Легенда Рейлана

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [27.03.1082] Карта, лодка, два весла


[27.03.1082] Карта, лодка, два весла

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

- Локация Лунные земли, побережья реки Великой
- Действующие лица Живьен Вольсфорд, Тристан фон Шнееберг
- Описание
Предыдущие эпизоды:

[20.03.1082] Любимая работа – Тристан
[24.02.1082] Смерть ей к лицу – Живьен
Говорят, весь мир знаком через шесть рук. Эти случайные попутчики были знакомы через одну: первую ей танцевали, другого хлопали по плечу незадолго до жуткой расправы на улицах Мирдана. Только эти люди об этом не знали. Но своевременное возвращение двух на одном судне на материк уже было обречено на отягощающие обстоятельства.

+1

2

Живьен наслаждалась безмятежным бездельем, раскладывая в ритуальном кругу плошки и щепотки ингредиентов. Прошедший месяц, который она с упоением отсчитывала с момента убийства той рыжей сучки на улицах Сеонеса, был не лишён забот, но по-своему прекрасен. Завершая свой тур по Северным землям (увы и ах, минуя знаменитый ледник Хериана из-за вестей, что одинокому путешественнику там нынче слишком опасно появляться, будь он хоть принцем остебенским), колдунья перебралась из пасмурного (Безымянный побери этот снег с дождём, дома наелась!) Сеонеса в пригревающий уж совсем по-весеннему Нерин. И вот там, празднуя месть, пусть и не полную и не окончательную, Шальтиэль вдруг поняла, что осталась немножко без денег. Немножко совсем без денег. Вот даже на ужин не наскрести. По счастью, некромантка была из того сорта-вида людей, что даже не обладая выдающимися ментальными способностями как-то умудряются из любой задницы вылезти в плюсе. Она нашла голодного вампира, который оказался и не прочь, и весьма охоч до молодой, но подперчённой тёмным даром крови южанки, а в процессе всестороннего знакомства ещё и устроила себе плаванье в Остебен. Вампир оказался корабельным врачом, которого должна была подобрать через месяц ремонтировавшая корабль в Мирдане команда. А до того момента они развлекались: немного крови, немного магии, немного пьяных моционов по ночам, микстуры, пилюли, и почти натуральный пшеничный цвет волос после встречи с одним подозрительным собратом-некромантом.
Теперь эта прогулочка кончилась, и Живьен собиралась в путь. Она поняла это незадолго до рассвета, выйдя на сонную утреннюю прогулку и застав своего приятеля за разговором с красноглазой бестией в капюшоне и повязке на лице. Поскольку Вольсфорд умела в нужный момент прикинуться дурочкой, она ловко увернулась от возможной конфронтации. Выстроив в уме хитроумный план побега (который, по-правде, был вдохновлён последней прочитанной ею приключенческой книгой), Шальтиэль выпила снотворного, приворожила вампира, а как только он выпил её крови и лёг сладко дремать, соскальзывая в сон, раскусила горькую пилюлю, которую в богеме Альянса называли "вдохновение художника". Магического в ней было мало, а вот наркотика, который заставлял коленки незадачливого экспериментатора отплясывать сольные танцы в разные стороны – доза лошадиная. Спать расхотелось мгновенно.
Правда, вместо того, чтобы быстро-быстро, пока ещё длился день, кровососущая часть команды преимущественно спала и корабль разбойников лишь смутно качался где-то позади, в туманах и у лесистых берегов устья, поднимать бунт и рвать когти, Живьен решила быстро закрасить несвойственный её характеру ангельский блонд алхимическим красителем цвета синего люпина. За счёт любовничка же ж! Грех не покататься на шее, столько крови он у неё выпил, ай-яй!
Глаза девушки немного закатывались в обдолбанной эйфории, а руки тряслись, но пасы и слова она воспроизводила точно. Постепенно сухой люпин потерял цвет и побелел, блондинистый волос окрасился насыщенным, как редко получалось, фиолетовым, вода с крошкой минерала испарилась, а масло во флакончике в малом круге приобрело иную структуру и цвет. Ничуть не заботясь о драгоценном времени и возможностях смыть с головы субстанцию, чтобы не остаться совсем лысой, развесёлая Шальтиэль тут же схватила его и стала наносить на волосы. В процессе, который доставлял ей не меньшее удовольствие, чем фанатику ритуал жертвоприношения, она вспомнила о деньгах и починенном кинжале с новых ножнах, которые были где-то у вампира среди вещей. Небрежно ополоснув ноги в уже изрядно использованной воде в небольшой кадке, которая составляла четверть всего убранства крохотной каютки, она стала шарить синюшными пальцами с тёмно-фиолетовыми дугами под ногтями. Нашла быстрее, чем себя в перинах по утрам. "Вдохновение", видимо, имело свойство повышать и удачливость, на которую Живьен Вольсфорд никогда особо не жаловалась. Она умела брать своё, и теперь проклятый Эарлан это знал и, что удивительно, ничего не предпринял. Видимо, ему нравилось трахать поднятый из могилы труп, а не объясняться со светлой нищенкой.
Подхватив сумку и ключ, окрылённая, но немного спотыкающаяся роковая красотка с мокрыми волосами в дикого цвета фигне вырулила в коридор трюма. Корабль был не маленький, нагруженный под завязку и шёл в Вильсбург, но даже Живьен понимала, что дойти ему уже не суждено. Судя по причудливо и плотно скроенной одежде из шкур и форме тёмно-серых парусов над низким судном, это были прославенные налётчицы Виан, с которыми Шаль, конечно, хотела познакомиться и повосхищаться жестокостью их самобытной культуры… но как-нибудь в другой раз. Не ценой своей жопы же, верно? К тому же, она точно видела красный блеск во вроде бы тёмных глазах корабельного врача, и видела, что не очень-то он знаком с командой, состоящей в основном из людей. Да к тому же где-то здесь затесался самый настоящий целитель, а не какой-то там коновал. Бу-у-у, враль проклятый и ревнивый, вот бы в кошеле были все его денежки!
На палубе было свежо, кругом сновали люди. Ветер чуть приглушил пекущее ощущение на голове, и когда Живьен, словно впервые увидя белый свет, прощёлкала клювом нужный момент, гремучий состав воздал ей сторицей. Шикая в панике, только поздоровавшаяся с капитаном пассажирка пронеслась к ближайшей бочке с черпаком и водой и нырнула туда головой. Вода мгновенно окрасилась в фиолетовый, но краситель с головы некромантки утянула. Освежившаяся девушка, щедро размахнув в великолепном движении цветные капли по воздуху, встретила отнюдь не восторженные взгляды людей. Вода в бочке была питьевой, о чём ей, едва фильтруя мат, матросы и сообщили.
Ну у-упс, – подумала Шальтиэль, но в её голову сейчас умещалось мало рациональных мыслей, кроме ЦЕЛИ. Цели – свалить с корабля, пока его не захватили.
- О-о, а-а, мужички… – протянула, мило улыбаясь, Живьен, выбрав жертвой ближайшую же драющую палубу пару людей. – А это, знаете, мне нужна слю… шлю… шлюпка… карта, шлюпка, и, наверное, два весла, да! Я сойду, пока тут всех не засосали. Хи-хи. И вам советую свалить. Тебе особенно, улыбашка, – оскалабилась Шальтиэль на парня с шрамом от одного уголка рта, совсем никак не намекая на его дар.

+1

3

В течение недели Тристан просто-напросто "отходил" от того, что происходило в вампирских землях, и был, на самом деле, несказанно рад тому, что ему удалось оттуда убраться. Впрочем, при очень большом желании его можно было найти где угодно, однако объективных причин для таких поисков не было совершенно: он сказал, по сути, всё, что ему было известно о той роковой ночи, и, раз его решили отпустить, да не просто пнули под зад, а обеспечили транспортом и некоторым количеством наличности, а также попросту потратили на него время, то стоило задуматься о том, что персоной кому-либо интересной он не являлся, да и сведения дал, похоже, не совсем бесполезные.
Большую часть дня лекарь проводил на палубе корабля, отчего поначалу и экипаж, и пассажиры крутили у виска, поскольку вне кают было, откровенно говоря, не жарко. Через пару дней удалось найти себе компанию: капитан корабля оказался человеком образованным, и, откровенно говоря, неглупым, а тот факт, что львиную долю своей карьеры он ходил на военных кораблях, позволил Тристану, пускай и не без труда, уговорить опытного морского волка на пару уроков фехтования.
Свежий воздух и физические нагрузки благотворно повлияли на состояние Тристана, пускай он и до сих пор по ночам просыпался от любого подозрительного шороха, которых на корабле, по понятным причинам, было предостаточно. Следы пыток, не без магического содействия, тоже постепенно проходили, и, по большому счёту, ничто уже не выдавало того, через что ему совсем недавно пришлось пройти, кроме, пожалуй, шрама на лице, с которым уже, пожалуй, ничего нельзя было поделать.
В тот момент, когда на палубу вышла прекрасная, но, откровенно говоря, бледноватая и странная дама с не менее странным оттенком волос, медик с капитаном только-только закончили свои утренние упражнения и, слегка уставшие, но крайне довольные, закутывались в свою одежду.
- Я сойду, пока тут всех не засосали. Хи-хи. И вам советую свалить. Тебе особенно, улыбашка, - Тристан не обратил особого внимания на эту реплику - у каждого может неожиданно поехать крыша, а у этой дамочки, судя по внешнему виду, она едет давно и с завидной стабильностью. Тем не менее, обернувшись через пару секунд против хода корабля, он приметил, что транспорт преследуется двумя другими суднами, которые, может, и уступают ему по размерам, однако их хищные обводы весьма явно свидетельствуют об их назначении. Впрочем, самым страшным был не сам факт преследования, а то, что на носу одного из идущих следом кораблей мужчине удалось различить фигурку в печально знакомой форме Виан. Такой поворот событий очень круто менял дело, и слова безумной девки уже не казались такими бессмысленными.
В следующее мгновение произошло очень многое: Тристан рванулся к капитану (который уже открыл рот, дабы возразить просьбе дамы), благо, тот стоял очень близко, и выхватил его добытый в каком-то невообразимо дальнем плавании ятаган из ножен, после чего приставил последний к горлу офицера.
- Капитан, в силу обстоятельств прошу удовлетворить прошение этой леди, и в как можно более короткие сроки, - в голосе его уже не было той казематной хрипотцы, он, как и прежде, звучал упруго, уверенно и мощно, добавляя весомости стальному аргументу, - касательно расходов, связанных с нашей просьбой, прошу обратиться к лицам, оплатившим моё пребывание на борту.

+1

4

Ещё раз.
Ну, просто вдумайтесь на минутку в обстановочку, а!
Явно невменяемая баба с мокрым и капающим цветными каплями какой-то отравы крысиным хвостиком ненормально фиолетовых волос заявляет, что ей нужна шлюпка с вашего корабля, какие-то вещи, по невнятной причине, да ещё и задаром! Какой напрашивается самый вероятный ответ такой барышне? Самый, самый, са-амый мягкий вариант, без рукоприкладства и мата – "тебе надо – ты и плыви". Без лодки, карт и всякого. Вот матросы – нормальные люди, знающие цену добру, а не аристократия всякая – дружно вылупились на девку как на больную, а один даже покрутил пальцем у виска. Украдкой, чтобы, если баба бешенная – как известно, у ядовитых растений и животных частенько бывает такой яркий… эээ, окрас – не дай Творец, Лестат, и вообще все боги мира – не заметила. Но Живьен было не до драющих палубы слизняков, конечно же. Ведь, к ещё большему изумлению команды, её поддержала героичная морда со шрамом. Да какими словесными подвывертонами – заслушаешься, сразу видно, не плебей!
Матросы, конечно, две трети слов из напыщенной вокальной петиции (как только просьбу извращенцы, едящие с золотых тарелок, не назовут!) не поняли, поскольку, во-первых, большая часть, родившись в Нерине, говорила на шальной трёхногой химере языков общего с северным, а во-вторых, будучи полуграмотными, таких слов-то в жизни не слыхивали. Но глаза у них от неведомого заклятья сделались с плошки. Остановило паузу, грозящую разразиться шквалом отборной ругани и посыланий парочки зажравшихся идиотов – особенно мордатого предателя, который из общего котла казёной поварёшкой суп черпал, конечно, чуть менее бредовое событие. Вперёдсмотрящий в кои-то веки посмотрел назад и узрел в не развеявшемся к полудню тумане низкие скороходные корабли Виан.
Услышав сигнал тревоги и звук колокола на капитанском мостике, Шальтиэль на миг думала ухмыльнуться, но, медленно осознавая, что всё хуже, чем смел надеяться её хитроумный ум, зависла. Глупо сделав глазами пару раз луп-луп вслед побежавшим за оружием и камнемётами матросам, некромантка преодолела мысленный запор и сцапала руку красавчика с подпорченной мордой, чтоб не успел убежать.
- Быстро! – крикнула ему, едва перекрывая ругань команды, дивная дева с фиолетовой мокрой головой, – нужно воспользоваться паникой, взять шлюпку и бежать! Иначе владычица Виан будет купаться в нашей молодой крови, убирая морщины и целлюлит!

+1

5

- Мать твою... - подумал Тристан, услышав звук колокола - медик никак не ожидал, что корабли Виан окажутся столь быстроходны. В его голове на миг появилась безумная мысль, что в команду судов, преследующих их посудину, может входить тот самый Рейнеке, возможно, даже не затем, чтобы...
- А зачем? - внутренний голос, здравый смысл прервал не успевшие начаться мечтания увесистой, но, увы, абсолютно метафорической оплеухой, - Даже если вдруг за каким-то лядом ты и нужен этим прелестным созданиям, то, наверняка, только затем, чтобы твоё существование прекратилось как можно быстрее. И, как ты сам знаешь, быть пущенным на корм клыкастым - не самое страшное из того, что может с тобой произойти.
Если секундой раньше, до этих рассуждений, осознанность действий Тристана можно было оценить как стремящуюся к нулю (он просто-напросто хотел оказаться подальше от красавчиков и красавиц в красном), то теперь его мозг работал над Планом того, как не просто попытаться сбежать, но ещё и остаться при этом в живых.
Когда медик, казалось бы, был уже на пороге гениального, изящного в своей простоте решения поставленной перед ним задачи, в его руку впилась эта бешеная деваха, и, докучи, принялась верещать и наводить панику, что, естественно, совершенно не способствовало душевному покою, концентрации и прочим крайне необходимым при составлении гениальных планов вещам.
- Тихо, - коротко оборвал он настигшее её недержание слов, - а с вами, господин капитан, мы ещё не закончили.
Действительно, команда начала двигаться и пытаться сопротивляться неизбежному, а капитан, чей кадык крайне неприятно царапал отлично заточенный клинок, стоял и помалкивал - лишнее слово могло выйти боком: медик, довольно общительный и добрый на первый взгляд молодой парень, уж очень переменился в лице - была на его физиономии написана решительность и некоторая отстранённость, что вкупе создавало чуть ли не абсолютную уверенность в том, что если заложник позволит себе какой-нибудь лишний звук, он тут же станет мёртвым заложником. Тем временем План созрел.
- Вам не отбиться от Виан, - тоном эксперта заявил Тристан капитану, - поэтому я предлагаю как можно скорее эвакуировать команду, дав приказ плыть врассыпную - все шлюпки они не выловят, так что хоть кому-то из команды должно повезти. Полагаю, вы окажете нам с этой леди честь и лично спустите нашу лодку на воду. В противном случае...я не рассказывал, откуда у меня этот шрам?.. - и было в его голосе что-то, что заставляло верить, что мужчина не только расскажет, но и продемонстрирует, так сказать, на живом примере, что, откуда и как.
Пусть капитан был и не робкого десятка, и вряд ли его удалось по-настоящему напугать, всё-таки ценил собственную шкуру, и, судя по всему, рассудил, что если за неё придётся заплатить флотской честью - пусть так оно и будет. Приказ был отдан, шлюпки - спущены на воду во главе с той, что зарезервировала для себя сладкая парочка: Тристан затащил "леди" в посудину и с облегчением выдохнул.
- Выживем - поговорим. Я гребу первым, - и взялся за вёсла.

+1

6

С точки зрения любого вменяемого человека и тем более моряка, покидать судно и позволять ловить себя на тихоходных шлюпках – полный абсурд. Но всё-таки на торговом судне было достаточно пассажиров и матросов, не состоявших в команде давно, и перспектива наглого дневного нападения заронила панику. А Живьен того, ну этого, было и надо.
Оказавшись со своим скудным скарбом в спущенной одной из первых шлюпке, колдунья прекратила строить из себя овечку, довольно резво вывернула локоть из мужских рук и вальяжно развалилась на скамеечке у носа. С ними в проседающее с каждым новым шагом корыто нагрузилось ещё четыре молодца, двое из которых принесли вёсла. Живьен, услышав предложение своего защитничка, вздёрнула чёрную бровь и окинула его недоумённо-презрительным взглядом.
- Грести все будут одновременно, – отрезала некромантка, кивая на усаживающихся матросов. Конечно, она не собиралась им в этом помогать. Совсем. – И давайте поживее начинайте, а то мы не уйдём далеко!
Однако дальше начался хаос: шлюпки, которых было с десяток, поменьше и побольше, не могли разъехаться.
- Вали и моей лодки! – взвизгнула в результате одного из столкновений Живьен, сбрасывая перепрыгнувший через их груз мёртвый груз с соседского корыта, в котором и так человек 12 пыталось плыть. Раздался всплеск, Вольсфорд проигнорировала изумлённые и неодобрительные взгляды в свою сторону.
- Как они все надоели! – возмутилась она в сторону сброшенного тела и взмахнула руками. Воздух резко похолодел из-за волны маны. – Ох, как сейчас я вам помогу, мальчики!
Лицо колдуньи хищно улыбалась. Она всегда наслаждалась моментами применения своих магических сил.
Волна ударила барашком под корму шлюпки, резко выбрасывая её из котла дерева и людей у правого борта судна. От порыва ветра мокрый затылок, казалось, начал леденеть, но в глазах Живьен застыл восторг: они под воздействием заклинания почти летели прочь от сближающегося с большим судном и пока не видящего шлюпки лёгкого первого корабля Виан и их вероятных жертв. Берег был ещё неблизко, но "мальчики", вроде, приободрились, видя эгоистичную перспективу спасения своих шкур.
- Ахой, вы тоже помогайте, вверх-вниз, давайте, давайте! – сказала Живьен, не учитывая, как, может, тяжело просто удерживать вёсла, опустив их в ненормально циркулирующую под шлюпкой воду.

Использовано:
Гребли - 70 маны

+1

7

- Мать твою! - выругался Тристан уже вслух, едва не упустив весло из рук, а ведь надо было ещё и следить за тем, чтобы никто из "отважной четвёрки" их попутчиков не схватился, например, за ножи или за предусмотрительно прихваченный Тристаном ятаган капитана. К слову, ему и самому хотелось взять эту фойррову железяку и хорошенько отлупить наглую особу, держа упругий клинок плашмя. Удары должны быть хлёсткими и крайне болезненными, не исключено (даже весьма вероятно), что острое лезвие оставило бы несколько весьма неприятных в быту порезов, но...не стоит пока о приятном.
Спасательные шлюпки были сконструированы с учётом того, что в движение их приводят гребцы, и управление этим самым движением происходит по весьма простой схеме: если гребут все, то лодка плывёт прямо, в случае же, когда работает лишь правая или левая половина импровизированного экипажа, лодка поворачивает в ту сторону, где вёсла, как говорится, сушат. В то же время ни парус, ни какие-либо другие средства создания тяги предусмотрены не были, а раз так, то и руль, собственно, оказывался без надобности, посему его и не было. Тем не менее, именно сейчас руль был жизненно необходим находящимся в лодке, ибо она, движимая потоком воды, была, по сути, неуправляема.
Именно поэтому Тристан, находившийся на корме, при помощи весла принялся выруливать так, чтобы их шлюпка с наименьшими потерями вырвалась из скопления остальных спасательных лодок. Весло, поставленное боком, прекрасно выполняло роль недостающего устройства управления, хоть и справиться с ним из-за сильного потока поначалу оказалось сложновато.
- Будь добра, предупреждай о таких вещах заранее, - сказал медик, глянув на девушку, - не всем по силам терпеть твои фокусы, дамочка, а мы, как-никак, сейчас в одной лодке, - это замечание показалось Тристану настолько забавным, что он позволил себе довольно гадко ухмыльнуться, а шрам придал этому выражению лица довольно безумный вид.
- Господа, как насчёт того, чтобы подсобить даме? - он строго глянул на свою импровизированную команду, будучи полностью уверенным, что при возникновении бунта на "корабле" он будет иметь возможность превентивно огреть зачинщика веслом. При условии, что не плюхнется во время такой манипуляции в воду.

+1

8

Живьен, мокрая и злобная как брошенная в благословлённую жрецами Творца прорубь демоническая шаона, дух-кошка, посмотрела на аристократика с вызовом. Хотелось ей ещё ляпнуть, мол, за собой сам следи и свою клочкастую бородёнку сперва сбрей – но труханула как-то. Всё же от мужчин на борту, чья поговорка сегодня сработала, зависела её благополучная, долгая и свободная жизнь сейчас.
Матросы, с матерком и сплёвыванием, но таки узрели плюсы поездки с эксцентричной (и мокрой, брр, как холодно-то!) ведьмой и расселись по двум свободным парам вёсел, а оставшимся правым от третьей пары ещё один парень помогал рулить.
Ещё не зарделись да зарыжели языки отчего-то ожидаемого иррационально представляющей себе захват корабля Живьен, а их шлюпка-лидер пристала к тёмно-бурой с проталинами последнего грязного снега земле-без-власти.
- Соколик, а жилетку не одолжишь? – жалобно поклянчила у одного из матросов утепление на замёрзшие плечи и затылок девушка. - В нос поцелую, озябла!
На кой хер волосы в фиолетовый именно сегодня красила – конечно, никто спросить не догадался.
Экипаж печально смотрел на то, как разбредаются не сражённые из баллист и не притянутые к захваченному кораблю и двум нападающим шлюпки по широкой Великой реке.
- Смысла ждать, увы, нет, – подытожил один из матросом – очевидно – какой-то там чин - складывая допотопный окуляр и разворачиваясь к спасшимся. – Здесь в паре часов пути должно быть поселение, предупредим их об опасности и пополним припасы, прежде чем узнавать судьбу остальных.
Живьен от этого, опять же, было ни холодно, ни жарко: она хотело жрать и одеялко, отчего подхватила как кавалер даму под локоть рожу-со-шрамом и пожаловалась:
- Папенька меня хорошо учил, но вот к долгому походу жизнь меня не готовила!

+1

9

Будучи кормовым и не испытывая каких-либо проблем со зрением, Тристан хорошо, насколько это возможно, видел, что происходит на захваченном корабле, однако это зрелище не так уж и сильно его расстраивало: всё-таки он здесь, а не там, и это значит, что шансы не оказаться чьей-нибудь добычей у него ещё остались. По-хорошему, неплохо было бы поблагодарить эту безумную девку за своевременное предупреждение и содействие, и разбежаться кто куда, но, во-первых, он должен ей, кажется, не меньше, чем она ему, а во-вторых, такой союзник значительно лучше, чем толпа матросов-оболтусов без царя в голове. Нет, он не имел ничего против этих сильных и простодушных ребят, но в таких обстоятельствах брать на себя ответственность за людей, которые понимают тебя через слово и представляют сомнительную пользу для всего предприятия, лекарь не хотел, и именно поэтому всего один попутчик, даже со съехавшей крышей (а может, тем более со съехавшей) устраивал его сейчас больше всего.
Набравшая было скорость лодка ткнулась носом в песок, отчего Тристан, находившийся в не самом устойчивом положении, выронил весло и в очередной раз выругался, теперь уже не совсем членораздельно, поскольку едва не грохнулся в неглубокую, но очень холодную воду за бортом. Быстро подобрав трофейное оружие – вещь то в хозяйстве полезная – он обнаружил, что его подцепила чья-то синюшная лапка, а наглая женская мордашка пытается жаловаться ему на жизнь.
- Дорогуша, чем быстрее вы будете перебирать своими конечностями, тем короче окажется это путешествие. Тем более расторопность в таких условиях неплохо влияет на продолжительность жизни, это я вам как лекарь говорю, - ему хотелось насмешливо усмехнуться и хмыкнуть, но получилось что-то вроде кровожадного полуоскала и коротко свистнувшего между зубов выдоха, сама же фраза прозвучала скорее не как сомнительная попытка приободрить попутчика, а как нечто среднее между угрозой и предложением.
Когда дама, тем более столь взбаломошная, берёт тебя под руку, а не наоборот, как того требовали внутренние убеждения Тристана, а потом начинает ныть тебе в ухо, это не поднимает настроения – их задницы едва вырвались из наверняка очень острых клыков Виан, и этот, пускай небольшой, но успех, было необходимо развивать. Руководствуясь именно такой последовательностью суждений, лекарь перехватил эту мадемуазель за запястье и потащил через носовую часть шлюпки (чтобы меньше ноги мочить) к берегу.
- Господа, я забираю эту леди с собой, а вам могу лишь пожелать счастливо оставаться. Не ломитесь всей толпой к ближайшему населённому пункту, идите врассыпную парами или по одному, желательно окольными путями, и, весьма вероятно, выживете, - голос его был не очень твёрд, но, скорее всего, даже такое прощание было избыточным, хотя, с другой стороны, в его случае чрезмерная говорливость была одним из способов сохранять рассудок в непростой ситуации. Сам же он решил следовать своему совету лишь наполовину: оказавшись на берегу, он тут же со своим ятаганом наперевес и в завидном темпе двинул напрямик в ту сторону, куда указал один из членов экипажа, не забывая тянуть за собой явно гораздо более хрупкую девчонку.

Отредактировано Тристан (2017-11-05 14:32:43)

+1

10

Да знаю я! – шикнула Живьен, гребя среди канатов и чужих тел очень длинными, по словам ухажёров – божественно красивыми, но всё ж таки не приспособленными гарцевать по говнам да буреломам. Была бы на этих безбожно длинных и сильных ногах обувь посвободнее да с плоской подошвой – она бы, может, и ускорилась.
Ноги опустились в воду. Бр-р-р! Но, благо, обувь Живьен выбирала не только пафосную, но и качественную, особенно учитывая паскудные долгие осени Альянса и систему стоков теснящегося по обе стороны на гористых берегах грязной реки Нертана.
Не расшаркивайся с ними! – шикнула она "лекарю" (по морде видно, что наверняка ещё и калекарю!). – Это ж южный берег? Ага! Мы тут до Анвалора как минимум каждый сам за себя. Кстати, насколько я помню, на восток и на юг – это вон туда.
Живьен показала в сторону серых гор с похожими на позолоту клоками недооблетевших по осени смешанных лиственных массивов и поросших бурьянами холмов. Где-то там в небольшой ложбине у защищённого такими же холмами ещё на подплытии притока Великой реки стоял вольный город, единственный в мире, не ведавший и даже на словах не признававший над собой ничьей короны. И пути до него было со световой день. С-с-сука, как же далеко шкандыбать да с каблучками да без дорог! Попасть бы в город до заката! Нет, до полуночи!
Так ты кто таков будешь, остебенец, да? – заскучав через полчаса (или даже полтора) пути молча (с перематом под нос и советами свернуть ещё дальше, чтобы не загребли с основной группой беглых кандидатов в рабы), поинтересовалась Живьен. Наркотик выветривался уже не только из мозга, но и из крови, её тело начинало серьёзно уставать, а самым ужасом были ноги. Споткнувшись в который раз на коряге и сорвав внутри под сапогом в отсырелых носках что-то горячее и влажное – иу! – она была уже готова взмолиться о пощаде, лишь бы получить хоть короткий привал. – Больно выговор у тебя на общем хорош. Даже у нас такой акцент не учат. И ты что-то про лекарство говорил – есть от мозолей у тебя что? А то мне надо поскорее обмотать, чтобы не раздолбать ноги ещё больше.
С тем она потерпела ещё чуть-чуть мучений ходьбы, сказала "баста", швырнула оземь сильно тянувшую одно острое плечо сумку, поправила мужскую куртку, которую носила поверх костюма-амазонки для тепла, да упала задницей на трухлявый ствол. Были они где-то посреди великого нигде, над головой стелилось светло-серое небо, а в лесу сделалось помимо токанья какой-то токающей твари очень тихо. Видимо, они ушли довольно далеко. Живьен насторожилась на половине стягиваемого с ноги ботфорта, и когда к избавлению от обуви вернулась – ойкнула от боли. Кажется, обувь всё же набрала воды достаточно, чтобы превратить её жизнь в Фойррову Бездну.
Вытащив из прилипших носков ноги с двумя кровавыми натоптышами на неизящно больших для женщины косточках, она положила их пока просто проветриться на холодном воздухе, а сама зачерпнула кусочек почти истаявшего, льдистого и царапающего сугроба, помыла (сомнительно) руки и влезла в сумку, проверить, есть ли в ней хоть что-то подобное бинтам, а нет – так с картой попробовать свериться.

+1

11

В дороге лекарь стал на удивление неразговорчив, предпочитал пустой трёп (а какого-то конструктивного диалога пока что не предвиделось) своим мыслям, не менее мрачным, чем его внешний вид. В голове творился сущий бардак из смеси параноидальных фантазий, страха и лёгкого, щекочущего ощущения скорого избавления от гипотетической погони, да и вообще от посягательств на его тушку сил, которые были явно и намного выше его самого. Если подумать, то можно осесть чуть ли не в первом попавшемся крупном городе, не высовываться, в меру применять свои способности (благо, с его профессией голодать нигде не придётся), и вряд ли кто-то будет чрезмерно рьяно искать какого-то там лекаришку, оказавшегося в неправильном месте в неправильное время. Да и вообще, с чего бы это корабли Виан, севшие на хвост их судну, должны были направляться именно за Тристаном? Эти ребята совсем на голову отбитые, с них станется напасть на кого-нибудь просто так, только потому, что им захотелось. Медик очень надеялся, что именно такое объяснение было верным, поскольку оно если и не гарантировало им дальнейшее выживание, то очень его облегчало.

Идти Тристану было легко – добротная обувь, доставшаяся ему в Северных землях, успела разноситься за то время, что он провёл на корабле, нигде не жала и не тёрла. После водных процедур, безусловно, было немного холодновато, но он простуду подцепить не боялся, а темп, изрядно сниженный относительно его ожиданий, теперь казался особенно важным.

- Так ты кто таков будешь, остебенец, да? - трепаться у него особенного желания не было, да и давать информацию о своей личности тоже, но, раз уж им было суждено вместе топать по этому треклятому лесу, то хоть как-то ответить следовало.
- Буду остебенец, раз уж ты так решила, - бесцветно, монотонно, безразлично, - и раз уж на то пошло, меня звать Трис...- и тут ему уже пришлось ловить неосмотрительную дамочку за шиворот. Чего не сделаешь для создания видимости хорошего тона, - Тристан. К вашим услугам.

Её короткую речь об акцентах и необходимости профилактики мозолей он выслушал, но без особого энтузиазма, откровенно пропустив мимо ушей больше половины.
- К сожалению, я не располагал достаточным количеством времени, чтобы успеть собрать всё свое барахло, но, полагаю, того, что есть, должно хватить. Да и без этого я кое-на-что способен, - впрочем, после яростного протеста невольной спутницы и недвусмысленной просьбы держать свою светлую магию подальше, энтузиазма у лекаря поубавилось, - твоя удача, что я таскаю с собой кое-что, так сказать, на чёрный день. В противном случае пришлось бы тебя бросить, - да-да, ему очень хотелось жить, и, желательно, подальше от малопрезентабельных, холодных и неуютных вампирских казематов. Впрочем, текущее положение дел по своим свойствам не так уж сильно отличалось от гипотетической альтернативы, но выбирать не приходилось.

Во время вынужденного привала, от которого Тристан был, откровенно говоря, не в восторге, удалось провести ревизию своих скромных пожитков. Подсумок с лекарствами «на чёрный день», который лекарь предусмотрительно прихватил ещё на свои упражнения по фехтованию, располагал и антисептиком, и мерзкими на вид и на ощупь пилюлями для облегчения боли – в маленьком кожаном мешочке лежало с десяток маленьких маслянистых шариков, чудом не промокших во время короткого, но очень интенсивного плавания. Чего не было – так это бинтов, но и такая беда решаема, когда у тебя есть рубашка, которая уже вряд ли спасёт от холода, и что-нибудь острое. Приятной неожиданностью оказалась и фляга, доставшаяся лекарю в подарок от типа, что выпустил его из тюрьмы и отправил восвояси – в ней почти у самого горлышка плескалось крепкое вино, доставшееся Тристану в подарок от капитана ныне уже захваченного судна.

Мужчина быстро скинул одежду, обнажившись выше пояса. Тело, благодаря усиленному питанию на корабле, физическим нагрузкам и избытку свежего воздуха, обрело почти тот же вид, что и до событий в Мирдане - на него было бы весьма приятно посмотреть, не будь шкурка целителя попорчена множественными следами упражнений одного из особенно отмороженных вампиров в палаческом искусстве. Лёгким движением руки превратив свою рубашку в элегантную безрукавку, Трис, уже подрагивая от холода, оделся - погода на улице стояла всё-таки ни капли не летняя.

- Ну что, дорогуша, приступим? – впервые за короткое знакомство с девушкой у него вышло что-то похожее на настоящую улыбку, которая изменилась на сосредоточенное и серьёзное выражение лица сразу же, как целитель взялся за работу. Мужчина сунул своей спутнице в руку пару своих замечательных пилюль собственного изобретения – отвратительных во всех возможных отношениях, кроме эффективности: одной такой хватит, чтобы заглушить практически любую боль на несколько часов, а уж двойной дозы девчонке должно было хватить чуть ли не до вечера, - попытайся проглотить их до того, как попадёт на язык, - о, совет был невероятно ценным, поскольку вкус у этой дряни был тот ещё: нечто среднее между содержимым ослиного мочевого пузыря и компостной кучи, - а сейчас будет немножечко бо-бо, - и до того, как смысл фразы мог дойти до мозга его пациентки, Тристан щедро плеснул на одну из ран антисептик, изготовленный уже по рецепту его старого учителя. Приятного в таком действе мало – должно сильно щипать и вызывать ощущения сродни тем, что чувствует человек, нечаянно накапавший на себя кипятком. Впрочем, рука лекаря была тверда и крепко держала ступню склочной девицы. Немного выждав, мужчина наложил на больное место своей спутницы довольно плотную повязку, а затем, не мешкая, провёл идентичные манипуляции со второй ногой.

- А теперь, будь добра, обувайся и пошли уже отсюда – кучу времени потеряли с твоими лапами, а мы вроде как самую малость спешим. И отдай мне свою фойррову сумку, если ты уж совсем не можешь с ней расстаться, потому что тебя саму тащить я особого желания не имею, - да уж, лидер из него так себе, и даже папочкина наследственность не помогала, но никого лучше на эту кандидатуру пока что не претендовало.

Отредактировано Тристан (2017-11-06 11:15:23)

+1

12

"Не будешь, а остебенец ты и есть", — хотела хмыкнуть Живьен и подчеркнуть свою проницательность, но… не стала. Им предстояло ещё несколько часов пути вместе, и если уж парниша со шрамом на породистой небритой морде настаивал, она не будет рвать его покровы. И свои тоже, пока.
Его имени Живьен только самодовольно ухмыльнулась, помечая ещё одной галочкой свою гипотезу в списке догадок. Селяне своих сыновей Тристанами всякими не назовут, к тому же у парня был ощутимый магический дар. Породистый материал!
Шальтиэль, — сказала ему в ответ она, по-мужски протягивая руку. Она ожидала увидеть в ответ скепсис. Для девушки с немного лошадиным лицом и костистой, лишённой женственной мягкости фигурой эльфийское второе имя и лежащая в нём претензия на родство с распрекрасными ухатыми эльфами — это сильно. Впрочем, у неё был высокий рост, стройное тело и добрую половину из них занимали эти её бесконечные длящиеся и многострадальные ноги. На страшненькую эльфинитку с пошедшей по пути куртизанки мамкой Шальтиэль вполне пойдёт.
Но терпения хранить тайну ей не хватило надолго. Была у Живьен мысль исцелить ноги заклинанием стихии, но потом она покумекала и заключила, что магический запас ей нужен для немного других целей — самозащиты, например — и решила поездить на шее у своего рыцаря на день, как и планировала. Поэтому она даже не стала упрекать его в том, что он планировал её бросить. Только фыркнула, что могла бы о себе и сама позаботиться, но в команде — проще. По той же причине — чтобы сохранить энергию в порядке — она была готова отказаться от услуг экспресс-исцеления светлой магией, но когда её герой начал с ней ворковать как с мелочью, пусть и весьма привлекательно срывая с себя последнюю рубашку, она перестала вертеть карту, другой рукой счищая второй сапог и посмотрела на него неморгающими глазами. Он предложил ей лекарство и она не стала отказываться, но стоило ему наклониться и обрабатывать ей ноги, она стерпела боль и жжение, улучила момент и поставила одну из ног ему на ключицу, цокнула языком и попросила внимания голосом и цепкой ручонкой на небритом лице:
Послушай вот что, полосатик. Раз уж мы с тобой оказались партнёрами Безымянный знает где, милочек и бо-бо можешь дома с кисейными барышнями забыть и похоронить, а ко мне обращаться нормально, как к равной. Я не пальцем делана, в первую очередь некромант, а женщина потом, и мы с тобой для такой фамильярности даже не спим. А если уж ты любишь всякую такую паточную мерзость — будь готов, что я на людях тебя назову так, что тебя мордовороты за заднепроходного и подкаблучника примут. Ну так как, партнёры, или с трудом друг друга терпим?
С этим Живьен прекратила мять пальцами меховые щёки явно добродушного под маской хмурого и неприветливого человека с обочины жизни великана, тоже улыбнулась почти дружелюбно — высокомерие никогда по-настоящему не покидало её лицо — и всунула ноги в относительно сухих обмотках в относительно влажные сапоги.
Они пошли дальше уже без привалов, хотя Живьен одновременно с удовольствием садиста и декадента и неудовольствием любящей себя цацы ощущала, как дорога продолжает превращать её мозоли во влажное кровавое месиво.
Когда лес из жёлто-буро-голого сделался синевато-серым, а по макушкам его зачертил закат красным, они услышали отдалённые вопли и, оказавшись на пригорке без густой поросли, нашли потерянных друзей. Три десятка копейщиков и лучников в кустарных, но различимых сюрко оранжевого и коричневого цвета окружали группу брошенных ими матросов. Криком и матом люди и нелюди выясняли, кто из них есть кто в землях вольного города Анвалора. Живьен обернулась на Тристана, вопросительно выгибая бровь.

Отредактировано Живьен Вольсфорд (2017-11-06 16:50:19)

+1

13

В принципе, имя спутницы мало волновало Тристана – она та ещё штучка, и замашки у неё явно не деревенских масштабов, а раз оказалась тут и не хнычет, не заламывает руки и не занимается прочими бесполезными и отвлекающими вещами, значит, привычная. Ну или совсем двинутая, чего уж там, вы только на цвет её волос поглядите.

- Очень приятно, - ясное дело, соврал. Протянутую ему конечность лекарь пожал, не слишком сильно, но и совершенно не беспокоясь о том, что бы сказали о таком жесте при дворе и как бы лишний раз эту конечность не помять. Впрочем, такие вещи его уже давно не волновали, а просто всплывали порою на уровне рефлексов. Воспитание…

А вот чуть позже мужчина выслушал диалог, не особенно меняясь в лице. По большому счёту, ему было глубоко плевать, кто она: некромант, женщина или жук-навозник. Пока их союз хоть чего-то стоит с практической точки зрения, пусть будет хоть кишечным червём. Мнение окружающих «мордоворотов», которых он что-то в зоне видимости не обнаруживал (если она не посчитала таким субъектом ту токающую тварь), тоже мало его волновало, да и, если смотреть на картину в целом, подобного общества ещё какое-то время не предвиделось, а наличие под рукой очень острой железяки, которую можно хоть прямо сейчас воткнуть в чью-то задницу по самую гарду, чрезвычайно поднимает настроение даже при переговорах, которые проходят в столь неловком положении. Сумма всех этих факторов и определила дальнейшую реакцию Тристана. Его губы растянулись в улыбке, а через несколько секунд он позволил себе рассмеяться, глядя ей в глаза.
- Хорошо, Шальтиэль, - сказал он, дополнительно выделив её имя интонацией и продолжая улыбаться, - судя по всему, ты действительно не из тех, как ты выразилась, барышень, к которым я привык. Мне это нравится и даже даёт некоторую надежду на то, что наше партнёрство, - признаться, ему самому не очень верилось, что он это говорит, - будет плодотворным. А вот сумку лучше понесу я. У меня хотя бы обувь нормальная, - глас рассудка, что поделать.

На холме Тристан замер, припал к земле, и стараясь поменьше высовываться, пересчитал возможных противников, прикинул, откуда они могли прийти и куда могли направляться. Вопросительный взгляд он тоже заметил, но перед тем как заговорить, решил отползти назад, чтобы возвышенность их хоть немного, да закрывала.
- А теперь, партнёр, у нас два варианта, - говорил он едва слышно, довольно близко наклонившись к собеседнице, - мы либо обходим их по узкой дуге, что, на мой взгляд, не очень безопасно, встаём на их след и он выводит нас к дороге, где топать гораздо проще, - короткая пауза, чтобы прислушаться, продолжают ли господа матросы браниться. Кажется, кому-то уже дали по морде, - либо ползём назад, обходим их как можно шире и продолжаем надеяться на твою способность ориентироваться в незнакомых местах и наверняка теряем прорву времени, - не то, чтобы он хотел переложить бремя принятия решений на его плечи, просто текущий статус их взаимоотношений подразумевал диалог. Сам он, естественно, предпочёл бы поплутать подольше, но с целой шкурой.

+1

14

Да пжалст, — что-то такое ответила некромантка, охотно сгружая на спутника свои пожитки — благо их было немного. Она была вовсе непрочь прогуляться налегке. Мазохизмом Шальтиэль не особо увлекалась. Она предпочитала боль причинять.
Спустя некоторое время девушка обозревала сцену с неподдельной печатью тяжких размышлений на лице.
Я никогда не была в Анвалоре, но знаю, что там чуть ли не треть населения — ульвы. Они учуют нас издали. Так что лучше по большой дуге, но из виду их не терять. Туда!
Ходу до городу оставалось, как оказалось, полтора часа. К концу пути, а уже наступил вечер, Живьен начала спотыкаться и шикать — болячки на ногах давали знать о себе всё чаще, а её огранизм был устойчив к разным препаратам, в том числе к обезболивающим. Собственно, на очередном "Ай" в перелеске девушка и схлопотала предупредительный болт в берёзку прямо перед носом.
Блядь! — рявкнула испуганная магичка.
— Твоя мать! — вторил голос из кустов, который скоро трансформировался в мужика примерно такой же небритости, что и Тристан, но в хорошей бригантине и пониже, с арбалетом. — Кто такие?
— Мы с корабля, который захватили северные пиратки сегодня днём, — ровно ответила Живьен, предпочтя поднять руки, но чувствуя негодование глубоко внутри (где-то в желудке, смешанное с голодом). — Нам нужен ночлег, деньги будут.
К арбалетчику из кустов присоединились два копейщика в знакомых сивых сюрко с подобием рыжих и бурых полос.
— Мы бы рады, но город забит. Кто такие и сколько дадите за защиту своих жоп, говорите сейчас, или заночуете под стенами. Ворота закрываются через полчаса, времени мало. И… от тебя смертью разит, баба.
Живьен закусила губу и посмотрела на спутника. Да, от неё разило смертью, она некромант. Ей нужно было ходатайство. Придумал бы что!

+1

15

Тристан совершенно не сопротивлялся попыткам девушки использовать его в качестве тягловой силы, поскольку сам об этом давно просил, и вполне обоснованно: если она выдохнется раньше времени, то некому будет вести его в направлении хоть сколько-нибудь цивилизованных мест. В пути его не покидало мрачное настроение, а посему бородатое лицо фон Шнееберга имело крайне угрюмое выражение, да и болтать его тоже как-то не тянуло. Всё переменилось, когда арбалетный болт глухо стукнул о древесный ствол у самого носа его спутницы.

- Раз предупреждают, значит убивать не собираются. Пока. - подумал он, следя за перепалкой девицы и местного аналога лешего. Чтобы первая не нарубила дров (лешим такое не нравится, ха-ха), мужчина мягко положил руку на плечо своего свежепровозглашённого партнёра и плавным движением прикрыл её собой от гипотетических стрел.

- Господа, давайте обойдёмся без лишних резких телодвижений, - о, он-то выглядел здесь самым угрожающим типом, и уж его резкие телодвижения наверняка представляли опасность. С другой стороны, целитель взял чрезвычайно уверенный, можно сказать, даже покровительственный тон, а разговор с людьми такого сорта для простого воина может обернуться либо большой бедой, либо неплохой наживой. Впрочем, наш «герой» уже успел сконцентрировать достаточное количество маны, чтобы вся встречающая их компания повисла безвольными куклами на каменных шипах. Так, на всякий случай.

- Чем бы от кого ни пахло, а я думаю, никто здесь не может похвастаться изысканностью ароматов, деньги у нас есть, а в городе их станет немного больше, - он медленно потянулся в подсумок, где лежал его кошель, - по половине серебряного с носа сейчас и по целому – в городе, - лекарь попытался улыбнуться как можно более расслаблено, будто такие деньги для него – сущая мелочёвка, - сейчас мы в несколько затруднительном положении, но, будь уверен, сержант, - конечно, лесть, и грубая, но и её цель, откровенно говоря, не достойна даже такой, - фон Шнееберги всегда платят по долгам, особенно если никого не волнует, как пахнут их женщины.

Тристан не решился подмигнуть напоследок своему собеседнику, однако когда он вытащил руку из подсумка, в ней тускло блеснул серебряник, после чего довольно быстро перекочевал в лапу предприимчивого новоиспечённого «сержанта».
- И давай без глупостей. Больше, чем есть сейчас, в этом лесу ты не получишь даже с моего трупа.

+1

16

Невозможно гнуть бровь ещё более "даладно"-скептически, чем Шальтиэль, и не рвать мускулы, это делающие. А у мордатых анвалорцев с оными мордами всё вообще было очень плохо: они охреневали глазами.
— Ага, щаз подорвался и вприсядку как шут и герольд поплясав оглашать, Вашество, — поначалу скептически воспринял слова Тристана арбалетчик. Живьен беззлобно (но гаденько) хихикнула. Арбалеты и копья ребятки всё же опустили, больно споро и красиво говорил граф. Или виконт. Или барон, на крайний случай. Герцогские-то рода Живьен знала все. — Но глаголешь споро. Давай, до города мы вас как и тех, доведём.
Получив монету и ещё одно увещевание мужики хрюкнули, но один из них, с палицей на бедре, не особо радовался угрозам от одного (или двух) магов и сказал прямо и серьёзно:
— Ты нас за мерзавцев не держи, парень, мы с принципами. Но даже мы не будем вставать между горожанами или беженцами и теми, кому они обязаны бедами. Если войдёте за ворота — будете сами по себе, как хотите себе койки и еду ищите и дуболомов на защиту. Город переполнен, настроения мрачные, а тут ещё кровоглазые суки лютуют и перехватывают людей с северного берега. Недели три назад у нас одну ведьму такую же подстрелили, хотя она не выпендривалась.
Ну, я уж постараюсь без провокаций, спасибо за заботу!
Живьен поморщила губы, запоминая этот маленький, но важный факт. Три недели назад. Ведьму — то есть некроманта с сиськами. Ей стало интересно, кто она такова и как оказалась в Лунных землях, если только не проездом или по делам. У неё были подозрения, что мир очень узок и её приключения в Северных землях с таким количеством встреч были неспроста и судьбой ещё аукнутся. Она погладила рукой волнистый кинжал в ножнах и кивнула.
Путь до города был уже совсем недолог, но поторчать в очереди с повозками и воняющими немытыми телами семейками черни пришлось, стараясь не морщить носик. Полагая, что больше, кроме обещанных мужиками проблем с местными, у неё потребности в полной мане не будет, Живьен присела на поводья чьей-то брошенной разбитой повозки и стащила с ног сапоги и размотала пропитавшиеся кровью повязки. Взгляд отошедших в живую стену досматривающих и берущих дань за проход за стены стражей остановился на её руках, когда она начала с кончиков пальцев намораживать отливающий красивым фиолетовым целебный лёд. И не только стражи смотрели на ней. Некромантка скривилась и стрельнула глазами на Тристана. До ворот-то они почти дошли. А внутри что? Род в Лунных землях очень мало значит. И, судя по количеству разбитых под пологим серпантином дороги на холм с воротами шатров, город действительно наводнён беженцами с северного берега. И ульвов из племён среди них найдётся. Херово, что уж!

+1

17

- Вы, быть может, и с принципами, но это не та штука, которую можно учуять за милю, или даже глядя в глаза, а времена нынче опасные…- кое-как отбрерахлся лекарь, - но внутрь городских стен нам с вами всё-таки придётся прогуляться. Вы же хотите получить свой гонорар? – откровенно говоря, отцовскими деньгами он мог воспользоваться только в пределах Остебена, так что нужно было срочно придумывать, как не оказаться брехлом в глазах своих спутников, которые от обиды и местную толпу (а на их прелестную парочку, даром что они маги, нужно, по большому счёту, не так уж много народу, да и нескольких точно брошенных булыжников тоже хватит) науськать могут, и ещё какую-нибудь пакость сотворить, - так что будет очень мило, если мы с вами прогуляемся до ближайшего хоть сколько-нибудь пристойного ломбарда.

Цель была достигнута: Тристану удалось сойти за полудурошного, но имеющего деньги дворяшку, а топать проторенными тропами, да ещё и в сопровождении нескольких вооружённых людей всяко спокойнее, чем шарахаться по лесам от каждого шороха. Несмотря на кажущуюся простоту их прогулки до города и постепенно накатывающую усталость, мужчина старался не терять концентрацию, примечать всякое подозрительное движение или странную реплику.

Подойдя к городу, лекарь, согласно выбранной им роли, пассивно выражал своё нетерпение и неудовольствие тем, что им приходится ждать своей очереди среди черни, но старался с этим не переусердствовать – никто не любит, когда окружающие слишком уж задирают нос, да и делу его поведение могло помочь весьма сомнительно.

Завидев ворожбу в исполнении своей партнёрши, Тристан подошёл к ней, худо-бедно закрывая своей фигурой происходящее.
- Я понимаю, что тебе сейчас не очень сладко, но это могло бы подождать более…интимной обстановки, - не претензия, а скорее мягкий укор. Всем ясно, что шлёпать целый день со стёртыми ногами в совершенно неподходящей обуви по лесу – то ещё удовольствие, но сейчас было действительно не время и не место.

Долго ли коротко ли, подошла их очередь – как раз перед самым закрытием ворот. К счастью, у Тристана ничего запрещённого не обнаружили по причине отсутствия хоть чего-то мало-мальски подозрительного при нём, кроме, пожалуй, морды кирпичом. Осталось только послать тяжёлый взгляд досматривающему – мол, на бабёнку мою смотри, да щупаньем шибко не увлекайся.

+1

18

Живьен подняла тёмные глаза с таким выражением, что если бы глазами можно было отхлестать плетью — считайте, Тристана только что отхлестали.
Сейчас время ничем не хуже, чем любое иное, знаешь, — сказала она. — Всё равно ждём, пока они пощупают наши ляхи, а кровавые мозоли такие — болят. Да, в следующий раз давай ещё одну пилюлю, у меня иммунитет.
Кто бы знал, как любила в подростковом возрасте резать своё тело неуверенная в себе, гаденькая девочка, которая уже была испорчена знанием о том, из чего состоят люди и нелюди, когда их душа отлетает от мира в иной. Гувернантка исходила говном и поила её вином с обезболивающими, стараясь без следов залить дорогими снадобьями алхимиков всё, лишь бы отец долбанутой девочки не понял, что дочь настолько неуправляема и безрассудна, что у неё все слуги ходят по струнке.
Живьен была тоже чистой, теперь, закинувшись последней сомнительной дрянью, не считая обезболивающего, много часов назад и с тех пор проветрившись. Один из стражей понюхал её несущие за версту какой-то страшной химией под запашком лаванды сверху волосы, но, поморщившись и сказав, что этакой дрянью можно крыс морить, пропустил и некромантку.
Старые знакомые присоединились, когда пропустили последний пучок попрошаек и опустили засов на ворота.
— Ломбард, говорити? — спросил весёлый сержант, явно приободряясь к концу рабочей смены, и махнул рукой в конец боковой улицы, шедшей вдоль лесов, уродливых не фасадных стен теснящегося на три этажа минимум города, и маленьких курятников. — Он там ростовщих из остебенских живёт, он наверняка не спит в этот час ещё и бьёт руки допоздна. К нему, если хотите какие-то безделухи или обещания толкнуть. Или изволите найти кого из местных или через арматоров? Потому что альянсовских у нас нет.
А если у меня дорогой, но немного сломанный кинжал? — спросила, склоняя голову набок, Живьен.
— Проклятый?
Нет, просто с механизмом спуска яда.
— Пойдём.

+1

19

Даже немного удивительно, что всё неожиданно шло как по маслу – такие обстоятельства заставили бы любого нормального человека расслабиться и, так сказать, плыть по течению, даже если он оказался в реке дерьма, да только Тристана, наоборот, едва ли не начало лихорадить от того, что всё складывается именно так, как он планировал, ведь опыт последних, с позволения сказать, приключений явно говорил о том, что в этом чёртовом мире ничего не может идти согласно твоей задумке. Этот факт заставлял его затравленно озираться, пока никто не видит, и имитировать живой интерес к окружающей действительности в те моменты, когда посторонние взгляды всё-таки падали на лекаря.

- Милый у вас городок, - решил немного разрядить обстановку Тристан, - жаль, времена паршивые, – впрочем, он уже всеми фибрами души ненавидел это место. Узкие улочки остро напоминали о недавнем кошмаре, о том, каково это быть зажатым в нескончаемом людском потоке, каково дышать режущей глаза вонью живых и наступать на обезображенных шагами сотен ступней мертвецов. Он вспомнил ощущение массового помешательства и пропитывающего тебя насквозь страха, и пытался унять мелкую дрожь в руках, которые, чтобы не вызывать лишних вопросов, засунул в карманы куртки.

- Не думаю, что нам стоит задерживаться тут надолго, - едва совладав с голосом, сказал он негромко своей спутнице, - но новые сапоги тебе купить наверняка придётся, - жалкая пародия на насмешливый тон, вымученная, выдавленная из последних сил улыбка.
- Далеко ещё, сержант?

+1

20

— Очень херовые времена, — охотливо подтвердил страж. — С начала весны, какая она только бывает в наших землях, к северу от Великой погорел пяток ещё здоровых деревень, теперь от самого Тернистого берега, где вампирши не разграбили, только вдоль берега ютятся живые, а остальное всё мёртвое, мёртвое! — пожаловался "принципиальный" жопоголик. Живьен поковыряла кончиком кинжала заусенец на пальце и спросила, отправляя игрушку, с которой надумала расстаться, если не сможет починить, за горсть серебром:
Сапоги у меня отличные, каблуки перебью, засуну вкладыши у сапожника из кожи помягче, чтобы пятку гвоздь не колол — и отлично всё будет! — заявила на предложение сменить её великолепные сапоги, великолепно смотрящиеся на бесконечных ногах Шальтиэль. — А что это у вас деревни сгорели? А что, мёртвые что-то жечь умеют? Я думала они, если они сами по себе бегают, только собираются в кучу у забора и воняют.
Она хихикнула, хитро и искоса глядя на провожатого. Уж ей-то было больше знать. И мрачная морда жопоголика отразила, что он понял намёк.
— Да из Лунных земель некромантов ещё с прошлого десятилетия не выкурили. Я слыхал, они пленили дракона, известного у нас кузнеца, Красного Райлега с гор Алавес, и на кровь и чешую надёргали до безумия. Недавно видели его у нас… в общем, нет больше у нас хороших горских мечей от Райлега, пропал, чокнулся. Дочь его здесь мелькает, что призрак, серебристая — а мрачна, что чёрная. Оттого Деларан теперь оружие хорошее и перекупает. А вот мы и пришли. Делайте, что хотели, мы напротив за кружкой эля заскочим.
Живьен поглядела на Тристана, будет ли протестовать или будет человеком и опустит соколиков (волчиков, скорее, или хер их там знает), и вошла в лавку при пышущей жаром во внутренний двор кузне.
Мечи, палицы, ножи и бердыши всякие висели тут буквально везде. Освещала небольшую залу с кажущимися низкими из-за такого обилия потолками кованая люстра о пяти сальных и чадящих свечах, неверное пламя которых бросало множество тень, пролетая мимо оружий, на стены и пол. Хозяина не было видно, но только пока. Девушка прошагала, стуча каблуками по дощатому (и неотёсанному) полу, и присела на стойку, после чего громким низким голосом позвала:
Эге, хозяин, жив ли? Клиентура пригребла! Слышали, оружие знаешь и меняешь!
На её лихой клич из глубины дома выступил одетый в кожаный фартук, вымазанный в копоти и держащий в одной из рук пару толстых рукавиц седой уже, пусть и крепкий, мужик относительно человечного облика, и поглядел из-под кустистых бровей на гостей.
— Слезь, девка, с моего прилавка, а то ещё насажаешь в жопу себе заноз. С чем пожаловали?
Живьен не торопилась хлопнуть перед ним свой трофейный кинжал и кивнула Тристану.

+1

21

К концу их мерной прогулки Тристану удалось совладать с неожиданно накатившей паникой, для чего пришлось пожертвовать, несомненно, очень важной лекцией о том, как в этом дерьмовом городишке обстоят дела. Впрочем, Шальтиэль, или как там её, вполне справлялась с функциями социального взаимодействия, в чём ей явно помогали как анатомические особенности, так и выбранный стиль общения.

Против отлучки их «почётного эскорта» лекарь ни в коем случае не возражал. Он вообще предпочёл бы, чтобы эти бравые ребята под землю провалились, но этому, увы, было суждено случиться явно не сейчас.

В лавке мужчину уже окончательно отпустило – он вытер со лба испарину, выступившую ещё на улице (хотя было совсем не жарко, да), натянул на лицо в меру учтивое и уверенное выражение, да неспешно проследовал к прилавку за своей фиктивной зазнобушкой.

- Занозы жопе не страшны, если в ней уже торчит шило, - довольно бодро поддержал он владельца сего замечательного заведения, снимая с пояса ножны с весьма удачно позаимствованным ятаганом, - а пожаловали мы вот с такой прелестью, - уже на прилавке Тристан обнажил клинок со слабо протравленным булатным узором, вставкой с растительным орнаментом у эфеса, со стороны обуха, органично переходящей в такой же рисунок на рукояти, которая у оголовья имела пару характерных для такого оружия «ушей». Ножны были совершенно простецкими и явно некомплектными. В общем и целом оружие производило впечатление какой-то неокончательной роскоши, будто мастер, всегда делавший добротные, но простые вещи, решил добавить к ним украшательств.

- Клинок двадцать шесть с мелочью дюймов, украшенная рукоять, сталь – сам видишь, да и просто красивая вещица из-за моря. Будут ножны – отлично подойдёт какому-нибудь выпендрёжнику, благо, таких везде хватает. Меняю на что-нибудь более…практичное в наших реалиях, - небольшая пауза, взгляд в глаза собеседника. Естественно, логичнее всего было бы взять хороший топор, кистень, чекан или что-нибудь в этом роде, простое и эффективное, но непробиваемая уверенность в том, что капитанские уроки фехтования не прошли даром, заставила его выбрать, - меч. Да, хороший меч в одну руку. Думаю, сойдёт и бастард, чего уж там. Полагаю, у вас найдётся что-нибудь подходящее, мастер Деларан.

Словоохотливость снова выдавала в нём нервозность, оставшуюся после недавнего приступа паники, однако в глазах тех, кто его не знает, он вполне мог просто сойти за придурка.

+1

22

Живьен не была уж совсем глухой в плане эмоционального состояния окружающих. Она вообще не была эмоционально отмороженной, плюс смешанного брака некроманта и не затронутой тёмным даром крови (ну, не брака, но всё же), что позволило ей заняться требующей определённого уровня чуткости псионикой. Но иногда, как она знала, в чужие проблемки себе дороже совать любопытный нос, и потому она не трогала её спутника, пока он шёл с осоловевшими глазами, даже рукой. Такие стекляноглазые были опасны. Не знаешь, как это их стекло и в какой момент прорвёт. Кое-чему Шальтиэль жизнь учила.
Когда её согнали с прилавка, она лишь фыркнула и потерялась в воздухе, позволяя мужчинам обсуждать железки. Её взгляд заблуждал по всему висящему оружию, но она не видела ничего себе по руке.
Оружейник взял ятаган в руки и внимательно изучил.
— Сталь вампиров Арис, закос под демонические формы, — кивнул человек. — Хорошее оружие, но у нас редко встретишь любителя такой формы, что был бы не демон и не призирая бы кровососов. Это слишком уникальное оружие для местных, я не готов предложить за него столько, сколько оно стоит. Сейчас качество стали для мечей стало хуже, а я больше чиню и переплавляю, нежели делаю оружие сам.
Деларан покачал головой.
— Вон там, на стене, висят все наиболее приличные мечи из Остебена. Можешь выбрать что-то из них, я доплачу до пятнадцати серебром. Но лучше оставь меч и научитесь им драться. Хорошее оружие, и комплекция у тебя для него удачная.
Шальтиэль как раз путешествовала взглядом по дымчато-серой глади короткого бастарда с гравировкой на яблоке в виде розы в обрамлении шипов. Насколько она помнила, с этим мотивом была связана какая-то страшно слезливая рыцарская баллада с отвергнутым героем, постепенно падшим во тьму своих желаний, не найдя возвышенной любви. Кто бы его ни выковал и не носил, были пафосные ублюдки. Как Алек Эарлан, выступавший в Фоленте под псевдонимом Альветор. Живьен бы понравилось. Она мечтала об антигероях.
— А у вас, дамочка, что? — окликнул её Деларан. Девушка крутанулась на каблуках.
А?
— Ты мне тоже что-то принесла?
А, да, вот, — она манерно и показушно выудила кинжал из ножен и положила в похожую на толстую рукавицу руку мужика змеистый клинок. Он погладил оружие как живое существо, хмурясь, и отворил сломанный механизм.
— Сам этот клинок немного стоит, но это хорошая сталь, с примесью вулканических, и очень дорогая игрушка. Я знаю это клеймо, это очень дорогой мастер-ювелир, и где бы ты ни взяла этот кинжал, если он был не подарен таким…
Живьен нахмурилась.
Я взяла его с тела одной босоногой шлюхи.
— Женщины? Рукоять подошла бы либо для женщины с очень сильной рукой, либо для мужчины. Думаешь, какой смысл кинжала с таким механизмом?
Наносить ядовитые удары?
— Нет, это клинок для того, чтобы нанести удар в органы и выпустить быстродействующий токсин. Кто бы ни использовал этот клинок, забив механизм, он намеревался убить. Я не возьму эту вещь, и рекомендую избегать того, кому она действительно принадлежит. Простите.
Ну… ладно.
Живьен пожевала губы. Ей было, о чём подумать.

Отредактировано Живьен Вольсфорд (2017-11-09 20:09:47)

+1

23

Тристан покорно отправился исследовать довольно богатый ассортимент лавки, руководствуясь принципом «если ты слабо понимаешь в чём-то – бери самое удобное и то, что приятно глазу. Большинство мечей не вызывали у него никакого внутреннего отклика, да и не должны были – всего лишь большой инструмент для того, чтобы создавать самую сложную и грязную работу для лекарей. Или для могильщиков.

Сказалось ли нестабильное состояние психики целителя, усталость или ещё какое воздействие, по мере продвижения вдоль ряда с полуторниками Тристана начинало затягивать в состояние, чем-то похожее на транс: звук идущего на фоне разговора затихал, сменяясь ватной, искусственной тишиной, которую нарушали только глухие удары в висках. Через пару минут медленного шага и напряжённого разглядывания различных орудий убийства, взгляд мужчины упал на тот же меч, что совсем недавно рассматривала его спутница.

Длина клинка – примерно в два тристановых локтя, рукоять – с половину, крестовина – с S-образно изонутыми концами. Вроде ничего особенного, меч как меч, разве что с гравировкой на яблоке, но…И на этом самом «но» разум лекаря остановился – так бывает, когда не ты выбираешь вещь, а она выбирает тебя, и стоит только взгляду задержаться на ней, хотя бы на минутку, как приходит осознание, что сколько бы ты ни ходил и ни пытался подобрать себе что-то другое, из лавки ты выйдешь именно с тем, на что сейчас смотришь. Быть может, не зря внимание и Шальтиэль, и Тристана остановилось именно на этом оружии: её, как создание наполовину «тёмное», наверняка притянуло что-то родственное в той ауре, которую излучало это оружие, а целителя меч смог подцепить лишь потому, что мужчина находился в очень шатком и, как следствие, чрезвычайно восприимчивом состоянии сознания.

Тристан прикоснулся к мечу, и последний показался ему необычно холодным, хотя в помещении лавки, смежном с кузницей, было даже немного жарковато. Ещё раньше, чем покалывание от прикосновения к стылой, будто только с мороза, поверхности клинка, лекарь ощутил голод и ярость этого меча, неоформленные, первобытные оттиски чувств, навсегда впечатавшиеся в сталь. Нельзя сказать, что это не испугало Тристана – всё-таки он привык к тому, что должен держать в руках инструмент, а не нечто большее, однако эманации полуторника нашли свой отголосок в душе мужчины, и тот рассудил, что в реальном бою от этого может быть прок.

Вряд ли лекарь осознавал, что уже несколько минут стоит, разглядывая неожиданно тёмную сталь клинка своего будущего приобретения, но очнулся он резко, будто его окунули в холодную воду, а наваждение о голоде и ярости улетучилось, будто бы было сном или плодом без меры разыгравшегося воображения. Для приличия, прежде чем бить по рукам, Тристан решил спросить, что именно он собирается взять.
- Что расскажете про этот экземпляр, мастер Деларан?

Отредактировано Тристан (2017-11-10 11:37:04)

+1

24

Пожилой ремесленник поднял голову и вместе с тем — поползли вверх его клочковатые, как у филина, хмурые брови.
— Чудесный меч, юноша, — сказал он, складывая руки на груди и выходя из-за прилавка, чтобы снять меч со стены и покрутить в руках перед очарованным клиентом. Но было что-то грузное и нерешительное в движениях хозяина лавки. И в том, как он хвалил вещь — грусть какая-то. — Как оружие — прелесть, и баланс, и прочность — всё есть в нём и всё хорошо. Зачаровываться, может, заупрямится, но так то ж цена за адамантиевые примеси. Гляди, какая дымчатая грань и узорная кромка.
Деларан повернул меч одной из острых граней на свет, и она, в отличие от матовой поверхности бока с традиционной выемкой, заиграла послезакатным розовым, отражая заглядывающие в узкое окно небеса.
— Возрастной ещё, в начале столетия его мастер выковал, а цел и не сточился, как новый, — добавил мужик. Живьен, глядевшая до того на свой — не свой, не свой — кинжал в весьма тяжёлых думах, нашла момент, чтобы перебить и вмешаться.
В чём же подвох? Не будет же такое хорошее оружие висеть у тебя без дела?
Оружейник повёл челюстью, предлагая рукоять Тристану прежде, чем уже разочарованно отправить её назад в крюки на стене.
— Говорят, на верном инструменте отпечатывается хозяйская душа. Фамильные реликвии не признают родных детей, а признают, порой бастардов, забраный с тела павшего лук служит осиротившему его стрелку вернее много лет, — мужчина повёл широкими плечами и хрустнул шеей, собирая в паузе слова для настоящей истории, что должна была пойти после прелюдий, а потом привалился задом к прилавку и выдал на-гора:
— Я этот меч знаю третий десяток лет, когда лишь встретил — видел и его хозяина, в сединах глубже, чем сейчас — мои. Хотелось бы сказать, отличный парень, да как отлипнешь от согревающей нутро кружки — чуешь, как холодная горькая злоба поднимается у него из нутра, как кислота из больного желудка. Что-то случилось с тем рыцарем, он в Анвалор приехал с закрашенным щитом, после долгой жизни решил здесь, а не в родине помирать. Так и умер со своими тайнами один, тихо, но бремя его в меч перешло, и с тех пор кто за него ни брался — всё возвращался ко мне этот клинок. Я сам его пару раз в руки брал, он меня защитил как надо, но тяжёлое оно, это оружие, с характером. Хочешь — отдам поносить за твой ятаган, с доплатой, как обещал, а не зайдёт — вернёшь на исходе недели. Он мне уже как старый друг стал, но жалко, когда такое оружие без дело висит, а переплавлять его у меня рука не подымается отдать.

Отредактировано Живьен Вольсфорд (2017-11-10 01:42:20)

+1

25

Тристан послушно взялся за предложенную ему рукоять меча, и просить лишний раз не стоило – с момента, как его странное наваждение, которое мужчина решил всё-таки приписать усталости, прошло, он прямо-таки жаждал ухватиться за этот клинок, быть может, в первую очередь для того, чтобы доказать самому себе, что все эти отпечатки души и горе, которое впитал в себя металл – выдумка, а лавочник просто-напросто хочет продать застоявшийся товар.
Оружие легло в руку, без преувеличения, как влитое, баланс, как и предсказывал Деларан, оказался на высоте, да и прежний хозяин, похоже, вполне соответствовал габаритам Тристана, вследствие чего последнему было просто-напросто удобно держать и наверняка будет удобно размахивать своим приобретением. Впрочем, так или иначе, Тристан хотел купить этот меч ещё до того, как железяка (а просто железяка ли?) оказалась в его руках, так что более тесное знакомство лишь упрочнило его уверенность.
- Подходит, - после коротких и чисто формальных раздумий сказал целитель, - к нему бы ещё ножны для полного счастья, - он опустил меч, уперев его кончиком в пол, и положил ладонь на яблоко, - у вас ведь наверняка найдётся что-нибудь.
Лекарь ощущал приятный лёгкий подъём от скорого удачного приобретения – так всегда бывает, когда удаётся купить что-нибудь не очень дешёвое, но очень нужное. После небольшой паузы мужчина бросил вопросительный взгляд на свою спутницу, мол, как тебе, партнёр?

+1

26

Деларан покивал головой, выпуская тяжёлый выдох в щётку седых усов.
— У меня есть оригинальные ножны. Точнее, их копия: кожа уже износилась и первый деревянный каркас превратился в труху, но их вовремя заменили. Сейчас принесу.
Он забрал ятаган, принесённый Тристаном, и удалился куда-то в задние помещения, чтобы вернуться вскоре с указанными ножнами и небольшим мешочком монет.
— Как обещал, но с ножнами меньше, конечно, — сказал он, протягивая всё Тристану. Живьен сосредоточила внимание на тиснёной соответствующим яблоку на рукояти меча мотивом коже, красно-бурой с чёрным рисунком шипов и контуров роз. И с виду богато, и не излишне нарядно, и очень поэтично, — сочла некромантка. Ей — нравилось.
Она перемялась с ноги на ногу, глядя то на дверь, то на кинжал, который перепрятала с ножнами в широкий отворот сапога.
Ну что, доволен, герой? — спросила некромантка, когда муторная покупка была завершена, а их — ну, его, но он же её за свою даму выдал — карманы потяжелели на десятку серебра. Солнце уже село, а дел в городе было немало. Но на сегодня, сочла Шальтиэль, махинаций было довольно, надо было хоть одну койку на двоих в переполненном Анвалоре отыскать.

эпизод завершён

0


Вы здесь » Легенда Рейлана » Летописи Рейлана » [27.03.1082] Карта, лодка, два весла