной и от допросной на поиски Виктора где-то в окрестностях столицы, а потом возвращаться обратно и снова бегать туда и обратно, чтобы проверить ход работы, невыносимо выматывает изо дня в день. Дополнительные хлопоты ему ни к чему. Он бы предложил переговорить с Анри, поскольку её Дом занимался соблюдением поставок крови, но в силу того, что Архель мёртв, а его сестра находилась вдали от интриг брата под руководством Виктора, навряд ли она что-то знает. Или же знает, но в силу недоверия Виззариона ничего не говорила о возможных находках в своём Доме. Стоит нанести ей визит из вежливости, если Ролан ещё этого не сделал.
Харука надеялся, что Виззарион не пойдёт на уступки клану. Как не крути, а ситуация выходила паршивой с любой стороны. Шейнир несмотря на свой вспыльчивый характер держался хорошо и огибал неудобные темы в довольно вежливой, но в то же время настойчивой и неуклонной форме показывая, почему желания Лэно неосуществимы и нелепы. В отличие от императора Глациалис не стеснялась говорить грубо и прямо. Ариго понимал, что женщиной движет собственный интерес, но в чём-то она права. Им невыгодно провоцировать людей и усиливать конфликт. Шпионы из Остебена докладывали об ухудшении ситуации у людей и о давлении Триумвирата, который считает, что люди никому и ничего не должны кроме своего создателя и бога. Развязывание войны и превращение людей в скот буквально обернётся для них дополнительной и серьёзной проблемой.
– Вы хотите мою сестру?
Вампир предвидел бурю. Элениэль – одна из немногих тем, которая неосторожным словом или настойчивостью могла вывести императора из себя. Они все это прекрасно знали, но Лэно решили настоять на своём. Ответ Виззариона прозвучал хлёстко и определённо неприятно для упомянутого советника и его сына, но достаточно точно обрисовал ситуацию, с которой столкнулся, в том числе Харука, когда неизвестный похитил принцессу и её пришлось спасать. Ничто не мешает похитителям вновь воспользоваться ситуацией и стащить принцессу из Нерина, если представится такая возможность.
Харука ждал нового удара от Лэно, не ожидал, что удар последует магический и не от них. Он почувствовал сильный магический всплеск и резко поднялся, готовясь исполнить свой долг и защитить императора от угрозы. Впервые за долгое время спокойный и уравновешенный вампир разозлился и позволил себе поднять на кого-то голос.
Айнирг'хель! – Ариго со злостью и угрозой посмотрел на вампиршу. Его гвардейцы обступили императора, оголив клинки. От магии не защитишь сталью, но мысль о магическом щите, который должен был появиться в первую очередь, почему-то пришла с запозданием. Ариго почувствовал напряжение в воздухе, исходившее от императора, и с удивлением отметил, что Виззарион всё ещё сидит на месте и.. сдерживается? Он понял, что Глациалис не пыталась причинить вред императору и не воспользовалась ситуацией так глупо, а пыталась подставить другой клан. Намеренно или нет, но вмешательство Лэно, которое для многих осталось незамеченным, всплыло на поверхность. Харука перевёл взгляд на глав кланов, но не успел спросить, что всё это значит. В гнетущей и опасной тишине, наполненной молчанием, как острой и смертоносной сталью, голос Виззариона зазвучал, как шелест песочных часов, отсчитывающих мгновения до чего-то непоправимого.
Харука надеялся, что Лэно хватит ума не поднять голову и не показать клыки ещё раз. Гвардейцы держали руки на оружии и готовились в любой момент исполнить приказ императора. Некоторые из них, включая Харуку, считали, что приказ может прозвучать на уничтожение Лэно и остальных, кто попадёт под горячую руку Виззариона, но вместо этого император отпускал их всех. Совет закончен. Они так ничего не решили и впервые, когда Шейнир решил спросить их мнения, упустили такую возможность. Он решит всё сам, а после снова к их неудовольствию поставит перед фактом своего решения.
Ариго не собирался уходить из зала совета, пока остальные советники не поднимут свои задницы и не уйдут.

+4

14

Магам пришлось прикусить языки, но на первый же ответ Глациалис они заулыбались, явно имея что-то против, но переглядками установив меж собой паузу для острот. Но они выложили эту карту тотчас же, когда прозвучала тема кражи.
Закрыт так закрыт, – повёл плечами де’Фарид. – И всё же какое совпадение, что у берущих только то, что им принадлежит, нашёлся первокласный маг, проникший сквозь периметр барьера крови, замёл следы где-то в Лунных землях, и принцессу-невольницу нашли уже в гостях Ледяной. Говорят ещё, что этот фокусник любил носить красное и маски и магию огня.
А ещё некто в красном и маске выжег лица нескольким голодным вампирам в переулках недалеко от площади в день переворота и открутил голову Ричарду Круснику. И всем, и особенно – Лэно это было известно. Лэно, пригнавшим своего лучшего дознавателя Северина на помощь, и не переминувшим снова косвенно поставить под сомнение незамутнёность суждений правящего дома. Хотя… Виан могла выкатить историю с охотой на её что-то забывшего в Лунных же землях бастарда, и пошёл бы новый круг полоскания грязнейшего от различных флюидов белья.
Вспышка магии, шикнувший, массируя висок от отдачи, Селениус, лязг железа, молчание, прерванное лишь рыком Карателя… в целом удовлетворённые и невозмутимые лица Ледарре и де’Фарида. Они не брались за оружие, хотя на каждом были и зелья, и свитки, и собственная ворожба, готовая взорваться щитом, который бы дал окно для выхода из поножовщины. Но только Селениус испепелял названную по имени женщину холодным голубым взглядом.
Нам нужен мир, Ваше Величество.
Трое глав Домов поднялись из-за стола под тяжёлыми взглядами гвардейцев как ни в чём не бывало, раскачиваясь в вежливых поклонах головой перед всеми малолетними главами из Арис и Камэль.
Совет был окончен.

+3

15

- этот фокусник любил носить красное и маски и магию огня.
- «И любит создавать химер и раскапывать чужие гробницы во имя великой любви», - Глациалис оскалилась, изображая улыбку. Лэно следят за всем, что происходит в столице. Их магов в Мирдане больше, чем в Нерине. Шпионы, а не защитники короны, которые собирают слухи для своего клана и предоставляют им кинжал за кинжалом, чтобы в подходящий момент воспользоваться ими и устранить неугодного. Они зря упомянули Лунные земли и территории за пределами Севера. Холодная не забыла, как за её сыном после дня сватовства отправили группу наёмников. – «Когда я закончу в столице, ты умоешься следующим».
Иль Хресс умела ждать и поступать подло. Она преднамеренно промолчала, опустив порцию новых острот, но позой и мимикой показала, что у неё есть что выдвинуть в ответ.
Магическое вмешательство положило конец мирным переговорам.
Айнирг'хель!
Глациалис отказала себе в удовольствии смотреть на холодный взгляд Селениуса и посмотрела на Карателя. Мужчина злился. Надо же! Холодной казалось, что этот вампир сделан из камня и эмоции никогда не проступят на его лице так ярко и отчётливо.
- Не знаю, что оказывает на меня большее впечатление, - вампирша говорила спокойно, без опасения, что император отдаст приказ лишить её головы. - Что Каратель его величества называл меня по имени впервые со дня нашего знакомства. Или что все гвардейцы императора не заметили, что кто-то из советников использовал магию в стенах зала и направил её на императора. Вы не перестаёте меня удивлять, Харука. За Виктором вы охотитесь так же как защищаете императора? Это многое объясняет.
Вампирша поднялась. Лэно поняли, что не получат ничего из того, что хотели, а продолжение обсуждений чревато мордобоем в стенах императорского дворца. Холодная узнала всё, что хотела. Женщину не интересовали последствия поездки к людям и вопрос крови, но Виззарион сделал для неё больше, чем она рассчитывала. Под пристальным взглядом взбешённого Ариго Виан направилась к выходу из зала совета.
Иль Хресс не упускала возможности уколоть Карателя. Она не подозревала, что вампир прикрывает задницу её сына и спасает его голову от плахи за похабные намерения на принцессу Северных земель. Вампирша остановилась возле Кречета, Из-за небольшого роста, который никогда не смущал Холодную, она очень тесно прижалась к боку вампира, как к своему любовнику, чтобы шепнуть ему на ухо.
- Мне определённо нравится, как прозвучало моё имя с твоих губ и этот взгляд. Постарайся не растерять запал и вернуться с ним к жене, - хищно улыбнувшись, Виан отошла от вампира, поклонилась Виззариону по традиции и издевательскому жесту, демонстрирующему вырез на её платье самым лучшим образом, подмигнула новому главе Дома Виктора и покинула тронный зал вслед за остальными советниками. Если её предположения верны, то в скором времени её дорогой сын обратится к ней за помощью или сделает что-то, что не понравится Виззариону. Этот мальчик не отдаст принцессу короне Остебена. Он не отдал её Советникам, когда они пытались выдать Элен за Археля, как племенную кобылу, и свергнуть императора, с чего ему отдавать в этот? Дочь Эльдара принадлежит ему по праву рождения. Лэно и Остебен могут подавиться желанием заполучить принцессу.

+3

16

Мир строится на компромиссах, но Лэно не хотели компромисса. Они требовали и пытались подчинить себе императора, заставить его преклонить колено и просить их о помощи, которую они никогда не окажут ни за принцессу, ни за права на рынок и уменьшение дани столице. В список возможных предложений входила отмена налога на храмы Селест, уменьшение сборов с полей и другие попустительства, который Шейнир видел полезными для клана Лэно, но они хотели власти. Виззарион расценил отказ и вмешательство, как жажду оказаться ближе к трону, а в идеале усадить на него задницу одного из сыновей глав.
- «Кто станет вашей марионеткой на троне? Артур? Не сомневаюсь, что он будет так рад принцессе и щедрому папочке, что серым кардиналом или серым императором станет Селениус и его шайка. А мне? Отправят меня к старой сумасшедшей родственнице по слабоумию или убьют, списав на самоубийство?» – Виззарион молчал. Он сдержал порыв. Проигнорировал Глациалис, но запомнил упоминание мага, принцессы и Лунных земель. Он зацепился за слова Виан. Харука не справился с обязанностями стража. Никто из его подчинённых не справился.
Он подарит Лэно мир, какой они заслужили. Топор клановых междоусобиц, который он пытался закопать, чтобы сплотить народ севера, торчал ручкой из-под земли и притягивал взгляд императора. Он обязательно достанет его, когда придёт время. Первым. Он может отдать приказ убить Лэно сейчас, но это не урок в назидание и не открыто объявленная война на уничтожение одного клана. В столице много других Лэно, которые отреагируют на убийство глав. Маги находятся во дворце, некоторые охраняют его личные покои, жену, сестру, Ясемин. Они без колебаний убьют их, если он позволит эмоциям взять верх. Шейн ненавидел политические игры и интриги, но стиснул зубы и до хруста и боли сжал пальцы, чтобы сдержаться. Он понимает, к чему приведёт его поступок. Он позволил Лэно уйти, подождал, когда уйдут остальные советники. Все, кто ему нужен, и кто его услышал сегодня, получат приглашение на встречу и личное поручение от императора, когда он успокоится.
Виззарион подождал, пока слуги закроют дверь зала и он останется наедине с Кречетом, отослав других гвардейцев.
- Харука, – вампир говорил спокойно и отстранённо, что не соответствовало его внутреннему ощущению. Он выкипал внутри и старательно подавлял эмоции и желания. – В следующий раз убедись, что в зале совета нельзя использовать магию, а оружие есть только у гвардейцев. Чтобы я не видел, как Лэно и другие советники входят в зал совета, обвешенные артефактами, амулетами, фолиантами и другими творениями своих и чужих рук.
Одна оплошность – и он труп. Селениус применил заклинание, которое успела перехватить Глациалис, но он мог повлиять на решение императора, навязать своё мнение и заставить его что-то сделать. Виззарион не доверял Лэно и Глациалис, но женщина права. Гвардейцы не исполнили свой долг. Они не защитили императора. Селениус мог убить его или любого из них, если бы Шейн устроил внутри совета кровавую бойню за дерзость и неповиновение.
- Маг, который наложит заклинание на зал совета, не должен быть из Лэно.
Это важно. Виззарион расцепил руки. Пальцы затекли и не слушались. Камэль сжал и разжал пальцы на правой руке, восстанавливая поток крови, и поднялся из-за стола. В пустом зале его шаги прозвучали угрозой и Харука это почувствовал. Шейн заметил в его мимике и жестах скованность и напряжение. Каратель виноват, но он не цель Виззариона. За одну ошибку Шейн не лишит жизнь одного из сторонников. Он доверял Харуке, но переоценил его возможности.
- Сегодня я отпускаю тебя.
«Ты отстранён».
Покинув зал совета, вампир отправился в свои покои, не зная, что во всех отношениях дерьмовый день продолжается и к вечеру его ждёт ещё один нож в спину от близкого вампира. Харука, Элен, Авель. Дворец предателей крови и ни одного сторонника.

эпизод завершен

+2


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [18.05.1082] Вести из столицы