Легенда Рейлана

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [8.04.1082] Город счастливых изгоев


[8.04.1082] Город счастливых изгоев

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

- Локация
граница Фалмарила и Сильмарила, Гиллар, день
- Действующие лица
Морган, Даниэль
- Описание
Предыдущий эпизод - [3.04.1082] Блуждающие огни
Беглая княжна и её проводник взяли перерыв в безудержных приключениях по весям и топям. Болотник Кел'Ли, с которым они нашли пока не ясные следы пропажи в болотах, вывел их в ближайшее поселение, однако это оказалась вовсе не деревня, а бывшая столица братских народов, забытая после взрыва источника, однако вовсе не безлюдная...

0

2

- Де сё, даше нися, – сообщил им болотник, когда после бессонной ночи на рассвете путешественники доплыли до большого проточного озера с живописным водопадом. Едва передохнувший после нескольких часов гребли Морган озирался и клацал постукивающими от утреннего озноба челюстями, как потревоженный днём в дупле сыч. Их график за время путешествий с Ке'Лли сбился: болотнику, казалось, не хотелось спать вовсе, Мор ни разу не заметил, чтобы он прикорнул, хотя, может, просто спал с закрытыми глазами, как дети или кролики, или в трансе, отводя беду от посудины. Они не вытаскивали лодку даже на день, когда должны были охотиться змеи, хотя под руководством маленького существа она проходила явно меньше. Полукровка даже предлагал Ке'Лли обрезать весло, но тот отказался: оказывается, болотники на своих лодках не столько гребли, сколько ходили веслом по дну и корням древесных гигантов.
- Ты точно сам справишься с обратной дорогой? Мог бы остаться на несколько дней, мы… я бы тебя отвёз.
Ни ребёнок, ни зверушка насупился, усевшись на скамью в лодке и сложив руки и ноги в замысловатый жест. За время путешествия по ночам Ке'Лли немало говорил с ними, и поведал немало странностей вперемешку с песнями и какими-то болотными фокусами, которые напоминали и не напоминали различные заклинания мира людей. Например, болотники в таких местах, как Та-Лла (которых, оказывается было немало, но это место было самое "доброе", и появлялись, и "сбрасывали кожу". Видя вещи недавнего пропавшего, Мор предполагал, что всё буквально, но отчего, если этот шаман просто погиб, Ке'Лли паниковал и утверждал, что надо возвращаться и всё рассказать рогатой – не понял, да и болотник не мог объяснить. Понятие смерть существовало для него, кажется, в отношении всего, кроме его и его племени. Ну и вообще барьеров в общении было много. Тарабарщину вдохновлённого болотника и без произношения трудно понять – так быстро он говорит и активно жестикулирует, плеща чистым восторгом из ауры прямо эмпату по голове.
- Сп-аавюсь, сп-авюсь, – заверил как будто обиженно Ке'Лли и махнул рукой в сторону водопада. – Ам туа. Спак-кой ных вот.
На том и расстались.
Как опытный рейнджер, зимовавший и по шею в снегах, и прятавшийся от пекущего летнего солнца в сенях предгорных лесов в Сильмариле, Мор сразу заметил, что утренняя свежесть в лесах этих порожистых ручьёв иная, и даже туман не жёлто-зелёный от испарений цветущей воды, а изумрудно-сизого оттенка. О том, что днём будет не влажная удушливая баня, как на болотах под мясистыми кронами ушедший корнями в воду мутантов, а просто зной и прохлада смешанного леса, полукровка предупредил и девушку. Мало ли надумает раздеваться – лучше смочить повязки и на голову и плечи намотать.
Впереди сизой тенью над утренней низиной нависали отроги Светлых гор, известняково-сероватые с зелёными прожилками, даже в контрасте с слепящим солнцем. Под ними раскинулись леса, где тропические размашистые кроны соседствовали с устремлёнными вверх секвойями. Граница и есть граница, чуть Сильмарила, чуть Фалмарила, а ни те, ни другие, не смотрят: видимо, думают, что на узкой полоске между горами и проклятыми болотами ловить нечего, кроме проклятых тварей.
Пока что тварь встретилась путешественникам одна: их пропавшая пару дней назад и за то время как-то ненормально наевшая брюхо и распушившаяся на жирном гнусе болот, видимо, пустельга. Пернатое зло стрекотало и посвистывало, то снуя меж деревьев, то садясь на голову полукровке или на плечо Даниэль мелкими когтистыми лапками. Полукровка оставался хладнокровен до поры. В отличие от пустельги, он с Дан последнюю неделю жил на одних сухарях и листьях, поскольку солонина кончилась очень быстро, и гнусную предательницу, которая непосредственно приложила к этому клюв, а потом усвистела искать лучшей жизни от семьи, бойкотировал.
- Уж полдень близится, а деревни всё нет… – выдохнул, прикладываясь к уже изрядно похудевшему бурдюку Мор и, стерев тыльной стороной ладони испарину со лба из-под чёлки, протянул питьё Даниэль. Почти выглушил запас на день на двоих он сам, пытаясь заглушить волчий голод и ленясь остановиться и хотя бы ранних грибов или орехов каких, учитывая, что в лесу было немало деревьев как в Сильмариле, собрать. Который день с начала круиза по болотам отшельника и интроверта со страшной силой тянуло к цивилизации – вот что путешествие с девицами и странными тварями с людьми делает, а! Правда, в цивилизацию на нейтральных территориях, несмотря на легенды о потерянном городе, в который теперь идут выброшенные на болотах изгои, Мор не верил. Хотя гуманность казней на Силве – никакого мяса, висят себе на дереве насильники и гадятся, почву удобряют – уже наталкивала на размышления об отличии эльфийского от людского мышления. Не на моём заднем дворе – прекрасная позиция, не правда ли? В таком случае некроманты, правда, своим эгоистичным безразличием были где-то на третьей стороне шкалы морали между людьми – "всех исправить добровольно-принудительно" и эльфами "не хочешь – катись подальше, а то приголублю лопатой".
Однако ж когда лес с каменистыми волнами стал просвечивать чем-то белым среди коричного коричневого, полуэльф усомнился в верности своих суждений. В окружении подгорных лесов, речушек и ущелий, окружённый полумесяцем из озёр и порогов, красовался небольшой, не больше Лейариса, деревянный город с полными зелени стенами, отстроенный среди белокаменных колоннад, арок и потрескавшихся, поросших мхом и перемеженных травой, но очень ровных белых мостовых.
Немного отойдя от удивления, Морган не очень удачно шутя предположил:
- Как думаешь, здесь принимают душами, шкурами болотников, или просто наличкой?

+1

3

Для вдохновения

http://fantasy-gallery.ru/_ph/21/781274357.jpg
http://i20.beon.ru/15/93/1109315/18/75134318/70687.jpeg

«Гиллар…» Даниэль много раз представляла, как найдёт это место, как окажется у величественных врат старого города и коснётся фрагмента истории. Преследование Мэтерленса и намерения Ордена смели её старую мечту побывать в городе двух народов. Она позабылась и стала чем-то таким незначимым, как что-то далёкое и неправдивое. «Я ли мечтала об этом?» Ланкре не отводила взгляда. Увиденное – это её жизнь, оставленная в прошлом. «Если бы я только знала…» Судьба привела её в Гиллар, позволила отыскать путь к нему, проходя через столько испытаний. Морган стал её проводником, не осознавая. «Элиор точно этого не предвидел»
Даниэлла сомневалась, что лидер повстанцев имеет малейшее представление или догадку, куда же его верный соратник спрятал княжну Фалмарила. Всё это неважно. На истоках старого Вита, загубившего множество жизней в прошлом, но подарившее их в настоящем, прошлое терялось и становилось незначительным. Даниэль забыла о своём предназначении и позволяла волне дикого и незнакомого места подхватить её, кружа в желаниях и радостях.
Перед ней возвышалось настоящее воплощение из крепкого светлого камня, перенесённое в реальность со страниц старых книг. Светлый камень порос мхом. Густая растительность оплела шпили башен, укрывая их природным одеялом. Деревья, подпитанные источником, уходили глубоко корнями в воду, казалось, будто город был построен на них. Кроны с лианами возвышались над ним, скрывая в прохладной тени. Чувствовался запах сырости, а деревянный помост, ведущий к главным воротам, просырел и местами успел прогнить, но виднелись и совершенно новые вставки – кто-то бережно менял негодное дерево на новое и продолжал работу, оставив рядом инструменты без присмотра. Несколько лодок размеренно покачивались у причала. В рыболовных сетях билась пойманная рыба, не теряя надежды ускользнуть и не попасть на прилавок. Это место продолжало жить, хотя было забыто.
- Не знаю… - шутка Моргана осталась без внимания. Ланкре, как зачарованная, пошла вперёд, игнорируя меры предосторожности.
Ей казалось, что это всё не взаправду. Как путешествие с болотникам по воде с магическими огоньками-фейри, знакомство с Ке’Лли или город, считавшийся выдумкой на протяжении долгих лет. Даниэлла думать не стала, что это место могло послужить пристанищем для отщепенцев или что здесь водятся твари страшнее и ужаснее змей, рыщущих в воде в поисках пищи.
Ступив на помост, Даниэль сделала шаг, потом ещё один, ускоряясь, пока не перешла на бег. «Мне это не снится?» Морган мог звать её или пытаться остановить – но она не слышала. Быстро преодолев расстояние до врат, она с изумление смотрела на город. Вита разрушил и преобразил его, смыв водой и магической волной великолепие Гиллара. Белые колоны выныривали из земли остатками былого великолепия, но в этих стенах, покорёженных временем, теплилась настоящая жизнь. Десятки домов, один не похожий на другой. Потоки воды рассекали городок, перемежаясь с белыми мостовыми, сохраняя в себе прошлое с настоящим. Врат не было, вместо них в город вёл просторный тоннель, поддерживаемый белыми арками с одной стороны, а с другой корнями и землёй, служившими и стеной, и небосводом.

+1

4

Красивые руины сверху и город, скрывшийся со своими жителями в разломах в земле, совершенно внезапно поднялись из-за фронта зелёных крон, стоило сбежать с пригорка. Переникутые меж корнями многоуровневые мосты, проглядывающие меж почвы и лиан белые каменные столбы, держащие остатки старого города, таинственно мерцающие в дневном сумраке огни живых домов, прислонившихся к этим камням и этой земле, падающие сверху тонкие, переплетающиеся, точно паутина, ручейки. Это было диковинно, удивительно, странно, но когда как Морган был сам чужд излишних восторгов, а, может, его просто вытрясло недавнее плаванье в заводе из капель душ, то охватившее Даниэль волнение нахлынуло волной, сначала заставив ошарашенно остановиться и отвлечься от прощупывания незнакомых аур на грани восприятия, а потом понестись, крича "Даниэль, стой, куда!", следом.
Угрозы не было. Так казалось сначала. Но стоило фалмари пересечь границу близкого к разлому леса и подойти вплотную к тоннелю, и на них были нацелены луки. Мор едва успел догнать и схватить в неловкие сдерживающие объятья девушку, напряжённо глядя поверх её макушки куда-то вбок и вверх, где с нижних рубежей белых руин скрылась угроза.
- Я бы не верил болотнику, что гилларцы, если это они и они ещё так себя называют, так уж дружелюбны, – сказал ей на ухо полукровка, постепенно меняя девушку с собой местами – отводя её назад и выступая вперёд заместо неё. – Замри.
Для города без стен стража здесь очень здорово пряталась. Морган даже заподозрил чары – и был прав! Прямо под его сосредоточенным взглядом от одной из естественных старых каменных стен отделилась гибкая фигура и спрыгнула с возвышения на корень, на выступ и вниз, к незваным гостям. За первой фигурой из ниоткуда вскрылись другие лучники, но, оружие хоть и опустив, с места не двигались.
- Похвальная осторожность, незнакомцы! – приблизившись вприпрыжку, звонким голосом приветствовала женщина. Статью и ростом она была точно эльфийка, но яркая голубизна глаз её светилась силой вод. Она была в похожем на вылитую по фигуре кору нагруднике и наплечниках, однако на сгибах и редких царапинах поношенности странный материал обнажал блестящие не то минералом, не то металлом лиственно-зелёные прожилки. – Откуда пришли вы в наш потерянный очаг?
- С болот, – ответил Мор, борясь с желанием вооружиться или тоже уйти в невидимость, – нам о вас подсказали болотники.
- Болотники? – дёрнула в искреннем удивлении бровями эльфийка. – Интересные вы, искатели древности, и компания у вас, – она улыбнулась кружащей над головами говорящих пустельге и протянула той правую руку, предлагая на пальце насест. Удивительно, но птица безропотно опустилась, – интересная. Что ж, коль мирные ваши намерения и ищете вы убежище, а не сокровища и секреты – добро пожаловать, незнакомцы. Только сдайте оружие нашей страже – то временно – и проходите в Скрытый город, за мной.
Мор, осторожно причувствовавшись, отпустил сжатую излишне крепко на плече Даниэль руку и, не почувствовав никакой враждебности и злого умысла, кивнул. Он сдал лук, колчан и ножны меча, оставив лишь нож в сапоге, и, озираясь с интересом, вошёл сквозь тоннель со светящимися кристаллами по потолку под свод древнего города в новый, Скрытый, как назвала его говорящая на гармоничной, хоть и непривычной слуху, смеси общего, эльфийского и знакомых слов языка ламаров с тягучим переливчитым произношением лучница. Из разломов с зелёными и искристыми водяными рамками сверху на улицу лился дневной свет, но в тени было прохладно. Дома, не только сидевшие на корнях и выступах сверху, шли одним рядом вдоль высоких стен, собранные из каменного лома, дерева и глины, и, поскольку сверху вниз и по улицам струились потоки, у многих стояли маленькие водяные мельницы, хотя Морган не до конца понимал, на что могла бы пойти сила меньших из них, и сомневался, что жители почти что подземелья мелили муку. По крайней мере, привычную им муку.
- Сколько же их здесь живёт… – шепнул, с трудом оценивая масштабы, Даниэль полукровка, но остроухая проводница ответила первой:
- Немного для жителя городов во внешнем мире. Сколько точно – посчитай сам.
Петляние узких улиц вывело гостей к небольшой светлой площади, в центре которой чудом сохранилась сияющая в лучах света старая, поросшая мхами и лозами, но невероятно целая высокая постройка, напоминавшая Мору не то какой-нибудь остебенский храм, не то крытый форум.
"Наверное, у них есть хоть какое-то самоуправление", – предположил парень, когда их ввели внутрь помещения, в котором были десятки, сотни глаз, направленных на них.

+1

5

Даниэль охватило неверие. Она не могла поверить, что спустя столько времени судьба привела её в Гиллар. Сбылась мечта глупой и наивной девочки, которая желала мира двум народам и вечной дружбы, забытой у истоков изничтоженного города. Она здесь, что дальше? За спиной остались дни, проведённые с Орденом, остался Мэтерленс с его ненавистью и желанием всеми силами удержать при себе корону и трон. Незыблемое прошлое её семьи, въедаемое в её разум как что-то естественное: её – не её, но внушаемое, как действительное и неотрицаемое. Магия этого места обволакивала, успокаивала. Течение времени было другим и пронизанным водами Вита. Она терялась на волнах источника и в тихих песнопениях где-то на уровне сознания и её ламарского естества, забывалась и терялась. Ланкре почти перестала различать: что реально, а что нет, когда из мягких, но настойчивых лап спокойствия источника её выдернул Морган.
«Что произошло?» Не понимая, Даниэлла оглянулась. Полукровка обнимал её, не позволяя сделать шагу в тоннель. Фалмари не заметила, как на волнах эмоций подобралась слишком близко к незнакомой территории. У неё с рациональностью и предосторожностью и в прошлые месяцы путешествий было плохо, а после магического марева – ровным счётом никак. Она бы не заметила ловушку, ступила.
- Я бы не верил болотнику, что гилларцы, если это они и они ещё так себя называют, так уж дружелюбны.
Опасливо Ланкре перевела взгляд с полукровки вверх. Ничего не увидела. В его словах был толк – она поторопилась идти в чужой город. Откуда им знать, что из сказанного Ке’Лли правда, а что нет? Может, здесь никого нет или жители старого города, если таковые имеются, не примут чужаков.
- Прости, - виновато шепнула, понурив голову фалмари, но этим дело не закончилось – Морган настоятельно толкнул её к себе за спину, меняясь местами. В Даниэлле проснулось беспокойство. В прошлом он достаточно закрывал её собой и в последнюю стычку с Мэтерленсом едва не погиб. Геройствование хорошо в меру. – Морган… - не скрывая беспокойства и волнения, фалмари чуть сжала плечи полукровки, не отступая от него ни на шаг. Она смотрела на него, а не на возможную опасность, которая могла прийти откуда угодно. Ей не хотелось вновь пережить то, что произошло в Лейарисе.
Морган не слушал. Проследив за его взглядом, девушка заметила едва различимое движение наверху. Не зная, чего ожидать, и напрягаясь от поведения Энгвиша ещё больше, Даниэлла приготовила заклинание защиты – если потребуется. Она не позволит ему второй раз закрывать себя грудью. У неё тоже есть силы. Пора становиться старше.
Романтичные девичьи мечты и стремления где-то и что-то поменять разбились об появление незнакомки и сопровождающих её лучников. Ланкре не торопилась опускать защитное заклинание – как знать, что они точно в безопасности, и, отняв у них оружие, их не убьют сразу же? Даниэлла молчала, смотрела на незнакомку, которая была порядком выше неё и, если бы не глаза и знакомая форма ушей, была бы принята за представительницу остроухого народа Алиллель. В ней чувствовалась сила воды – сила её народа.
Ланкре привыкла полагаться на спутника, а доверие Моры – что-то новенькое. Птица безропотно позволила незнакомке любоваться собой, когда на хозяйскую руку без чего-то вкусного и интересного смотрела с нежеланием поменять место «сидения». Зато голову Моргана и его колтуны любила безумно! Он, наверное, тоже любил тот день, когда решил сделать фалмари такой подарок. На свою голову.
Заклинание растворилось. Магические сплетения рассыпались, не приобретая формы щита. Даниэль сомневалась. Не в решение Энгвиша – в жителях заброшенного города. Зачем кому-то, кто может спокойно жить в лучших условиях, в городах Фалмарила и Сильмарила, выживать здесь? Это, по меньшей мере, странно.
Фалмари пошла следом за полукровкой, озираясь по сторонам. Место было волшебным и до непривычного странным и удивительным, но Даниэлла не торопилась выказывать своего отношения. Большую часть её внимания занимала настороженность. В какой-то момент она не заметила, как стала идти слишком близко к Энгвишу. Так спокойнее. Немного.
Проводница вела их в строение, не объясняя причины. Даниэль неловко переминалась с ноги на ногу перед входом, не решаясь войти. Как знать, что там их ждёт? Вдруг это ловушка? Она слепо доверилась болотникам с почти детской наивностью, но чего-то более похожего на ламаров и эльфов боялась больше. «Л-логика!». Найти в себе немного смелости, она шагнула следом. Под сотней глаз вся уверенность фалмари растерялась. Девушка, не глядя, нашарила где-то руку полукровки и крепко сжала его ладонь – страшно.
- Кто это с тобой? – откуда-то прозвучал мужской голос. Попробуй пойми, когда вокруг столько людей. Даниэль оглянулась – из тени выступил вперёд молодой мужчина, эльф. Высокий и статный.
- Нашли на границе. Они пришли к нам с болот. Сказали, что болотники направили, - весело улыбалась фалмари.
- Болотники? – брови эльфа от удивления подлетели вверх. Он с недоумением посмотрел на гостей. – Что ж.. Добро пожаловать в Скрытый город. Гостям мы всегда рады, но… Могу я узнать причину, по которой вы оказались так.. далеко?

+1

6

В жизни Мора оставило след две женщины, которые заставляли его робеть и стыдиться на ровном месте. Только если матери достаточно было просто молча на него как-то странно посмотреть, а он никак не мог прочитать её эмоций, такими они были неоднозначными, уклончивыми, неясными, то Даниэль ввергала его в отчаяние, когда начинала суетиться, чувствовать себя бесполезной и за что-то извиняться. Её неуверенность в себе причиняла им неудобства большие, чем непривычка к походному быту и физическая слабость. Позаботиться о девушке опытный рейнджер мог, а его проклятый дар помогал даже не спрашивать и не прислушиваться и приглядываться к намёкам на какие-то необходимые поблажки. Но вот глотать это паточное ощущение бесконечной вины за все беды мира было сложно, угнетало.
"Может быть, если местные благосклонны к новым жителям, я оставлю её здесь и отправлюсь искать отца и узнавать, что сталось в Орденом", – подумал Мор, оглядывая улицы и сдерживаясь, чтобы не взять, идя навстречу ищущей комфорт в незнакомом месте девушке, её за руку. Как в душе сам одиночка, сыч и отшельник, полукровка мог понять логику замыкания жителей Гиллара в своём ограниченном горами и труднопроходимыми топями мире. Они не были агрессивными, от иных молчаливых сопровождающих исходила тревога и недоверие, но не враждебность.
Под высокими, отчасти проломившимися и закрытыми зелёными живыми заплатами, сводами древнего здания на каменных скамьях сидел разряженный в свободные одежды разномастнейший народ и просто общался. Группы разбивались по занятиям, самая многочисленная сидела на нижних рядах вокруг ямы со сценой, где под звуки мандолины напевала на всё том же архаично-смешанном языке в три партии какую-то балладу. Все постепенно обернулись, когда стража привела гостей.
- Мы были в Вервоне, когда королевские войска ударили по стоявшим в городе повстанцам, мы бежали прочь и за пределы поселений у края Волчьего следа, чтобы нас не поймали и не решили допросить, – осторожно выбирая слова, ответил Морган, положив руку на плечо девушки.
- А вам, значит, было, что скрывать?
- Друзья и родственники среди повстанцев могли сделать нас ценными пленниками и подставить тех, кто нам дорог, а для нас война чужда.
- Вот значит как. Что ж, мы все тут родственники и потомки бежавших или изгнанных, наше укрытие защищено от армий горами и болотными тварями, здесь вас не выдадут и отстрелят желающих вам зла. Назовитесь, и при свидетельстве всех присутствующих сильвари мы примем вас. Болотники чувствуют зло тоньше, чем мы, нет смысла допрашивать вас.

+1

7

Это определённо странное место. Болотники – удивительный народец со своими причудами, но довериться ему Даниэлле оказалось значительно проще, чем таким же созданиям, как она сама. Подлым был тот мир, в котором она выросла, а люди в нём – и подавно. У всех свои секреты и этот городок не зря называют «Скрытым».
«Интересно, что они скрывают..?» Много слухов витало вокруг Гиллара в столице и других городах и поселениях Фалмарила, но наверняка никто сказать не мог, что там живёт. В один голос твердили, что делать там добропорядочным ламарам нечего, а мнения о содержании города расходились. Увидеть своими глазами и сделать выводы – вернее будет в любом случае, но не вляпаться бы в приключения ценою в жизнь.
Ланкре молчала. Как по старому сценарию правду или то, что в их понимании называлось правдой, вещал полукровка. Фалмари привыкла к тому, что случайно, не подумав, могла сказать что-то лишнее. В окружении вооружённых сильвийцев любой необдуманный шаг и из них двоих сделают отличные мишени для стрел или корм для болотных змей. Морган говорил избирательно и правду, упуская некоторые моменты, которые не нужны ни им, ни их новым знакомым. Этой легенды стоило придерживаться всё то время, что они останутся в Гилларе, но как отнесутся к повстанцам и их родственникам? Волнение в столице и других, густонаселённых городах Фалмарила, понятно. Многие поддерживали их, но оставалась масса жителей, которые придерживались мнения, что всё и до назревающей революции было прекрасно, а Орден стал причиной очередного кровопролития и жестоких мер, применённых по отношению ко всем.
«Беженцы и изгнанники… безрадужная перспектива..» В одном месте собрались все, кто не принят обществом. После революции, независимо от её итога, на болотах могут оказаться либо обе стороны конфликта, либо одна из двух. Даниэлла не знала, как относиться к этой информации. Ей ещё в Эрдане говорили, что существует место, где собрались все клятвопреступники, убийцы и насильники. Им с Морганом посчастливилось это место найти. Чего ждать от такой разношёрстной компании?
Представиться – что может быть проще этого? Их имена навряд ли на слуху у жителей Гиллара, но раз они осведомлены о повстанческих действиях в Фалмариле даже косвенно, то лучше умолчать и эти детали. Даниэлла неуверенно перевела взгляд на спутника, как бы взглядом спрашивая: можно ли называть реальные имена. Получив в ответ на немой вопрос кивок, который можно было расценить и как согласие, и как туманное «ну может быть», фалмари ответила:
- Меня зовут Даниэль, - опуская фамилию рода, представилась девушка. – А моего спутника  Морандир.
«Надеюсь, имя я назвала правильно». Не так часто оно мелькало в разговоре, чтобы запомнить, но Ланкре надеялась, что память её не подвела в самый неподходящий момент.
- А я уже боялся, что ты немая, - негромко посмеялся эльф. Под его взглядом девушка смутилась. Не отличалась она болтливостью с тех пор, как провела много дней в пути вместе с Морганом – этот научит держать язык за зубами и относиться ко всему с львиной долей недоверия. – Моё имя Галион, а фалмари, что привела вас ко мне, - Анайрэ.
Лучница склонила голову в знак подтверждения и знакомства. Жители Гиллара казались дружелюбными и не источали угроз, иначе бы Морган давно забил панику и тащил бы её по горам и болотам в другом направлении. Если он им доверял, то Даниэль стоило сделать то же самое. Напряжение медленно спадало, позволяя девушке вдохнуть спокойно и выпрямиться, не пытаясь попутно прятаться за спину своего единственного спутника-защитника и не смотреть на окружающих взглядом «кругом враги».
- Пойдёмте, я покажу вам здесь всё, - приглашающим жестом Галион указал на выход. Анайрэ вопреки приглашению не последовала вместе с ними. Даниэль рискнула предположить, что за введение в курс дела новичков отвечал именно он.
Гиллар, встретивший их величественными каменными стенами, изнутри казался маленькой деревушкой. Речи вод пронизывали его, наполняя улицы живыми нитями, крутили колёса маленьких мельниц-пристроек. Деревянные дома, похожие друг на друга вырастали тут, как грибы на каменных улицах прошлого. Место, которое до этого дня казалось забытым и покинутым, заиграло новыми красками жизни. На улицах занимались своими делами люди, иногда провожая пытливо-заинтересованными взглядами чужаков. Резвились дети, расплёскивая воду и пугая стариков; пускали самодельные корабли по речушкам и жили самой обычной жизнью, вдали от столиц и интриг. Вопреки всем опасения Даниэль это место навивало спокойствие. Девушка не заметила, как спустя пятнадцать минут их знакомства с Гилларом и рассказов сопровождающего она начала улыбаться.
В незнакомом месте время пролетело быстро. Незаметно голубое небо потемнело и его осветили звёзды. Ночь пришла в земли Фалмарила, кутая в тёмно-синее покрывало дневное светило. Основные работы в городе подошли к концу, настало время отдыха и ужина. Двух гостей пригласили отведать пищу за общим костром, присоединиться к веселью и увидеть город изгнанников со всех его сторон.
Даниэль с Морганом усадили на широкое бревно поближе к огню. Справа от них расположились знакомые им Галион и Анайрэ.
- Отведайте.
Отвлёкшись от мыслей и любования, девушка перевела взгляд. Перед ней стояла женщина средних лет. Приветливо улыбаясь, она протягивала её две глубокие миски с деревянными ложками. Внутри болтыхалось что-то похожее на густой суп, с плавающими в нём кусками не то мяса птицы, не то рыбы – в свете костра не разберёшь.
- Такого вы точно нигде не пробовали, - подключился к разговору Галион, покуривая трубку. – Это особый гилларский рецепт.
После того, как они с Морганом отведали угощения болотников – удивить чем-то сложно, но Даниэлла поблагодарила женщину и приняла миску с едой. В этот раз девушка не ждала, что полукровка испытает угощение на себе, а принялась есть первой. За попытками добраться до города и изучением его изнутри они забыли и об обеде и об ужине, а желудок требовал долгожданной пищи.
- Вкусно, - девушка улыбнулась, ощутив на языке пряно-острый привкус. Голодный и башмаку будешь рад!
- А от это уже от меня, - появился с другой стороны мужчина. Но в этот раз им протягивали не еду, а какой-то напиток в кружке. Он чадил ароматами незнакомых трав и каждый раз, казалось, играл по-новому.
– Только залпом не пей, - чуть наклонившись к Морандиру, шепотом предупредил Галион.

+1

8

Представление прошло успешно, хотя какой-то очень сдержанный интерес жителей Гиллара к наверняка редким гостям остался.
Любопытно: если это такая уж дыра, почему они отсюда не уходят? Вряд ли дети отбывают по делам отцов. Да и путь, кажется, не столь опасен, за годы можно было и тропы найти, и следопытов воспитать”.
С воздуха город не было видно, с земли он представлялся каменной крепостью. С цветущей под весенним – а по сильвийским меркам уже совсем летним – солнцем буйной растительностью и предгорьем сложно было поверить, что всё это настолько было необходимо. Да и в гилларцах угрозы не чувствовалось. Они к ним точно… приглядывались.
Но наверняка не будут приглядываться к целому вооружённому отряду Метэрленса”, – решил Мор и как-то успокоился разом.
Особенности болотной кухни он ощутил ещё в первые дни, когда они двинулись по реке в большие болота. Вода с растений жгла горло каким-то эфиром, хотя Ке’Лли просто предложил её поджигать или пить понемногу уже в супе. Вообще, четверти растений и гадов в Волчьем следе нельзя было касаться вовсе. Четверть нельзя было подносить к царапинам или просто пробовать на зубок. От оставшейся половины две трети нужно было, чтобы избегать сюрпризов, свежевать, вырезая осторожно железы, кипятить, варить, тушить, морить на солнце и мыть только в дождевой воде, потому что всё, что было под лодкой, касалось первой половины списка, а вода в кувшинках после кипячения вместо слегка наведённой солодкой настойки от горла напоминала уже чистейчий самогон. И только лотосы и немного других растений и – чудо – грибов можно было есть, особо не беспокоясь, или делать их примесями съедобными другие блюда.
Уставший за несколько дней от похожих на кабачки скрещенные с огурцами корней Мор почти удивился, когда нашёл в похлёбке его изумительное отсутствие. И примерно в этот момент в принципе не евший в жизни острое и не пьющий Морган понял, что означает “трубы горят”. От местной кухни хотелось залить рот бочкой какой-нибудь эльфийской ягодной или самого горького эля. И дело не в том, что ему было слишком остро, а в том, что это не слишком сильное ощущение забивало, тем не менее, все остальные. Даниэль сидела совсем рядом, а казалось, что между ними как минимум расстояние мишени на стрельбище. А, может, ему казалось.
Морган принял кружку, кивнув в ответ на совет, и в напитке узнал нотку чёртовых похожих на гигантские немокнущие болотные анемоны невообразимой раскраски “щаш-шь”. И чего-то ещё.
Осторожно отпил парящий, точно крутой кипяток, отвар.
Его язык как будто жидким льдом полили, а затем гланды, нёбо, глотку, все мышцы изнутри. Едва сладковатая, едва отдающая спиртом, удивительно при температуре освежающая штука была очень мягкой на вкус - поверх вот этого первоначального онемения, конечно, и быстро тушила дискомфорт, какой мог остаться от непривычных остростей и пряностей в желудке.
- С-здорово, – пробормотал Мор, забирая кружку из рук радушных хозяев и отпивая ещё, побольше, прежде чем с застывшей гримасой удивления предложить Даниэль. Его вкусовые рецепторы никогда не насиловали так. На родине он и вовсе ел либо какие-то соления, либо пресные блюда, едва присыпанные скудными специями – в основном, не чувствительным к долгому хранению чесноком – потому что любая безвкусная альянсовская капустная похлёбка с одним сеном вместо свежих трав становится лучше, если в неё херануть много чеснока по мнению любого трактирщика!..
Но будь он проклят, ему нравилось. Он просто смог уйти в себя, забыв о дюжине сидящих у костра гилларцев под прорезью неба на перекрестье улиц, над журчащим ручейком. Отдалённо слышал звуки с соседней улицы, которые звали кого-то, уже ушедшего от края их огня в синюю темноту, слышал насвист какого-то незнакомого музыкального инструмента где-то наверху, над оврагом – но не уделял внимания чужим настроениям и смутно-смутно отражающимся в них мыслям.
Фойрр сто лет насилуй ночью, но дай ещё - вот как ему нравилось. А Морган, на минуточку, со своим проклятым даром в плане удовольствий тела жил практически как убеждённый аскет, ну разве что по мясной диете исправно тосковал, пожёвывая кабачковые оладьи, когда мать худела - в детстве, или лотосы, приготовленные или вообще нет – теперь.
Синеглазая лучница, перекочевавшая на освободившееся место напротив, активно жуя кусочек какого-то сухого мяса из своей миски, внимательно наблюдала за реакцией, но не торопилась подходить интересоваться, как новичкам местная кухня, а всё поправляла сползающую с затылка заколку в форме каких-то бронзовых спиралей с деревянными крылышками-ручками.
- Проклятье… – морща куда более податливое (и молодое) после “смытия” шрама лицо пробормотал, отставляя кружку и щурясь на огонь. – Такое ощущение… что у меня мозг замёрз!
Мор успел, запивая добавку, незаметно для себя потерять чувство равновесия сидя, и это было плохо. Сидящий через Дан и ещё одно покинутое место Галион сразу отвлёкся от разговора с наряженным в расшитый под чешую мелкими камушками халат соседом и рассмеялся:
- Я предупреждал, что не стоит увлекаться, коль нет привычки.
- Да я ж вроде… – Мор посмотрел на сухонькое дно, хотя мог поклясться, что только что в кружке была половина, да и из выпитого он много отдал Даниэль. – Ф-фойрр.
Стыдна-а.
И несмотря на то, что “мозг замёрз”, на скулах Мора вмиг можно было жарить яичницу - он опустил голову, чтобы не видеть возможных осуждающих взглядов спутницы, в то же время как понятия не имел, осуждает она его или нет, или тоже купается в спокойствии и умиротворении позднего вечера. Он бросил пару быстрых взглядов, но, пожалуй, слишком быстрых, чтобы прочитать эмоции с уже слишком знакомого лица.
- Нам, наверное, нужно спать?
- О, к слову, – вмешалась лучница, бегая взглядом к эльфу и от него, – у нас редко бывают дома больше, чем необходимо нам, но я готова подвинуться, и Эвенталь, думаю, тоже.
Тот, что в халате, пожал плечами.
- Я вообще могу уступить свой дом, если вам хочется вместе.
Морган застонал из-под невидавшей гребня чёлки и приложил к лицу ладони. Он знал, чем это кончится. как только трезвость опять ударит по нему излишней осведомлённостью о мнении окружающего мира – Даниэль, по большей мере. Разницу с цирком совместного проживания две недели назад составлял тот факт, что стыд был его собственный, без примесей, и аудитория оценила карнавал пьяных эмоций от хмурого парня с рожей-кирпичом искренним смехом, на который от соседнего костра подоспели чьи-то дети и сплетники, которым всегда надо. Вместе с предложениями расселения, по крайней мере.

Отредактировано Морган (2017-05-04 10:24:27)

+1

9

Напиток Даниэлла пробовать первой не рискнула. Эту почётную миссию взвалил на свои плечи Морган, а она с любопытством наблюдала за изменениями в полукровке. Острый суп фалмари пришёлся по вкусу, но любые хмельные напитки всегда ударяли ей в голову. Почти сразу. Выпитые в малых количествах. Отказываться от предложенного было невежливо, а любопытство порождало желание попробовать что-то новенькое. Ну что могло случиться от пары глотков?
Приняв из рук спутника кружку, Ланкре глянула на содержимое. Напиток не имел ничего общего с уже известными ей. Фалмари принюхалась, пытаясь понять, что вошло в состав, но едва ли могла что-то разобрать за разнообразием переменчивых запахов. Изменения в вечно хмуром полукровке бросались в глаза. Это Даниэль с ним прожила бок о бок больше пары месяцев и знала, каким он может быть. У них не было времени распивать в кабаках и радоваться дружелюбной компании у костра. В Гилларе всё происходило иначе. Как в другом мире.
- Боишься? – Галион наклонился к ней и шепнул с насмешливой улыбкой. – И правильно делаешь, - бросил эльф, отдаляясь. Он тут же пригубил из своей кружки. В отличие от Моргана сильвиец в лице не переменился.
«Что я теряю?» Даниэль осторожно сделала пару глотков и прислушалась к ощущениям, пытаясь распробовать напиток на вкус. Не отрава, но напиток расслаблял тело и выгонял из головы беспокойные мысли. Все её опасения, которые неизменно сопровождали фалмари в Скрытом городе, растворялись в кружке под странные песни у костра и весёлые пляски. Фалмари тряхнула головой; рыжие тяжёлые пряди рассыпались по плечам. Мир перед глазами на мгновение поплыл, а потом стало легко и хорошо.
- Даниэль, - позвал её Галион, когда фалмари засмотрелась на пламя костра и танцующие в нём фигуры жителей городка.
- А?
- Есть не забывай, - привлекая её внимание, эльф приподнял миску с похлёбкой к её лицу. Фалмари держала её в руках, но успела съесть лишь половину до того, как переключилась на чудотворный напиток. Расслабиться телом и мыслями – именно то, в чём она нуждалась. Многое свалилось на неё со дня побега из дворца Мэтерленсов. Отдохнуть ей никто не позволял, а эмоциональное напряжение росло в геометрической прогрессии, рискуя в один прекрасный момент устроить девушке эмоциональную взбучку. Она всё думала о тех воинах и невинных жителях, которые отдают свои жизни ради её восхождения на трон. Думала об отце Моргана, который отвлекал внимание воинов Мэтерленса на себя. Думала об Элиоре, который мог попасть в западню князя и погибнуть там за свои идеи, которые никогда не осуществятся. Её пугала мысль о возвращении. Больше, чем змеи на болотах, болотный народец или жители Гиллара. Напиток стал избавлением от мыслей и кошмаров.
- Проклятье…
Даниэль перевела взгляд на спутника и удивлённо вскинула бровь. Ей казалось, что всё происходит как-то медленно, как под водой. Списав этот эффект на действие напитка, фалмари наблюдала за спутником. Она нисколько не осуждала Моргана за то, что он увлёкся местной выпивкой. Сама хороша – выпила… «А сколько я выпила?». Она попыталась вспомнить, но не могла сосчитать ни глотков, ни кружек, которые перепадали ей от Моргана время от времени, пока с другой стороны эльф пытался накормить её, аргументируя это тем, что утром может быть плохо.
Вытянув ноги, девушка закрыла глаза и вздохнула. «Уже забыла, когда в последний раз так спокойно сидела». Их сны были скомканными и наполненными тревогами. Днём они вечно куда-то бежали, прятались, что-то искали. Утраченный покой казался чем-то мифическим и не досягаемым. В этот вечер Ланкре отпустила все тревоги и радовалась исключительной возможностью жить и наслаждаться мгновением. Они слишком редки, чтобы отпускать их и возвращаться к проблемам.
От созерцания пляшущих людей отвлёк вопрос Моргана. Напиток расслабил тело и разум настолько, что Даниэль не заметила, как её начинало медленно склонять не то к бревну, не то к плечу её спутника. Происходящее уже казалось ей мирным и долгожданным сном без тревог. Ей хотелось остаться здесь, устроить голову на плече полукровки и смотреть на пламя костра, не думая ни о чём. Блаженство.
- Вместе? – переспросила фалмари, переводя замыленный взгляд на мужчину, затем с него на Моргана. Она не замечала скрытого подтекста и не понимала, почему полукровка пытается спрятать лицо. Во второй раз. – Ты уже так делал, - не задумываясь, сказала она, смотря на парня. – Когда мы вместе были в купальне.
Что именно он «делал» Даниэлла не уточняла. Каждый, кто стал свидетелем этих слов фалмари, додумал смысл сказанного в силу своей распущенности. Девушка говорила с самым невинным видом и считала происходящее чем-то естественным. Она и тогда ничего не поняла, откуда пониманию взяться сейчас, когда мозги расслабленны?
Эльф присвистнул.
- Поспишь сегодня на воздухе, Эвенталь.
Мужчина пожал плечами – он сам предложил. Даниэль полностью не осознавала, на что их подписали гилларцы, но в трезвом состоянии, не затуманенном выпивкой, всё равно захотела бы спать в одном доме с полукровкой. Спать вместе и спать рядом – вещи абсолютно разные, но она предпочла бы, чтобы второй по комнате был ей знаком. Моргану она доверяла, гилларцам – нет.
- Пойдём, - Галион с поразительной лёгкостью оказался рядом с полукровкой и подхватил того под руку, помогая встать на ноги. – Покажу ваши спальные места и послежу, чтобы ты нигде не споткнулся.
На другом конце бревна благополучно не споткнулась Даниэль, когда попыталась самостоятельно встать. Первый шаг дался с трудом, но, вернув себе равновесие, фалмари глубоко вдохнула, выдохнула и пошла сама. Жилые дома находились недалеко от места плясок. Шум оживлённого города доносился до них внутри небольшого дома.
- Располагайтесь, - эльф с улыбкой махнул рукой на скромное холостяцкое жилище. – Не знаю, где здесь что – найдёте сами. Будет что-то надо – зовите. До рассвета я буду там, - он мотнул головой в сторону двора, намекая на костёр и компанию, которая никуда не собиралась расходиться. Морган с Даниэль фактически первые, кто решил пойти спать, перебрав с ходу.
- Спасибо, - пробормотала фалмари и, полагаясь на чудо-интуицию, побрела вглубь дома в поисках какого-нибудь спального места. В нынешнем состоянии ей было всё равно, где прилечь, главное, чтобы до утра никто не беспокоил. Она с таким удовольствием растянулась на плетёной лежанке, что благополучно забыла о спутнике и сладко засопела, как только её голова коснулась подобия тонкой подушки – от неё пахло какими-то травами, и закрыла глаза.

+1

10

О-очень стыдна-а.
Вот почему говорит она, а стыдно ему, именно ему?
Нет, прошу, пожалуйста, богами заклинаю, заткни свой рот морковкой и не говори ничего!”
Он не видел ещё ни одного по настоящему пожилого жителя в Гилларе, но, может, это и к лучшему, потому что сплетни крепче всего цепляются на языках старых брюзжалок, а тут - посмеялись и забыли. Только ему со всеми было не смешно, даже не малость. Все эти намёки и заигрывания вокруг идеи, что он мог бы что-то иметь с княжной, звучали как большое предательство. И пьяный Мор был даже не готов начинать перечислять, почему.
Подняв, наконец, лицо с рук, полукровка сказал:
- Прозвучало очень плохо, – и поднялся.
Шёл почти ровно. Пару раз запнулся об камни, некуртуазно ворча под нос, но на деревянных лестницах, даже не дав поддержать себя за локоть, не навернулся.
Домишко, деревянный, в который им предлагалось поселиться, был хижиной: полторы комнаты с чашей-жаровней заместо очага, почти никакой мебели, но Морган по непривередливой натуре радовался просто ровной поверхности под спиной вместо ребристых дна и бортов лодчонки и рухнул спать без лишних вопросов, просто стянув кое-как с ног обувь.

9.04.1082

Утро встретило накрывшего запястьем глаза полуэльфа знакомым, но как будто незнакомым ощущением присутствия. Разлепив тяжёлые веки он приметил из своего дальнего угла напротив открытой двери фигуру хозяина хижины, набиравшего из глиняных сосудов воду и какую-то крупу. Не торопясь приветствовать Эвенталя, чтобы не потревожить чутко досыпающую свой последний сон Дан, эмпат молча пронаблюдал из тени за действиями гилларца, а когда тот ушёл – посмотрел в полупрозрачное узкое окно на яркий свет дня, поморщился, и перевернулся на бок носом к стене. Великолепно.
Не то чтобы у него было тяжёлое похмелье: нет, ни как таковой боли, ни как таковой сухости во рту. Он выспался лучше, чем за последние годы. Просто, вспоминая события предыдущих дней, в голове водились… вопросы. Их полукровка ненадолго отложил, решив подремать до подъёма Даниэль.
Дремал он о дверях с засовами и окнах со ставнями.

Наверное, во второй раз он пробудился уже в районе полудня: солнце грело сквозь решётку бумажного окна прямо выложенные поверх плаща руки. Особо не сомневаясь, что фалмари уже не спит, а ждёт момента, чтобы встать, Мор рывком сел, зевнул в кулак, и, бросив ей сиплое “добрый день”, пошёл на немного ватных ногах к тем самым горшкам у двери. Безошибочно определив умывальник в наиболее высоком с затычкой ближе ко дну и выкрутив её, он умылся и хлебнул воды, а затем открыл дверь наружу, впуская тепло и свет дня, отражающиеся от каменных карнизов города в овраге и осматриваясь немного в процессе пробуждения.
Гиллар был построен любопытно. Помимо домов побольше, из обвалившихся камней или вточенных с расчётом и магией в скалу, до самого разлома, в котором подёрнулось перьистыми облаками голубое небо, громоздились ряды небольших деревянных хижин. Какой ребёнок ни мечтал бы здесь о доме на дереве - жил, считай, с малолетства среди них. Перила и скрипучие доски на верёвочных крепежах перемежались с каменными выступами, вдоль некоторых верхних ярусов тянулись канатные дорожки и  перекидывались к домам напротив. Звук меж стен улиц разносился быстро и с эхом, поэтому гул жизни лишь чуть перекрывался свистом птиц, вивших гнёзда рядом с крышами домов их яруса и летавшими над древними руинами. Одна пёстрая свистушка быстро опустилась на уголок тонкой двери.
- Ах вот ты где, исчадье огненных бездн, – с мрачным юморком зевнул на неё Морган и повернулся к фалмари:
- Я точно помню, что я призывал Инквизицию разобраться с этой птицей. Пожалуйста, не говори, что это был только сон.
Хоть один день можно было с неловкой и, может, не слишком понятной урождённой островитянке шутки, когда не нужно опять бежать от опасностей и врагов. Конечно, почти сразу, вернувшись к сапогам и понюхав их придирчиво, Мор стал думать по делу и даже задал вопрос спутнице:
- Чем займёмся? Я предлагаю осмотреться в округе, прежде чем приставать к местным. Может, найдём безопасный пруд, может, постреляем.

Отредактировано Морган (2017-05-05 12:22:38)

+1

11

Сон был светлым. Впервые за долгое время Даниэлла спала без кошмаров. У неё не было желания жаться спиной в угол или поглядывать в сторону Моргана. Она боялась остаться одна в абсолютно незнакомом месте, но тревоги оставили её. Напиток подарил чудотворный сон и с ним пришёл долгожданный покой. Окрещённые «голубками» спали по отдельности, чем, наверное, удивили хозяина дома. Эвенталь не будил гостей и не выгонял их из хижины. Верх гостеприимства. В нормальном состоянии – точнее, том, каким он оно стало после череды приключений, фалмари заподозрила бы что-то неладное. Давно им не встречались настолько добрые люди, а ждать добра от тех, кто по слухам причислен к преступной части двух народов, и того глупо.
Ничего из этого Даниэль не тревожило. Она спокойно спала, видела тридесятый сон и в том находила своё долгожданное счастье. Ни тебе Ордена с его замашками на трон, ни взбалмошного и самовлюблённого Каэля, который пытается почесать им рёбра своими заклинаниями. Никакой ответственности за бедный и истерзанный народ и совести, воющей в груди по погибшим воинам. Ни-че-го. Наслаждение.
Фалмари так сладко спала, что, тиская подушку, улыбалась во сне или издавала звуки похожие на смех, сквозь сон. Лучи солнца, ворвавшись в комнату наверху, не смогли потревожить девушку. Чудная плетёная кровать имела форму приплюснутого яйца. Тонкие стенки, напоминающие рыбацкую сеть, разбивали солнечный свет, играя мириадами дневных звёзд на спине девушки. Ланкре спала, отвернув лицо к стене, и не думала просыпаться до полудня.
Когда сон отступил, она сонно приоткрыла глаза, пару раз сморгнула, пытаясь окончательно избавиться от сладкого марева. Даниэлла чувствовал себя удивительно легко и умиротворённо. Ничего не поминало ей о выпитом. О похмелье она знала немного, но, кажется, ничего плохого ей в этот раз не светило. Галион постарался и накормил гостью сытным супом, чтобы обезопасить её от плохого впечатления о посиделках с гилларцами у костра. Ни тумана в голове, ни тошноты.
Даниэлла не торопилась вставать. Ей не хотелось отпускать это мгновение. Напиток перестал влиять на неё, а в голову неизменно закрадывались мысли о том, что так спокойно ей уже никогда не будет. Это редкое исключение, единичный случай, о котором они забудут с наступлением нового дня. Пока Морган спал или создавал видимость сна, Ланкре перевернулась на бок и смотрела на город через узкое окно. Никогда бы не подумала, что в таком месте может жить удивительный народ. Столько всего необычного и нового. Даниэлла надеялась, что хорошее впечатление о жителях Скрытого города закрепится за ними и им с Морганом не придётся жалеть о том, что они остались.
Зевок полукровки стал сигналом к пробуждению. Девушка перевела взгляд на спутника и ответила на его реплику:
- Доброе… уже день? – фалмари перевела взгляд на окно, пытаясь понять, как долго она проспала. Сам факт того, что они оба спали до полудня, это что-то из ряда вон выходящее. – Я много вчера выпила? – она не помнила всего, но надеялась, что не успела сделать что-то неправильное.
Даниэлла села в постели, подогнув под себя ноги. Она не торопилась вставать. Никуда не хотелось идти. Она предпочла бы весь день проваляться в хижине, но понимала, что такой роскоши ждать не придётся. Фалмари встала, когда Морган обратил её внимание на птицу.
- Мора, - девушка улыбнулась, увидев зловредную любимицу. Соколица пропела трелью, избрала в качестве любимой жерди плечо полукровки и принялась клевать чёрную косматую прядь. – Мне кажется, что с ней никакой инквизитор не справится.
В качестве подтверждения Мора клюнула полукровку в ухо и стремительно спорхнула с его плеча, взмывая в небо. Из облаков доносилась трель.
- Полагаю, она смеётся.
Другого Даниэлла от птицы не ожидала. Она с самого начала их знакомства проявляла специфический интерес к полукровке и искала повода донимать его не хуже хозяйки. Подарил на свою голову. Предложение осмотреться казалось фалмари чем-то странным. В силу того, что у них никогда не было времени на свободное блуждание. Возможность искупаться в источнике, который не имеет ничего общего со странными призрачными водами или не служит домом для плотоядных змеежорок, давно манила жительницу Силвы.
- Я бы поплавала, - фалмари встала с постели и босыми ногами по прохладному дощатому полу прошла до двери. Возле неё доски медленно нагревались от солнца и отдавали приятное лёгкое тепло коже.
С наступлением совершеннолетия контролировать вторую ипостась стало проще, но продолжительное время без воды сказывалось.
- Пострелять тоже хорошо, но сначала бы в воду, - найдя свою обувь, Ланкре с неохотой натянула её на ноги, усевшись прямо на пол. Морган не испытывал острой необходимости в купании и мог спокойно обходиться без него, пока голова не станет нестерпимо чесаться, а в волосах не разрастётся горсть ползучей пищи для соколицы.
Девушка первая вышла на улицу и осмотрелась, пряча глаза в тени. Гиллар кипел жизнью. Каждый житель занимался своим делом, работал на благо города и семьи. Нигде не было видно их провожатых или хозяина дома, который любезно предоставил им место для ночлега. У них была возможность пройтись по городу и лучше познакомиться с местными и их бытом, но незваные гости решили выбрать путь менее населённый и уходящий куда-то за пределы города. Его жилой и рабочей части.
Естество представителя народа волн, истосковавшись по воде, вело Даниэллу, словно компас. Она чувствовала, что где-то там, за высокими деревьями и мховым ковром под ногами, прячется что-то из водного массива. Или озеро, или река. Она обрадовалась бы любому варианту, если там можно хотя бы ноги намочить без страха остаться без них. Искомое место нашлось относительно быстро, когда оба успели изучить дорогу, проложенную через заросли не то природой, не то жителями Гиллара, которые время от времени забредали в это место. Деревья расступились, выпуская двух путников на сочно-зелёную поляну. Ветер шумел, цепляя ветви деревьев. Небольшие волны пробегали по поверхности озёрной глади. Старое дерево, росшее на берегу озера, набекренилось. На нём не было ни единого листка, а ствол его покрылся мхом и травой. Спутавшиеся ветки низко опустились над водой, что при желании можно было, не намочив ног, коснуться поверхности озера. Место казалось фантастически прекрасным. На другом берегу озера Даниэлла видела оленя – он пришёл напиться воды. На ветви дерева сидели птицы и заводили весёлую трель, перекликаясь с шелестом листвы.
- Как будем проверять? – Даниэлла бросила взгляд на полукровку через плечо. После знакомства с жителями болот, она не рискнула бы купиться на красивую картинку в лесу. Вдруг и здесь водились подводные твари?

+1

12

- Да уж поменьше меня, – скорее отрицательно, чем неодобрительно ответил Мор, – раза в два так точно.
Оценивать крепость и тяжесть местной бормотухи он был явно не компетентен, но то, что при всём мгновенном эффекте по шарам она не превращала голову в свинцовую гирю наутро – было всяко здорово. А уж лёгкость и независимость от чужих эмоций и эманаций ауры…
Стоило позаимствовать рецепт, если они задержатся здесь.
Подув на наглую птицу в тщетной попытке её согнать, полукровка смирился с судьбой насеста. Внимание Даниэль, впрочем, было почти обидно, и эмпат неосознанно расцепил пальцами узелок волос за ухом, пока отделял лишнее содержимое сумок от колчана и своей небольшой охотничьей, пока в ней не остались только прутья для подвешивания туш и пустые бурдюки на дне. Когда они выходили из города в сторону северных предгорий, Мор чувствовал на себе всё те же внимательные взгляды местных, и кивнул назад кому-то из лучников на естественном парапете, уходя в крепко заросший тоннель.
Несмотря на горки и заросшие осколки древней архитектуры, к северному краю от руин Гиллара всё цвело. Вода бежала с гор, скапливаясь в подобные чашам пруды и озёра вдоль потоков. Камни и земля там, где вода текла, имели белый с серебристым приблеском цвет, который светился в освещённой воде и шёл солнечными зайчкиками, подсвечивая голубовато-зелёную прозрачную гладь.
- Могу тебя кинуть туда, например, – дёрнул бровью Морган. – Или сама полезешь? Я могу отойти, осмотреться. Здесь, кажется, не слишком пуганые угодья
А сколько жило-то их, эльфов и ламаров с полукровками в Гилларе? Сотен десять-двадцать? И он не видел ни одного старика. И если питались местные не одним рисом и рыбой и лотосом, что-то они должны были брать с этой земли? Дичь, травы, плоды. Тропы, натёртые скорее потоками, судя по побудевшей глазури поверх камней и скал, могли быть просто руслами ручьёв.

+1

13

- Могу тебя кинуть туда, например.
-
Даниэль не привыкла к шуткам в исполнении своего спутника. Таинственное воздействие гилларской выпивки на псионические способности эмпата остались за гранью понимания фалмари. Она и о даре ничего не знала, что уж говорить об его временном блокировании. Слышать подобное от Моргана было откровенно непривычно… и странно. Он никогда не отличался склонностями к юмору. Эмоции на его лице читались откровенно плохо. С течением времени, которое они проводили вместе с виллу определённых обстоятельств, девушка начинала привыкать к особенностям их общения. Она – эмоции, он – мозг.
- Ха-ха, - саркастично буркнула Ланкре в ответ на шутку. Это же шутка, да? Присмотревшись к полукровке, девушка надеялась найти на его лице намёк на улыбку или смешинку в глазах. Любую мелочь, которая подтвердит ей, что она мыслит в правильном направлении, а если нет… Пара шажков от спутника. Так, на всякий случай. Вдруг она вчера сказала или сделала что-то такое, что ему не понравилось?
Постаравшись припомнить детали вечера, утонувшего в напитке, Даниэль не нашла там ничего косвенно подозрительного. Фалмари пожала плечами. Она привыкла к тому, что время купания, когда пропала необходимость платить за бочки и ютиться в узком пространстве, проводила в полном одиночестве. С потеплением необходимость в помощи со стороны полукровки отпала и Ланкре свободно справлялась сама.
О полотенце она вспомнила с запозданием. Возвращаться за ним было уже поздно, а просить Моргана принести – он не личная служка орденом провозглашённой княжны. Или княгини? Как правильно? Князь-то с женой почили и она единственная законная претендентка на трон. Вроде бы.
Отмахнувшись от ненужных мыслей, она замахала руками.
- Иди-иди.
Не станет же она раздеваться при нём. В самом деле. Подождав, пока Энгвиш уйдёт на достаточное расстояние, чтобы не смущать её своим присутствием и в понимании Даниэль не сможет ничего увидеть, девушка осмотрелась. По близости не было никого, кто мог бы ей помешать. Животных в расчёт она не брала, а потому взобралась на поваленное дерево. Ловко пройдя по нему до самого края, фалмари быстро сбросила запыленную одежду и осторожно коснулась пальцами озёрной глади. Вода в это время года была не такой тёплой, как в Альвийских водах, но терпимо прохладной. После продолжительного катания на лодке без возможности окунуться в воду, Даниэлла радовалась любой возможности прикоснуться к родной стихие.
Магически «прощупав» воду на наличие живых тварей, которые могли бы размерами вызвать у неё сомнения, девушка нырнула.

Наслаждение затопило её. Даниэлла не заметила, как быстро пролетало время, проведённое в воде. Она опомнилась, когда руки начали приятно ныть после продолжительного купания. А в озере и в правду не было никого опаснее мелких рыбок. По крайней мере, никто из них не попытался откусить от неё кусочек.
Фалмари подплыла ближе к вещам и устроила руки на ближайшей ветви дерева, не торопясь выбираться из воды. Она отдыхала, пытаясь осмотреться.
- Морган, наверное, уже все окрестности обойти успел.

+1

14

Она что, обиделась?
Ну, может, он ошибся, и вышло действительно обидно. Мор смутился – чего это он так, – и поспешил удалиться и предоставить даму самой себе. Не прыгать же следом, смущать и причинять неудобство, которое неизменно прилетит в ответ ему по затылку. Он ей даже не друг детства, в конце концов. Он её спонтанно назначенный телохранитель.
Морган быстро выкинул нежеланные рассуждения из головы, выйдя в охотничьи угодья и сосредоточившись на поиске дичи. Невольно вспомнилось, как он жил последние годы, до всей истории с орденом. Эмпат не привязывается к каждому встречному живому существу. У него никогда не возникало проблем с дрожащими при выстреле руками. И разорванная, пусть и ненадолго, зацикленность на постоянной спутнице напомнила ему кое-что прекрасное: как быть наедине с собой и полностью собой. Наполнив бурдюки от ближайшего чистого ручья – на вкус вода казалась приятной, но какой-то мучнистой, что ли – Мор поискал ещё немного по округе зверей, с помощью чувства присутствия, и вышел на свежий след. Горный козёл с узорчатыми рогами наклонил бородатую бошку и завозил языком над одной из чаш-прудов. Правда, выстрелить, устроившись на камне с другого подхода к воде, Морган не успел. Козёл упал от чужой стрелы, прилетевшей откуда-то выше. Охотник замер, опуская лук, но вскоре увидел пару остроухих: Анайрэ и мальчика-подростка. Его они не видели, пока, негромкими голосами обсуждая чистый выстрел юноши. Ах, первые трофеи – дрожащий от восторга голос стрелка резонировал с аурой. Анайрэ сохраняла блительность: судя по всему, по масштабам города изгоев, она была сродни лейтенанту их стражи, и с чего бы она повела подростка на учебную охоту, не будь необходимости – непонятно. Видимо, гилларцы всё же жили проще. Наконец, увидев, что двое убрали луки и оттащили тушу от воды, разделывать, пока свежа, полукровка двинулся из укрытия.
- Привет, – как можно тише подойдя к краю колючих зарослей, окликнул двоих Мор, убирая чёлку с глаз, чтобы они его могли признать. Парень поднял голову, но был осажен шиком "внимательно!" и вернулся к разрезу брюшины. Вместо ученика ему отвечала Анайрэ.
- О, здравствуй. Вы внезапно ушли, но Эвен сказал, что оставили вещи. Изучаете угодья?
- Да, и водоёмы
Анайрэ кинула юноше верёвки и встала, чтобы по камням пропрыгать к собеседнику. Сделав это, она снизила голос до привычного охотникам, низкого, не прыгающего эхом об деревья и скалы.
- Это очень хорошо. Мы вчера забыли спросить: вы надолго? Остаётесь, или случайно набрели и пойдёте дальше?
- Не знаю, – пожал плечами Мор, – не то чтобы нам есть, куда идти. В Сильмариле нас выставят за границы на первой же заставе, в Фалмариле завязывается гражданская война.
- Понятно… – синие глаза посмотрели куда-то поверх плеча полукровки задумчиво, после чего женщина выудила из поясных сумок нечто похожее не то на флейту, не то на свисток, не то каменную, не то из окаменевшего в воде дерева. – Держи. Закрывай два крайних отверстия, чтобы свистнуть двумя сериями по два сигнал от ближайших наших, в первые два протяжно два-три раза – опасность, последние два – долго, не смотри, что звука не будет – в сумерки отогнать хищников, если надумаешь выйти на закате за ночным зверьём.
Такая щедрость казалась удивительной.
- С-спасибо… А что, свирепые хищники? – поинтересовался Мор.
- Виверны, кэльпи, твари разные. Вы плавали с болотниками, слышали, наверное, про всяких. О – от плотоядных росянок-переростков и кэльпи свисток не спасает, он в основном чешуйчатых пугает, но и то хорошо. На змей не нарвётесь хотя бы.

Оставив охотников с добычей одаренными сдержанными, но искренними благодарностями, Морган отправился по дуге в сторону, где оставил Дан, разглядывая по пути свисток. Совсем небольшой, на ощупь – ни холодный, как камень, ни цепляющий тепло как дерево, светло-серый кусок материала с резьбой и парой похожих на зелёный янтарь камней у "задней" оконечности, по которым на ощупь было легко её распознать. Он даже свистнул в воздух два раза по два, и откуда-то издали ему прозвучал не один, а даже два ответа. Любопытно гилларцы приспособились жить меж горами и болотом – даже лесные эльфы редко использовали пугалки, хотя виверны были бичом существования селян и с той стороны Светлых гор. Их предпочитали всё-таки отстреливать, если крылатые селились слишком близко к угодьям внизу.
В густых кронах, каскадом идущих вместе со склонами белых скал, золотилось солнце, уже покинувшее зенит и, чуть ли не больше грея, переползавшее в ранний вечер. То ли ему так не повезло, то ли он плохо искал, но Мор не подстрелил даже мелкой дичи, которой вокруг по смутным ощущениям роилось побольше коз.
- Я встретил вчерашних знакомых, – прямо в спину Даниэль, почувствовав её раньше, чем увидел за подлеском, сказал полукровка. – Мне выделили свисток для опознавательных сигналов. Кажется, это повышение ранга, правда стоило оно мне упитанного рогатого. Как вода?

+1

15

Любовь к воде оставила бы её навечно жить в любом подходящем водоёме, но находиться на чужой территории в незащищённой форме слишком рискованно. Даниэлла, конечно, могла затаиться на дне или попытаться уплыть, но… в озере, даже таком большем, особо нигде не спрячешься. В Гилларе благополучно уживались и эльфы, и ламары, а последним не составит труда догнать её и поймать в родной стихие.
«С каких пор я стала такой параноидальной?» Фалмари удивилась пессимистичным мыслям. В последнее время они преобладали в её голове. В каждой мелочи Даниэлла пыталась рассмотреть подвох и явно с этим перебарщивала. Беззаботная жизнь, к которой она привыкла, сломалась после знакомства с Морганом. Ничего не менялось продолжительное время. Девушка пыталась приспосабливаться к новым условиям. Иначе в большом мире выжить получалось с трудом.
Видя, что Морган не торопится возвращаться, Даниэлла самостоятельно забралась на ствол дерева. Поднять хвост по-прежнему было тяжело, в особенности на такую высоту, но фалмари значительно упростила себе жизнь одним заклинанием. Водный поток закружился вокруг её хвоста и предположительных бедер, скрытых под чешуёй, и вытолкнул её на поверхность. Для первого раза заклинание выдалось немного корявым – слишком сильным, из-за чего девушка шлёпнулась пузом на толстую ветку, на секунду потеряв дыхание от неожиданности, но в конечном счёте это помогло ей выполнить поставленную задачу.
- Без полотенца плохо, - вздохнула фалмари, вспоминая, что эту деталь они благополучно оставили с остальными вещами в чужом доме. – И как теперь выкручиваться? – Ланкре смотрела на рыбий хвост, который сначала попыталась тщетно стряхнуть, но под опасный скрип дерева передумала. – Может, магией попробовать…?
До возвращения Моргана она могла экспериментировать во всех направлениях. Подняв ладонь над хвостом, Даниэлла собралась попытаться направить все капли воды в одно направление и вернуть их обратно в озеро, когда ей помешал Энгвиш. Спутник вернулся к ней. И не с пустыми руками.
- Я бы предпочла, чтобы они дали тебе еды.
Свисток – тоже хорошо, но зачем он им сейчас? Фалмари после купания успела немного взбодриться, а вместе с утраченными силами, которые ушли на переход и на плавание, пробудилось желание что-то кинуть в пустой желудок. Урчание ей успело надоесть. «Интересно, за какие заслуги ему сделали такой подарок? И вообще зачем он нужен? Уж не за пивные подвиги награда». К чужакам отнеслись добродушно и гостеприимно. Даниэлла надеялась, что за этим ничего не кроется, но что-то же заставляет гилларцев вот уже какое поколение по счёту оставаться изгоями и сторониться жизни в других городах Фалмарила и Сильмарила.
- Как вода?
Ланкре хитро улыбнулась. Магическая энергия, которую она собиралась направить на заклинание, чтобы искусственно высушить себя, она направила в другое русло. Моргану всегда доставалась уже грязная вода и очередь второго на купание, если вообще доставалась. В этот раз в их распоряжении было огромное озеро, а у фалмари после купания настроение стало игривым. Почему бы немного не пошалить, пока есть такая возможность?
Соизмеряя силы, чтобы ненарочно не навредить своему спутнику, фалмари направила на него волну, чтобы вслед за ней утянуть его в воду и позволить полукровке на собственном опыте оценить, насколько хороша вода в озере. Конечно, стоило бы дать ему время раздеться, чтобы не мочить одежду, но… так веселее!

Заклинания: «Струя воды» и «Цунами»

+1

16

Мор, может, и успел почувствовать, что дело нечисто, но отреагировать – нет. Попытка пригнуться и забросить подальше в кусты лук с сумкой не увенчалась успехом: то есть лук, конечно, оказался на ветках, а вот полукровку смыла водяная варежка, поднявшаяся из водоёма. Он хлебнул всё той же, как будто мучнистой и слегка солёной и покалывающей пузыриками и резко, несмотря на накатывающее на легко плещущуюся фалмари веселье, запаниковал, стараясь всплыть. Ноги его смогли оттолкнуться ото дна и ускорил всплытие.
Вдохнув воздух и откашлявшись, полукровка набросился на юмористку:
- Фойрр… Даниэль, за что?!
Водяные затычки из ушей с громким хлопком вытекли, но дело было не в этом. Его руки так и замерли, не взявшись за серебрящиеся чешуёй плечи. Из-за паники ментальные щиты упали, и эмпатическая отдача его настигла, как только страх за свою жизнь сошёл на нет. Руки промокшего в секунды насквозь полукровки задрожали, и немного натужный смех вырвался из него, как воздух из затянутого туго тряпичного мешка. Лицо у полукровки было тоже не сказать, чтобы весёлое, и смешки давались ему как охрипшей собаке лай. Пальцы рук медленно пропутешествовали к лицу, часть зарылась под липнущую на глаза и скулы шевелюру. Боги, как он ненавидел это. Как он ненавидел из-за чёртовой эмпатии свою скрывающую под ледяным фасадом типичного некроманта свои страхи и страсти мать, всегда какого-то прохладного и непонятного под шутливым обликом отца, всех этих эгоистичных лжецов вокруг, Даниэль… даже Даниэль. Мир разумных существ никогда не оставлял ему немного места для себя, и это было просто несправедливо. Он, может, никогда не хотел знать, что кому-то из постояльцев таверны за стенкой жжётся в штанах.
Нужно было подождать, пока перекрёстная волна успокоится… Мор быстро стащил с ног сапоги, кинул их на берег, и погрузился с головой, задержав дыхание и ничего не говоря фалмари. Несмотря на то, что в воде было полно солей и минералов, открытые глаза не жгло, а прозрачность очаровывала, напоминая о странном купании в заводи посреди болот. Те духи, в отличие от смертных при телах, были такие чистые, что Морандир был бы не прочь провести в их обществе пару сотен лет, отведённых ему при рождении.

+1

17

Видали, как Морган эффектно и пафосно выкинул свой лук? Ну, ладно. Не особо пафосно, но за секунду до того, как водяной рукав, опасно нависнув над его головой, обрушился на полукровку. Энгвиш всеми силами пытался спасти своё добро, понимая, что не успеет увести от водяного запала фалмари свою собственную задницу.
ПУФ!
Морган против своей воли оказался под водой на радость Даниэлле. Шутка удалась, как ей показалось. Она не обладала псионическими задатками, поэтому весь спектр эмоций спутника остался исключительно при нём и никаким образом девушке не передался. Ей казалось, что немного разбавить их унылые дни, проведённые в бегстве, не так уж плохо. В любом случае они не смогут надолго задержаться в Гилларе, а возможность развлечься и наслаждаться жизнью выпадает слишком редко, чтобы упустить её сейчас.
Даниэль забеспокоилась, когда её спутник скрылся под водой и не показался на поверхности. Секундная накатившая тревога улетучилась, когда мокрая косматая голова Энгвиша показалась над поверхностью озера, а сам он эмоционально обратился к ней.
- За постную физиономию! – крикнула фалмари, размахивая хвостом над водой. Девушка продолжала улыбаться. Настроение было отличным. Она выспалась, погода чудесная, вода рядом, а они впервые за долгое время не хватают свои вещи и не бегут, сломя голову, в какие-то неизведанные дебри. Почему бы немного не расслабиться?
Вымокшему полукровке, похоже, ничего не оставалось. Энгвиш выкинул на берег промокшие сапоги, а сам нырнул под воду. При желании и обиде на шалость со стороны девушки он вполне мог развернуться и выбраться на берег, а не оставаться в озере. Его никто не заставлял оставаться в воде, несмотря на то, что засунули в неё насильно.
Не желая оставаться над водой, Ланкре спрыгнула с дерева. Ей стало немного жаль усилий, которые она потратила на то, чтобы вытащить свой хвост из воды, но, если удастся немного поплавать с полукровкой и расслабиться, почему бы и нет? По крайней мере, Даниэль на это рассчитывала, поэтому вскоре оказалась под водой. Передвигаться в родной стихие ей удавалось значительно быстрее, чем двумя ногами по земле, поэтому она быстро оказалась возле спутника и, чтобы ненароком не испугать его и тем самым не лишить воздуха, пустила в ход ещё одно заклинание, чтобы облегчить Моргану жизнь. Ланкре не думала, что ему захочется исследовать дно озера и долго находиться под водой, но решила потратить немного маны. Вдруг из этого что-то выйдет?
Она улыбнулась полукровке. Под водой у них не было возможности говорить другу другом даже после активации заклинания. Оно позволяло Моргану дышать под водой, но не даровало ему жабр или способностей ламаров общаться друг с другом без слов.
Мимо них проплыла стая розовых рыбок. В лучах солнца, которые пронизывали воду, будто нити, их бока и хвосты отливали золотом. Морские жители, кажется, нисколько не боялись незваных гостей. Даниэлла легко протягивала к ним руку и касалась полупрозрачных плавников. Внизу растянулась песочная поляна, окружённая садами водорослей. Конечно, в таком месте не найдёшь ни ракушек, ни устриц, ни красивых кораллов, из которых фалмарильцы делают самые разнообразные украшения. В этом месте было своё особое очарование, хотя Даниэль не надеялась, что Морган сможет её понять.
Взяв парня за руку, она мягко тянула его за собой. Двигаясь над песчаным дном, они вклинились в сердце стаи рыб. Ланкре пыталась высмотреть какое-то существо, обитающее на дне озера. Не мог такой большой водоём стать домом для маленьких рыбок и не приманить более крупного обитателя.

Заклинание «Королева потока»

+1

18

Не смешно. Вот реально, совсем не смешно, не приятно, не весело, и даже не всё равно. Попробуйте быть поглаженным со снятой кожей, нежность сразу иронично превращается в пытку. Даниэль намёков не понимала. А, может, Мор просто недостаточно постарался, чтобы донести мысль, что плескаться не расположен, пытаясь разорвать дистанцию. В итоге вода вокруг запузырилась: фалмари соскользнула вниз, забыв, что собиралась просохнуть.
И снова чужая магия, от постоянного прикосновения которой восприятие саднило и тело хотелось расчесать в кровь. Ар-р-р-р!
Мор царапнул горло, чувствуя, как в его кожу насильно впитывается редкий воздух из водоёма, наполняя лёгкие и заставляя отпустить задержанное дыхание, дать воде залить носоглотку, потому как её функции были временно не нужны. Княжна топила эмпата в своём искреннем веселье, и его лицо так и застыло в выражении не то улыбки, не то плача. Одежда постепенно потеряла все свои пузыри, выпуская их следом за струйкой воздуха изо рта, и Мор садился на дно, как если бы сползал по шершавому стволу дерева. Внимание рыбодевы было сосредоточено на незначительных вещах, а ему так нужны были покой и сосредоточение, чтобы вновь выделить себе место в мировосприятии. И, вот подстава, его голосовые связки не были предназначены для разговора под водой, а выставленные раскрытыми ладонями перед собой руки можно было трактовать по-разному, не только как “прекрати, уймись, хватит”.
Он был слишком занят восстановлением самосознания, чтобы почуять сонное шевеление где-то в глубине, где-то под обрывающейся белой стенкой чаши, откуда тянуло холодной водой. Когда прикрытые в тщетной попытке помедитировать при беспокойной фалмари на расстоянии вытянутой руки раскрылись, нечто крупное в гроте, закрытом зарослями водорослей в противоположной стороне от их спуска в озеро. Но отреагировал Морган быстро: он оттолкнулся ото дна, тронул одной из рук Даниэль за что пришлось, и показал наверх.
Срочно, срочно из воды.
И почему ему было необходимо купаться в стрессе и панике, чтобы ощущать реальность не через призму чужих эмоций?
Мор быстро выпрыгнул, помогая себе руками об колючий лесной пол, нависавший над белым боком озера, и постарался зарыться стопами как можно глубже в тонкий слой почвы, чтобы предложить руки Даниэль как поддержку. Впрочем, пока она всплывала, он нашарил брошенный и не смытый вниз лишь из-за сучьев на берегу свисток, и продул его, зажав два последних отверстия, Свисток проплевался водой и стал беззвучен, но каким-то образом полукровка почувствовал свист своими висками, которые сжало в тиски. Тогда он прекратил, прислушиваясь к глубине.
- Потом объясню, – сказал он фалмари, вынимая её, пока сам начинал дрожать от прохладного ветерка с гор по мокрому телу с тяжёлой обтекающей одеждой. И всё же снизошёл до самой неважной из подробностей. – Кажется, озеро – часть подводных пещер, я почувствовал на дне холодные течения.
Присутствие исчезло, словно его не было, и Мор был готов уже поклясться, что ему показалось вообще, так ему хотелось разбить давление Даниэль на его незащищённые нервы. Он быстро, пока фалмари не озаботилась чем-то так ярко и направленно, как умела, постарался очертить круг своих забот и сосредоточился на… обидка подойдёт. Её-то вещи остались в стороне от атаки, верно? А ему в одной смене идти, надеясь на слабеющее тепло солнца, катящегося к закату, и это было более чем дискомфортно. Босяком – потому что поди засунь ноги в мокрых тряпках в мокрую кожу, и посчитай число водянистых и кровавых мозолей после.
Сегодня воды хватит. Пошли назад.

+1

19

Веселье не состоялось. Все попытки Даниэль немного развеяться и снять напряжение – как рыба об лёд. Толку мало, а тот, что есть – не устраивает. Поняв, что быстрее разобьёт себе голову, чем добьётся своего, фалмари отступила. И откуда неожиданно взялось чувство обиды? Словно не она его насильно в воду затащила, а он ей устроил неудачную прогулку на двоих. После нескольких тщетных попыток, Ланкре отступила. Пусть сам в своих чувствах варится, раз он так привык. Её потуги что-то изменить никогда не приносили ничего хорошего. В особенности сейчас. «Мне всего на мгновение показалось, что это место может что-то изменить».
Чувствуя себя полной дурой, девушка, не пытаясь выяснить причину, которая выгоняла полукровку из воды в темпе вальса со стрелой в заднице, поплыла наверх. Продолжать находиться в воде - было бессмысленно. Свою жизненно важную необходимость близости с водной стихией она уже получила, а для большего настроение резко пропало.
Не обращая внимания на то, чем занят полукровка, Даниэлла самостоятельно выбралась из воды. В этот раз она одним рывком смогла вытянуть себя из озера и тяжело опустить хвост на дерево. Ветка жалобно пискнула, но не треснула. Испорченное настроение придаёт сил на то, с чем раньше справляться приходилось при помощи магии. Во всём есть свои плюсы. Желая как можно быстрее расправиться со всем и вернуться в жилую часть Гиллара, Ланкре натянула на себя часть одежды. Прямо так, на мокрую от воды кожу – эльфийская туника скрыла всё, что необходимо. Была бы чуть длиннее, могла бы сойти за почти приличный вариант, а не едва-едва прикрывающий бёдра. Даниэль этот момент совершенно не волновал. Под воздействием магии вода собралась с тела в один голубой шар и вернулась в озеро. На месте длинного хвоста появились более привычные ноги, а их обладательница довольно ловко босиком направилась по стволу дерева к земле, прихватив с собой свои вещи.
Вспомнив о своём спутнике, Огонёк обернулась, уже стоя на берегу, где их навряд ли могло достать какое-то водное чудовище. В несколько привычных жестов, но чуть более резких, чем требовалось, фалмари попыталась тем же способом «отжать» воду с полукровки. Это были её извинения за доставленные неудобства, но настолько показательные, что выглядели они скорее, как жест обиды, нежели вины.
На что обиделась, спрашивается?
Не тратя время на пустословие. Тем более что говорить не хотелось, фалмари направилась в город той же тропой, какой они пришли сюда. Необходимости задерживаться у озера не было, поэтому она с вполне чистой совестью торопилась вновь оказаться в шумном Гилларе, на полпути благополучно вспомнив об остальной одежде. Краснея, но всё так же чуть хмурясь, фалмари сдула с лица упавшую рыжую прядь и привела себя в подобающий вид.
- А мы думали, где вы уже запропастились, - с улыбкой и подтекстом в словах их встретил Галион. Не получив ответной реакции – девушка прошла мимо него, эльф перевёл взгляд на полукровку. – Что это с ней? – окинув взглядом Моргана, он усмехнулся. – Тебя как прачка об камень отбила, - намекая на потрёпанный вид, Галион решил продолжить тему в том же шутливом тоне: - Выбрал неудачный день?

Заклинание «Струя воды», использовано дважды

+1

20

Моргану безбожно хотелось чесаться. Он и чесался весь на обратном пути, как будто сгоревший на солнце идиот.
Нет, у него не слезала от простой стихийной магии кожа. Да, он даже не всегда раздражался от таких количеств. Это было что-то, говоря не свойственным таким простым парням (простым, три ха-ха два раза) языком, психосоматическое. То ли Дан обиделась на то, что он не поддался на её игривое настроение, то ли ещё что, но лучшего убийцы любого настроения на остаток дня придумать было сложно. Даже проклятая птица, нашедшаяся  несколько после мерзкого свистка, знала лучше, чем дёргать полукровку за оставшиеся влажными после схода капель воды волосы или листовидные уши. Так и почесали, как упрямая парочка закадычных друзей: друг на друга раздражённые, ни один не прогнулся спросить в чём дело или извиниться – пошли живо, без песен, дружно нахер.
Точнее, в скрытый город Гиллар.
Приход к очагу цивилизации никогда не казался ему спасением, до путешествия по болотам. Мор особо не задумывался о причинах такого разрыва со спутницей, но ему и не хотелось. От долгого уединения вдвоём они уже тридцать раз могли приесться друг другу, а скучающие люди, если не вздорят, только больше под кожу друг другу залезают. А это было ещё хуже и опаснее, особенно если в таких близких отношениях у сторон были разные причиндалы, но не было будущего.
- Да так, у дамы интересные методы использования магии в быту и неудачные шутки, – на эльфийском ответил Мор, зная, что Даниэль не вполне его знает, если что и подобрала ушами за время пребывания в Сильмариле. – По крайней мере я - не оценил.
Подтекст из разряда “брови-брови и хитрые и глупые рожи” от него не укрылся, и полукровка едва удержался, чтобы не закатить глаза. Сначала ханжески стесняющаяся своих вполне прикрытых телес фалмари – боги! Фалмари! Та, чьи собратья всю жизнь одеваются лишь чуть скромнее шлюх в вампирском борделе – не в смысле разрезов, вырезов и прозрачности юбок, а в смысле, что меньше слоёв! – теперь ещё намёки. Опять намёки.
- Я ничего сегодня не словил, – задержавшись с гилларцем поболтать и позволяя девушке удалиться, чтобы одеться приличнее в одиночестве, сказал Мор.
- Ничего, Анайрэ сказала, что вы друг друга чуть не застрелили.
- Преувеличила.
- В любом случае, ждём вас как стемнеет за костром.

А за костром можно пожрать и выпить, выпить и пожрать. И поболтать с другими живыми существами, чужими, прохожими, друзьями на пару недель, пока они с Даниэль не сообразят, что ещё делать. Ночью Морган задержался, громко хохоча над нелепицами из охотничьих баек, принесённых близнецами-лучниками от соседнего костра, а утром смотался с ними же стрелять рыбин в воде, а не пытаться склонить фалмари к тому, что ей было чуждо и неинтересно. Движения в воде и тем более всю историю с утоплением парень в коротких разговорах избегал, и так прошло ещё несколько дней.

+1

21

12. 04. 1082
Даниэлла настолько свыклась с обществом Моргана, что находиться без него стало чем-то странным. Поначалу она чувствовала себя так, как если бы от неё оторвали что-то важное. Как бывает у детей-близнецов. Они провели вместе столько времени в утробе матери, что после рождения стали неразлучными и чувствовали себя неполноценными по отдельности. Появлялась неуверенность и неловкость, с которыми Ланкре пыталась отчаянно бороться в одиночку. Анайрэ составила ей компанию, утащив поближе к костру. Пытаясь найти общие темы для разговоров и не косить взглядом в сторону Моргана, чтобы не потерять его, Даниэль начинала осознавать, что они провели вместе слишком много времени. Она забыла, как общаться с другими людьми, как держать себя в обществе, как расслабляться, не опасаясь, что с любой стороны может неожиданно нагрянуть опасность. Её защитник освоился быстрее. В понимании Огонька он отдыхал от неё, разбавляя свои будни приятной компанией, которая разделяла его интересы. От этого Даниэль чувствовала себя неуютно.
Первое время было сложно. Пока мужская половина развлекалась, Даниэль в обществе Анайры и других девушек постепенно вникали в быт Гиллара. С полученной временной работой фалмари почувствовала себя значительно лучше. У неё появилась какая-то цель и возможность отвлечься от Моргана, к которому она успела прикипеть больше, чем предполагала. К охоте Даниэль была не приспособлена, но всё, что касалось рыбной ловли, чистки, обработки и приготовления даров морей, рек и озёр – в крови у народа Фалмарила. Каждому находилась работа по умениям и предпочтениям.
В женской компании, с другими фалмари, которые избрали жизнь в закрытом городке, необходимость близости с водой стала чем-то обычным и нормальным. Это Морган не разделял её интересов в силу своего расового происхождения, но другие ламары радовались такой возможности и составили ей компанию, отбивая неловкость и скованность, которые стали вечными спутницами фалмари. Сильвари настолько глубоко вбили в голову Даниэль, что демонстрация тела, свойственная ламарам, постыдна и аморальна, что другим ламарам пришлось изрядно попыхтеть над Ланкре, поражаясь тому, как другим удалось настолько сильно засесть своими правилами в чужих мозгах. Так эльфийские целомудренные одежды сменились на более лёгкие и прозрачные. В Гилларе, несмотря на наличие эльфов, никто косо на девушек не смотрел и не журил за неподобающий вид. Вскоре и сама Даниэль перестала считать это плохим.
Воспоминания об Ордене вместе с необходимостью куда-то спешить и кого-то спасать, остались в прошлом. Ланкре вспомнила о том, как хотела примирить два народа, и вот по велению судьбы оказалась в таком месте. Гиллар, невзирая на то, что в нём жили отщепенцы, дышал и развивался, как мог, в условиях, что имел. Даниэль почувствовала себя его частью. Что ей больше всего нравилось – никто не возлагал на неё больших надежд, никто не боролся за трон, власть. Мэтерленсы не имели никакой власти в этом краю.
«Я хочу здесь остаться». Эта мысль становилась сильнее с её погружением. Она понимала, что другой жизни не хочет, познав что-то новое. Даже твари на болотах и странная магия не так пугали и отталкивали её, как возможная необходимость вернуться домой. Анайрэ уже предложила им остаться в Гилларе и подыскать, где жить. Эту ночь Даниэль, забыв предупредить спутника, провела в доме Анайрэ на правах гостьи. Казалось, что они с Морганом всеми силами пытаются избегать друг друга и жить порознь.
Торопясь на очередную встречу, фалмари столкнулась с Энгвишем в дверях.
- Прости, - Даниэль тут же шагнула в сторону, чтобы не закрывать проход.

Отредактировано Даниэль (2017-05-28 19:46:27)

+1

22

- Ты о чём? – растерялся Мор, перебирая, за что могла извиняться Даниэль. Он чувствовал её смущение и – что, снова стыд? – но читал значения куда хуже. Сложно воспринимать с полуслова, не прирастая к другому живому существу каждую минуту жизни. В голове выпрыгнула пара версий и, отвлекшись на секунду на крики знакомых голосов, эхом ходящие меж камнями, он разыграл карту “А, это”, не имея ничего конкретного “этого” на уме. Просто чтобы не смущать Дан больше. Смущение губило любую возможность нормально общаться между ними, и, немного отдохнув от этого фестиваля взаимной недосказанности и ожиданий, полукровка был куда более охоч прогибаться в малом, чтобы не терять контакт абсолютно. Просто у него не было времени, он был слишком занят отдыхом и пьянством с местной молодёжью.
Строго говоря, он вообще не видел в Гилларе стариков, что было весьма странно: разве община изгоев не возникла сразу после взрыва Вита?
- Ты… – попытался найти тему хоть для какого-то приветливого разговора на пороге пахнущий ещё вчерашним днём и дымом костра, за которым сидел до раннего утра и заснул на пару часов, оставшись крайне помятым, Морган, облокотившись на дверной косяк и не мешая девушке уйти, если она не желала от него ничего слышать, – ещё не спрашивала про флейту болотников у местных? Чем вообще занимаешься последние дни?

+1

23

Фалмари извинялась за свою невнимательность. По этой причине, торопясь на очередную встречу, она не заметила, как налетела на полукровку в дверях. Его словесной отмашки хватило, чтобы Даниэль додумала сама, улыбнулась и смела этот инцидент из своей памяти. У её осталось какое-то странное чувство от этой встречи, которое самой себе она объяснить не могла – то, что было в новинку для неё. У Ланкре впервые появились подруги, с которыми можно было поболтать на разные девчачьи темы и обсудить ощущения и чувства – с Морганом так свободно не болталось. В последний месяц их приключений, когда она неосознанно начала относиться к нему чуть больше, чем как к спутнику и телохранителю.
- Ты…
Фалмари остановилась напротив полукровки, не торопясь уходить. Вопрос поставил её в тупик, а затем ответ легко прочитался на её лице. Она совершенно забыла о причине, по которой они с Морганом оказались в Гилларе. Всё как-то закрутилось и завертелось. Просьба жителей болот и сам Кел-Ли остались в её память, но, кажется, распития хмельных напитков у дружеского костра оказалось достаточно, чтобы окончательно забыться и забыться в закрытом городе.
- Я не спрашивала, - она как-то неопределённо посмотрела в сторону города. – Совсем из головы вылетело, зачем мы здесь.
Судя по тому, что Морган тоже проводил время за посиделками и пьянством, он тоже.
- Анайрэ нашла мне работу. Точнее, я сама напросилась, - фалмари улыбнулась. – Помогаю обрабатывать рыбу, а в свободное время с другими фалмари ходим на источники. Там чисто и никаких подводных пещер или змей.
Зачем о последнем заговорила?
- А ты?

+1

24

Не спрашивала и не спрашивала, не то чтобы Мор, уставший бежать куда-то и бежать несколько месяцев подряд, рвался искать ещё чью-то дудку, пусть даже слух о ней застал их ещё в Эденвеле.
Эденвел…
Казалось, он нашёл княжну прямо под носом годы назад, а не какие-то полтора месяца.
- Рыбу? – охотно переключился Мор на бытовые темы, усмехаясь, – чистить рыбу? А я-то думал что уж к плавающим в тебе эмпатии будет больше, чем к тому, что прыгает и смотрит бездонными ланьими глазами. Без обид.
Он сам-то когда-то учился отнимать жизнь и не впадать от этого в ступор, чтобы понять границы своего дара и учиться его контролировать осознанно. Со временем глаза стали только глазами, последний крик – последним криком, верный выстрел – милосердием, а смерть – естественной частью круговорота сил в мире.
- Я занимаюсь чем обычно – шатаюсь по весям и стреляю дичь. На стаи дикой нежити не жалуюсь, в Альянс не хочу, по шраму на морде не скучаю, – склонив голову по-птичьи набок поделился полукровка. – Наверное, можно будет пожить спокойно тут, прежде чем куда двигаться. Я пробовал найти в воде с помощью магии отца и других, ну ты знаешь кого – ничего ясного не увидел. Наверное, я плохой маг, но делать что-то вообще не хочется.
Иногда хочется начать пить с самого утра, но об этом Морган не скажет. Он взрослый мальчик, даже не подросток, и какая разница, что он остался сиротой. Но просто это как-то безнадёжно и горько: его родные гибнут за чужие власть и идеи, и он тоже чуть не расстался с ней, с жизнью, один раз.
- А ещё это… – он посмотрел на все вещи на себе и подумал, что стоит объяснить. И перестать стоять в дверях, но это предложить тоже сложно. – Мне дом над северным тоннелем разобрали, там давно никто не жил, говорят, а мне кроне дерева нависая над пропастью даже весело. Птица прилетала вчера и одобрила такой насест.
Деревья торчали над Гилларом иной раз, особенно ближе к северу, на добром слове, вырываясь корнями в разлом и косясь кронами внутрь провала, но Мор мог сказать, что у города была какая-то особая аура замершей юности. Аура, страшно симпатичная в каждодневной жизни без этих проклятых политиков, торгашей, классов, а судя по обещаниям пирушек в три раза лучше любого из вечеров у костра на праздник в руинах наверху к началу лета – притягательная.

+1

25

- Ну я же всё-таки ламар, - Даниэль улыбнулась на шутливое замечание спутника. – А основная наша пища – дары моря.
Рыбы, поедающие других рыб. Всё правильно. Хотя, наверное, в глазах других рас, для которых быт ламаров был чужд, это выглядело странно. Девушка, которая не могла спустить стрелу, когда её руками управлял кто-то другой, потому что зверушку жалко, с чистой совестью потрошила рыбёшку. Почти своего собрата. Но так сложилось, что Фалмарил был богат на морепродукты, которыми щедро делился с другими странами, поэтому основной добычей пище стала рыболовля.
- Мой дедушка занимался рыболовлей, так что я всё детство ему помогала. Ну.. пока он не умер и меня не забрали к себе Мэтерленсы, - эту часть своей биографии Ланкре вспоминала с неохотой. К тому же, теперь и дедушка стал не дедушкой, а мужчиной, который приютил у себя сиротку. Даниэль до сих пор не знала, имел ли он понятие о том, чьего ребёнка растил до своей смерти.
Опыт в обрабатывании рыбы у фалмари имелся.
- Стаи нежити? – Даниэль удивилась. – А они тут есть?
Ей казалось, что в таком чистом и светлом месте, как Фалмарил, ничего подобного не водится. Кроме странных и плотоядных змей и некоторых существ, проживающих в сети подводных туннелей. Но что бы такая зараза по поверхности бродила… Неужели, это место настолько отравлено чёрной магией? Тогда почему за всё время путешествия им никто опаснее медведя не встретился?
Даниэль не надеялась, что они с Морганом смогут задержаться в Гилларе. Когда он упомянул Орден, она внутренне напряглась, готовясь услышать, что вскоре они снова отправятся в путь.
- Правда? – она не поверила, что полукровка сам не желает возвращаться к тому образу жизни, который за пару месяцев, стал для них нормой. В её словах также звучала радость, которая подступала к ней с осознанием, что нет смертельной необходимости собирать пожитки и отправляться в путь. Не будут же их Мэтерленсы на болотах искать, верно? – Я могу попробовать, если ты беспокоишься. Я не такой искусный маг, но водная стихия мне ближе. Вдруг что-то узнать смогу? – фалмари улыбнулась, пытаясь приободрить Энгвиша. Он мог не показывать своих чувств и держать всё под маской, но в понимании фалмари потеря родителя ударит по любому человеку, вне зависимости от их отношений при жизни.
- Дом? – Ланкре удивилась не меньше. Если Морган согласился перебраться в дом, то вполне возможно, что в Гилларе они задержатся на продолжительный срок, иначе зачем так нагружать других? Ей никто не предлагал обжиться своим домом. Анайрэ приглашала к себе и Дан пользовалась этим предложением, потому что никогда не рассматривала Гиллар как временное место жительства. – Покажешь?
Она не пыталась напроситься на совместное жильё, но ей было любопытно посмотреть на дома гилларцев.

+1

26

- Действительно
Но она заметила логику!
"Дедушка?"
Ну конечно, лишившуюся семьи и укрытую от узурпатора и его выродка, ещё более отвратительного морально, княжна кем-то воспитывалась. Он и забыл. Мор вообще был существом, целиком существующим в настоящем с грустными оглядками и страхом перед будущим.
- Я не видел ни единого с момента, как корабль отошёл от берега материка. Не знаю, но, если и есть, наверное, меньше. Всё же не зря остров называют благодатной землёй.
Благодатной на чудовищ и ядовитые хмырины вместо тупой мертвечины. Неплохой, неплохой обмен: вместо смерти и опустошения, по которым вяло слоняются без энтузиазма живые и останки живых, тебя встречает спортивная обстановка бьющей ключом жизни, которая хочет схарчить твою. Вот такой баланс природы.
- Попробуй отыскать Элиора или кого-то из офицеров, с кем ты общалась, пока мы были в городе. Уверен, через них будет легче узнать, что происходит сейчас с Орденом. А показать-то… ну, пошли.
Ему нравилось жить без засовов на дверях, в конце концов самые ранние годы он провёл в глуши где хоть и бродили звери и чудища где-то за краем сада и поляны, на которой можно было играть, но всё же люди ценили компанию других людей, даром что там нежеланные соседи были так же редки, как соседи в принципе и никто не жил друг у друга на головах. И в его голове.
Хорошее было время, жаль мать душила такая пастораль, и вообще вне городов начала активнее бегать нежить.
Они шли по лесам и мосткам, пока стена ущелья не оборвалась, являя свету дня самый широкий раскол в некогда цельном, как понял Мор, холме, на котором стояли руины. Они тогда спустились на уровень земли, где у широкого речного потока занимались ежедневной рутиной, галдя как галки или чайки, горожане. У них даже была, если повернуть на восток, водяная мельница, которая мерно токала ночью и днём, но негромко, как птица.
- Что мне там нравится помимо обзора – так это возможность взобраться по ветвям выше и выйти в руины наверху. Там солнечно и жарко днём, но хороший обзор и красивые развалины, – рассказывал Мор. – Давай поднимемся здесь.
В основном по всему городу, как, впрочем, и во многих близких к болотам поселениях, было ярусов три-четыре, включая наземный. Правда, в отличие от форпостов на эльфийских границах, на земле жить не стеснялись, боясь свирепых хищников из глубин джунглевых зарослей. Помимо отданного ему дома, к которому с четвёртого яруса вела уже более привычная ему верёвочная лестница по корню вдоль разлома, у города было ещё несколько смотровых точек, обзор которых захватывал не только и не столько город или руины с безбрежным небом, сколько именно тоннели или узкие места, перекрываемые изредка вратами, и ближайшую дикую природу. Ему отдали самую маловажную и безопасную, потому что с юга в предгорные холмы ползли твари куда обильнее.
- Если тебя мутит от высоты, лучше не лезь. Место не просто так никому не нужно, знаешь ли, – посоветовал, когда они поднялись на последний мосток с развилкой в три стороны к хижинам. Опасно зависшее на тонкой арке земли, цепляясь корнями в разошедшийся холм, старое дерево, прямо под кроной которого, лёжа на изгибах ствола и нижних ветвей, смотрела узкими окнами сторожка, уже было на расстоянии в пару ростов, но полёт вниз казался уже абсолютно смертельным, а сквозняк и эхо из ущелья смешивались с бризом южного отрога Светлых гор.
Если бы Морган не был отягощённым неприятным эмпатическим даром ребёнком тогда, когда обычно дети впервые проявляют искру магии, он, наверное, изучал бы именно магию воздуха, потому что сейчас он был абсолютно в своей стихии и даже разу вниз не посмотрел. При всей своей повседневной приземлённости, он обожал забираться в самые недоступные места и на высокие точки, где, сидя над целым миром, не слыша чужих забот и видя других существ лишь однотонными фигурками вдали, можно было просто помечтать. И гилларцы охотно давали ему всё, о чём он мог просить: он, сколько можно было прочесть по его стоически невыразительному даже без шрама лицу, был абсолютно счастлив.

+1

27

Даниэль никогда не забиралась настолько высоко. Ламары строили дома на земле или под водой, оставляя своим остроухим собраться прерогативу домиков на деревьях. Многое в общении с Морганом шло в новинку для неё. Ланкре никогда не задумывалась о боязни высоты. Опасливое отношение к огню, который является противоположной для ламаров стихией, естественно. Воздушное пространство с километрами, отдаляющими её от земли, она познавала впервые.
В Гилларе жилось не настолько скучно, чтобы испытывать свои нервы на прочность, но любопытство фалмари подталкивало её на подвиги. Чем выше – тем дышать тяжелее. Даниэль не обладала необходимыми навыками, чтобы свободно передвигаться по тонким лестницам, хрупки уступам, и при этом не опасаться стать птицей, которая камнем летит к земле.
- Это было волнительно, - честно призналась Даниэль, улыбнувшись своему спутнику.
Она не могла себе представить, какого жить на такой вершине и не бояться, что в любой день дом может рухнуть вместе с его хозяином, но по выражению лица Моргана понимала, что ему здесь нравится. То ли тишина, которая создавалась за счёт того, что в такое гнездовье редко кто рисковал забраться, то ли из-за возможности любоваться видом и жить над пропастью. У каждого свои желания и пристрастия.
Даниэль всегда хотела увидеть подводный город ламаров, но не была уверена в том, что сможет там жить. На высоте… Высота тоже под вопросом. Она чувствовала порывы ветра, которые здесь, как казалось из-за высоты, толкали сильнее, вынуждая вечно балансировать на грани. Сказывалось отсутствие привычки. Прожила бы она так дольше, перестала бы замечать разницу между домом на земле и в небе.
- Тебе комфортнее в одиночестве? – фалмари не хотела обидеть полукровку, но в её понимании подобного рода дома предназначены для отшельников, которые здесь могут отдохнуть от городской суеты и общества других гилларцев.
Девушка не рисковала подходить к краю. Чтобы посмотреть на город с высоты, она пыталась сначала найти какую-то опору, которая по её мнению была надёжной, а потом опасливо выглядывать, боясь каждую секунду упасть.
- Хочу увидеть твой дом внутри, - фалмари перевела взгляд на Моргана и улыбнулась.
Лёгкий ветерок, гуляющий в вышине, встрепал рыжие волосы и вскружил юбку. Даниэль понимала, почему здесь так нравится Море. Соколица могла свободно парить в небе и ловить насекомых, когда же внизу её встречали разросшиеся деревья, вынуждая то и дело неудобно маневрировать между зарослями и жителями города.
- Интересно, КелЛи нас ещё ждёт? – Даниэль задумчиво посмотрела в сторону болот. Отсюда не было видно ни магических огоньков, которые поднимаются над водой, ни причудливых домов болотных жителей, но благодаря Моргану она вспомнила об обещании, которое они дали одному из чудных жителей.

+1

28

Морган промедлил отвечать, считывая с фалмари подтекст, а затем медленно кивнул.
- Я от общества страшно устаю. Иногда за чужим шумом не слышно собственных мыслей. Не принимай на свой счёт, – он опустил глаза на город и повёл плечами, прежде чем кивнуть. – Нам сюда.
Дальше путь лежал сквозь разлом в скале, который был довольно крут и с истёртыми ступеньками, но верёвочный настил с трёх сторон помогал красться. Так они поднялись к корню, где уже был виден люк, к которому подводила ещё одна короткая верёвочная лестница, а также другой залаз по извивающемуся корню в сторону поверхности расколотой горы с руинами.
- Удобства, – кивнул в сторону этого, самого крутого и опасного из подъёмов, упадёшь и повиснешь в нижних корнях – не выберешься без помощи, – на улице. Там до сих пор бьют расколотые фонтаны, все ручьи в городе выходят из скалы.
Город был самым близким к Вита, хотя где точно был первый Источник никто по карте показать не мог. Конечно, у мест силы всегда было странно и волнительно жить. Если не сказать до неприятного тревожно. Сидящий прямо под Кристаллом Азерот был примером с кучей деформированных мертворождённых, гниющими в чиреях, хотя моются и стираются как могут, бедняками, плохими зубами, невкусной водой и другими бедами.
Он выбил люк кулаком и забрался внутрь, после чего предложил руку в случае, если Даниэль будет сложно подтянуться на тонких девичьих руках. В кабинке, которой являлся дом на дереве, было вширь шагов десять и вширь шесть, что было достаточно просторно для такой необычной постройки, но не очень, особенно учитывая значительный кусок корней, который выходил прямо внутрь и выступал вместо койки, заваленный шкурами и ткаными покрывалами. Стены и пол, деревянные, были промазаны и проклеен утеплителем и покрыты циновками поверх, но всё равно сквозняк гулял по пространству да посвистывал в углах, можно было только представить, качает ли дом в бурю, или на корне сидит он надёжно и упадёт лишь в невиданный тайфун вместе с деревом и кусками держащих его скал.
Окна были узкие, под низким потолком, который Мор мог не выпрямляя даже вверх руки достать, но давали достаточно света, поскольку не выходили ни на какие скальные стены, а на юг, где по небу всегда катилось солнце, и этот свет терялся в пучках зелени. Новый хозяин дома нагибался, проходя мимо рядов недавно вывешенных на верёвках веников, чтобы взять буквально две подушки, которые, помимо пары кувшинов, мисок и горшков, заготовок стрел, рамы для мездрения шкур и пары мотков нитей составляли весь обиход. Но для пары дней он был очень успешным сычом-строителем.
- Думаю, они воспринимают время иначе, чем мы, и до следующего месяца обещание можно считать таким же свежим, как данное прямо вчера, – из каких таких достоверных источников он, эмпат, этот вывод достал – полукровка умолчал, а, кинув Даниэль подушки, сел на пол спиной к завалинке на корне. Что ещё ему нравилось на такой высоте – здесь не было комарья и муравьёв, и вообще любого летучего гнуса и тупых раздражающих мух и мотыльков. Их сдувало, для их крыльев здесь было слишком сухо и резко. – Мне здесь нравится, гилларские охотники очень интересно применяют в охоте яды. Я бы прижился среди них, обновил запас стрел, сделал солонины, а потом уже спрашивал. А то мало ли скакать ещё в какие-то… дальние дали. А ты, хочешь, или подождём?

+1

29

Усталость Моргана от общества Даниэль не принимала исключительно на свой счёт, но не лгала себе. Со временем люди устают друг от друга. Они с Энгвишем долгое время давились  компанией друг друга, которая крайне редко разряжалась нежеланным появлением Мэтерленса. Это могло стать одной из причин, почему по прибытию в Гиллар что-то в их отношениях надломилось. Вторую с чистой совестью фалмари могла списать на симпатию и привязанность, но начинала замечать это с пинка других, шуточек и намёков, которые сопровождали их в первые пару дней пребывания в Закрытом городе.
- Я понимаю, - с улыбкой бросила фалмари, не уточняя, что именно она понимает.
Поднявшись вслед за Морганом, Даниэль остановилась и перевела взгляд на упомянутое отхожее место. Помочиться с высоты? Тут даже особого стимула не нужно. Достаточно посмотреть вниз и всё готово. Мужчинам в этом плане легче и… Ланкре удержалась, чтобы не похлопать себя по не к месту краснеющим щекам. Ненужные мысли отвлекали от проблем, связанных с высотой, но добавляли абсолютно ненужные. Кыш, пубертат, кыш!
Помощь подняться пришлась кстати. Магия Даниэль на такой высоте не помощница, а сама она не успела набраться должных сил, чтобы беспрепятственно поднимать себя самостоятельно. Стоило бы обеспокоиться этим на тот случай, если им снова придётся куда-то бежать. Оказавшись внутри нового дома, отданного в пользование Моргану, Ланкре почувствовала себя странно. Гиллар не был им домом, ни родным, ни временным, но вопреки осознанию этого она чувствовала что-то… знакомое и родное, как если бы здесь можно было начать новую жизнь, и это был их сознательный выбор.
Приобняв себя, защищаясь от лёгкого сквозняка, она прошла дальше, смотря в окно. Даниэль думала, пыталась понять, что чувствует и как относится к таким переменам. На фоне динамичной жизни в последний месяц осесть где-то – что-то далёкое и нереальное. Почувствовать тихую размеренность и остановку после бесконечного бегства она смогла только сейчас, когда поднялась в дом полукровки и замерла напротив окна, слепо смотря на мир за его пределами.
Повернувшись к полукровке, почти пропустив мимо ушей слова о жителях болот, Ланкре поймала брошенные ей подушки, положила их на пол и села сверху.
- Я бы хотела остаться здесь, - после заминки честно призналась фалмари. её выбор был вполне очевиден – она не желала ввязываться в дела Ордена и принимать участие в кровопролитии. – Здесь… спокойнее.
Ей казалось, что, выполнив просьбу болотников, им придётся проделать путь дальше и в скором времени вновь вернуться к уцелевшему Ордену и возобновить деятельность против Мэтерленсов.
- Думаю, что мне стоит тоже себе что-нибудь подыскать.

эпизод отыгран

+1


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [8.04.1082] Город счастливых изгоев